Чтение онлайн

Но штука в том, что я никогда не придумываю. Нет, если пишу сценарий или рассказ – конечно. Но житейские ситуации – нет.

А было так. Я вызвал доставку еды на дом. Обычно приезжают молодые ребята, а тут – женщина, за сорок. Не тяжело, спрашиваю.

– Нет, – смеется она. – Это гораздо легче, чем экспертом-криминалистом.

Я переспросил:

– Кем?

Женщина отвечает:

– Я же майор полиции. В отставке.

Конечно, я не мог ее так отпустить. Завязал разговор. Она рада была поболтать, замерзла и притомилась к вечеру.

Два высших образования. Медицинское и юридическое. Двадцать лет стажа в органах. Работа по вызову: угоны, кражи, убийства. Бывало, что пахала на четыре районных отдела. Как только смогла по стажу выйти на пенсию – сразу уволилась. «Работа там адская! А у нас двое детей, погодки, мне надо ими заниматься».

Муж у нее тоже в полиции, зарабатывает немного. Что оставалось ей? Тоже работать. Она посмотрела вокруг и решила: будет доставлять еду. Чтобы самой регулировать график работы, а не сидеть в конторе с 9 до 18. То есть майор, с высшим юридическим образованием – и носится по городу с желтой торбой за спиной. И это никак ее не угнетает. Не фрустрирует, выражаясь модно психологическим сленгом. Амбиции? Я вас умоляю. Оставьте это хорошеньким дурочкам, которые ведут инстаграм-канал «Как украсить себя для свидания».

Надо жить. Надо работать. Надо радоваться тому, что есть.

И курьером она зарабатывает больше, чем криминалистом в звании майора. Она, конечно, тетка крутая, ментовская закалка, жесты резкие, взгляд пытливый. Владеет самбо, отлично стреляет. Но развозит еду: «Извините, у них это блюдо закончилось, они вам на другое заменили и дали еще десерт, в подарок. Ничего?»

Ничего, товарищ майор, ничего.

Меня всегда поражала способность женщин резко все бросить и начать заново. Если таковы обстоятельства. Ведь была майором, дальше бы стала полковником, может, дослужилась бы до большого хорошего кабинета. А там и генералом, почему нет? Но штука в том, что все эти звания, цацки и кабинеты очень важны мужчинам, они будут их высиживать годами, толстея, нервничая и приближаясь к инсульту. Нормальной женщине они на фиг сдались. У нее дети, у нее хозяйство, у нее иные заботы. Нормальная женщина – рациональная женщина. Ева, которая ищет, где яблоки подешевле и чтоб на подольше хватило.

И теперь о психологии, Кира. Женщина – существо с очень гибкой психикой и пластичным мышлением. И в том ее спасение. Думаю, поэтому женщины и живут намного дольше мужчин. Они легче приспосабливаются к любым обстоятельствам. Мужчина – консерватор, мужчина – зануда, ему важно двигаться по своей колее, шаг в сторону – для него уже стресс. А если проблемы на службе – он готов свить петлю из носков, подаренных тещей.

В 90-е годы я видел немало семейных трагедий. Когда люди теряли работу, а жить как-то надо. Муж ложился на диван и страдал: «Я, человек с высшим образованием! И я без работы!» А жена, тоже с высшим образованием, хватала огромные сумки и неслась в Турцию за барахлом. Становилась челноком. Вчера она сидела в химической лаборатории, писала диссертацию, а сегодня стала употевшей теткой с баулами. Мечтала она о таком светлом будущем? Точно нет. Но надо зарабатывать. И женщина быстро перестраивает всю свою жизнь. У нее начинается совсем другая химия. Где в колбах новой действительности она добывает свое «золото».

Вот еще одна реальная история. Семейной пары, с которой я знаком. Роман и Юлия были геофизиками. В 90-е у них не стало работы, какая там геофизика? Роман пытался заняться бизнесом, открыл торговую палатку, но тут же разорился и вдобавок получил язву. Впал в хандру. Тогда Юля устроилась в представительство западной компании. Обычной секретаршей, у нее был хороший английский. Да, кандидат наук – и секретаршей. И это ее совсем не ломало. Надо жить, кормить мужа и сына, тут не до гордыни. А через три года она, наладив связи с заграницей, уже открыла свою маленькую фирму, легко встроилась в новую реальность. Муж так и страдал, хотел что-то делать, но Юля ему сказала: «Знаешь что? Давай ты будешь у нас домохозяином! А я буду зарабатывать». И Роман согласился. Смирился. В общем, история счастливая. Если не считать язвы.

А сколько историй, когда развод, и у женщины вдруг ничего нет. Она буквально на улице. Мужчины бывают очень безжалостны в таких ситуациях.

Одна моя хорошая знакомая жила с парнем, душа в душу, они не расписывались, это казалось пустой формальностью. Он хорошо зарабатывал, и Лена даже институт не закончила: парень убеждал, что всегда ее обеспечит. «Вот он, мой принц!» – думала счастливая Лена. Родила. А потом этот принц завел новую подружку и выставил Лену с дочкой. Алименты платил смехотворные. Лена оказалась в чужом городе, без дома, с трехлетним ребенком. Она могла бы вернуться к себе, к родителям, но там маленькая квартира и больной отец. И тогда Лена сказала: «Я выживу! Я сама выращу дочь принцессой, раз с принцем мне не повезло».

И Лена пошла работать официанткой. Потому что больше никуда не брали. Снимала комнату. Попутно училась на визажиста. Три года были жутких, не спала и доедала на кухне то, что осталось от посетителей ресторана. В одних ботинках ходила две зимы подряд, но дочке покупала красивые платья.

И Ленка выжила. Безо всяких богатых ухажеров и внезапных удач. Теперь у нее салон красоты, очень успешный. Да, я знаю, что ей очень хочется замуж. Она красивая, она страстная, она вполне молодая. И ей осточертело быть «сильной женщиной». Уткнуться бы в прокуренный свитер. Но пока не везет.

Главное – самое ужасное позади. Она выжила.

У женщин волшебная способность к регенерации. Когда все разрушено, они умеют на руинах выстроить новую жизнь. Без стонов и нытья. Мастера по нытью – это как раз зачастую мужчины. Его не понимают, его не повышают, ну вся эта чепуха. Кстати, дочка! Берегись таких. Мужчина – тот, кто действует. Желательно молча. А если у него комплексы и страдания – этого на свалку, может, кто подберет из жалости.

Потому и крикливые феминистки в нашей стране – нелепые создания. На кой черт феминистки там, где любая женщина круче, чем яйца у коня Медного всадника?

Твоя бабушка, Кира, то есть моя мама, была слабой женщиной. Очень слабой. Отец умер, когда мне было девять, но он и так с нами не жил: мужская свобода дороже! А все деньги, что оставались от него, мастерски присвоила себе его сестра.

(Олег Куваев, твой дед и мой папа, был очень модным писателем когда-то: Север, настоящие мужчины, терпкая геологическая романтика. Потом его стали забывать, он умер в 1975 году. А в последние годы вдруг случилась «реанимация». Сняли фильм «Территория» – по самому его известному роману, издали толстую подробную биографию, он будто опять входит в моду. Ну ты сама почитаешь его, когда вырастешь.)

Я часто видел маму в хандре, уставшей, грустной. Зарабатывала она мало, была лишь младшим научным сотрудником. А по ночам сидела на кухне и печатала на машинке. Все мое детство прошло под стук этой машинки. Я засыпал под ее глухой ритм за стенкой. Это была так называемая халтура. Маме давали перепечатывать статьи, она была аккуратной и старательной. Платили, как я догадываюсь, мало. Поэтому она брала любую работу, и много. Курила одну за одной и печатала, печатала, печатала. Всё это только ради меня. Чтобы купить новые ботинки или мой любимый зефир в шоколаде, редкую усладу советского детства.