Чтение онлайн

Когда он вернулся, она уже обнаженной лежала на постели, бережно зажав в пальцах самокрутку с травкой. Фильм начался.

Быстро разоблачившись, он сел на постель рядом с ней и потянулся за флаконом с ложечкой.

— Как насчет одной порции? — спросил он. — Великолепно прочищает мозги.

— Звучит неплохо.

С шумом втянув носом порошок, он протянул ложечку ей, увидел, как расширились ее зрачки, когда она вдохнула снадобье.

— Ну как? — спросил он.

— Лучше быть не может. — Она потянулась к нему. — Ну и громадина же ты.

Он громко засмеялся, и Иордана вопросительно посмотрела на него.

— Знаешь, когда я впервые увидел тебя, то сразу же подумал, что ты из тех женщин, что прямиком идут к цели.

— И не сворачивая, — хмыкнула она.

— Вот и прекрасно, — сказал Сюлливан, не сводя с нее глаз, потом он опустил руку, нажимая невидимую кнопку, включающую запись видеокамеры.

Он не сказал ей, что единственные ленты, которые доставляют ему удовольствие, сняты скрытой камерой здесь, в этой постели.

— Просто прекрасно.

Юсеф откровенно скучал. Казалось, что фильм никогда не кончится. Он лениво оглядел помещение. Внезапно и фильм, и все окружающие вылетели у него из головы. Иордана исчезла. А также хозяин. Он разозлился на самого себя. Он не заметил, как они скрылись. Он поднялся со своего места. Винсент посмотрел на него.

— Я должен сходить в ванную, — шепотом объяснил Юсеф. Бесшумно выйдя из комнаты, он остановился в коридоре.

Дом был огромен. Они могли находиться в любой из комнат. Он заглянул в кабинет, в столовую, в комнату для ленчей, вышел в патио, но нигде их не обнаружил.

Раздосадованный, он зашел в ванную и вымыл лицо и руки холодной водой. Глупец. Он должен был предусмотреть, что Иордана может ускользнуть с ним. Сюлливан был высок ростом, привлекателен и, кроме того, он был кинозвездой. Он не имел ничего общего с теми жиголо, которых она цепляла на Ривьере.

Выйдя из ванной, он пересек холл и направился к спальням. Из-за одной двери услышал звук работающей аппаратуры. Он остановился, решив было, что там работает кондиционер. Американцы ставят эти штуки даже в туалетах. Но услышав слабые звуки голосов, доносящихся из динамика, он осторожно нажал на ручку. Дверь не открывалась. Она была заперта.

Он быстро огляделся, дабы убедиться, что коридор пуст. Юсеф был знаком со многими фокусами, включая и использование жесткой пластмассовой кредитной карточки.

Через мгновение дверь приоткрылась, и Юсеф с изумлением уставился в маленький экран монитора видеозаписывающего устройства. Звук был приглушен, но картинка была четкой и ясной. Обнаженная Иордана лежала на спине, и ее лицо было искажено судорогой наслаждения. Обхватив ногами талию мужчины, сидевшего на ней верхом, она смотрела прямо в камеру. В динамике было слышно ее сдавленное дыхание. Изменив позу, мужчина сел на край постели и, повернувшись к Иордане, улыбнулся. Прежде чем экран погас, у Юсефа было достаточно времени рассмотреть удовлетворенное выражение на лице их хозяина.

Застыв на мгновение, Юсеф сделал быстрый шаг вперед. Он знал эту технику. Такая же система стояла и на яхте Бадра, но только для просмотра, а не для записи. Нажав клавишу, освобождающую кассету, Юсеф вынул ее и спрятал под пиджак. Выйдя в коридор, он закрыл дверь и услышал, как щелкнул язычок замка.

Он вышел в фойе. Когда Юсеф приблизился, слуга открыл перед ним входную дверь.

— Вы уходите? — спросил он.

— Нет, просто мне захотелось подышать свежим воздухом.

— Очень хорошо, сэр, — сказал слуга, пропуская его.

Юсеф подошел к своей машине. С переднего сиденья вскочил шофер.

— Мой дипломат в багажнике? — спросил Юсеф.

— Да, сэр. — Открыв багажник, шофер подал его хозяину. Юсеф быстро положил в чемоданчик кассету, запер его, вернул шоферу. — Напомни мне, чтобы я взял его, когда вечером мы вернемся в отель.

— Да, сэр.

Пронаблюдав, чтобы шофер положил дипломат снова в багажник, Юсеф вернулся в дом. Он слышал гулкий стук сердца. Все свершилось лучше, чем он предполагал, он получил больше, чем мог рассчитывать. Теперь оставалось лишь решить, как наилучшим образом использовать то, что оказалось у него в руках.

Он скользнул на свое место рядом с Винсентом и уставился на экран. Повернувшись к нему, Винсент прошептал:

— Вам не кажется, что Рик просто фантастически играет Моисея?

— Да, — сказал Юсеф. — Но уверены ли вы, что он будет также хорош и в нашей картине?

Винсент с улыбкой повернулся к нему.

— Я не ошибаюсь. Придя в кино, Соломон сменил свое имя, став Сюлливаном. И неужели Соломон может плохо сыграть Моисея?

Юсеф всмотрелся в лицо главного героя, которое сейчас заполняло весь экран, и удивился, как он не заметил этого раньше. У Рика было типичное еврейское лицо, еврейские черты.

Открылась задняя дверь комнаты и вернулись Рик с Иорданой. Краем глаза он видел, как они разместились у бара. Через плечо Рик посмотрел на экран и что-то сказал ей. Засмеявшись, она взяла стакан с вином, который бармен поставил перед ней.

Юсеф почувствовал прилив ненависти.

"Смейся, сука, — с яростью подумал он.

— Смейся пока, ты, еврейская подстилка!"

Теперь ему было ясно, что он сделает с кассетой. Бадр будет бесконечно благодарен ему за доказательство, как он охраняет честь его имени, скрывая от мира свидетельство того, что жена продает его с евреями.

Сидя в другом конце комнаты, Лейла смотрела на свою мать.

— Я уже много раз говорила тебе об этом, мама. Хамид — просто мой друг, вот и все. У меня с ним нет ничего серьезного. Я не собираюсь выходить за него замуж. Он просто мой приятель.

Мариам тяжело вздохнула.

— Я не знаю, что с тобой происходит. Он обыкновенный сириец, и его семья не представляет собой ничего особенного. Не могу себе представить, что ты в нем нашла.

Лейла закурила.