Чтение онлайн

Насчет войны мне ничего не известно, кроме той, что каждый человек ведет ежедневно.

Молиться надо, это и есть школа молитвы. Я тебе теоретически этого не объясню. Молитве лучше всего учит суровая жизнь. Вот в заключении у меня была истинная молитва, и это потому, что каждый день был на краю гибели. Повторить теперь во дни благоденствия такую молитву невозможно. Хотя опыт молитвы и живой веры, приобретенный там, сохраняется на всю жизнь. Дело, С., не в количестве, дело в живом обращении к живому Богу.

Вера в то, что Господь к тебе ближе, чем кто-либо из самых близких, что Он слышит не шелест уст твоих, но слышит молитвенное биение твоего сердца и чем оно наполнено в момент твоего обращения к Богу. А ты человек семейный и за каждого члена семьи ответственен пред Богом, а значит, за всех должно болеть твое сердце. Умудри тебя Бог!

И начни-ка, С., с исполнения наказа прп. Серафима Саровского: "С., радость моя, стя-жи дух мирен, и не только твоя семья, но тысячи спасутся около тебя". Вот и всё. Смотри, как учит нас жизнь жить. Хочешь быть довольным и счастливым - живи в Боге, а на нет - и счастья нет.

Воистину Воскресе Христос!

Дорогой о. С.!

В кампании, предлагаемой Вами, я участвовать не буду.

Сам дух подобной деятельности, где много самости, шума и надежды не на Бога, а на человека, да еще с критиканством Священноначалия Церкви, который ключом бьет в Ваших высказываниях, воспрещает мне это. Я уже видел подобное в действиях и духе обновленцев, восстающих на тишайшего Патриарха Тихона, а фактически на Самого Господа и Его Церковь. Письмо, которое так не понравилось Вам, не подлог, написано мной частному лицу, но волей Божией получило более широкую огласку независимо от меня, а значит, так надо. Простите великодушно, предлагаемые Вами методы мне не по духу.

Дорогой о. А.!

О кончине мира лучше, чем сказал митрополит Вениамин Федченков, не скажу. Только от себя отмечу, что многие волнуются этой темой, но из тех, кто о ней говорит и надрывно думает, мало, кто стал жить соответственно этим думам, и мало, кто палец о палец ударяет, заботясь о спасении души своей. А ведь эти думы только к этому и призывают, и обязывают. (Уже близь, при дверях.) Если завтра я должен предстать на суд Божий и если завтра надо дать ответ на вопрос, как я жил, чем я жил, и жил ли духом Божиим?
– То какие заботы о накоплении, о стройках? А ведь ныне в основном только об этом и думают, духом же Божиим живут единицы даже и в Церкви, даже и те, кто служат у Престола, даже и монашествующие.

Вглядитесь в себя - страх ли Божий руководит нашими мыслями, поступками?

Любовь ли к Богу и людям лежит в основе бытия нашего?

Вот, дорогой о. А., та печать, которую ставит нам ежедневно наш образ жизни, которую ставим мы себе сами в своей душе, сердце и уме, приближая или отдаляя время пришествия антихриста. А его печать лишь засвидетельствует ту, которую мы себе уже поставили. Без нас нас ни спасти, ни погубить нельзя.

Телевизор и видео проникли уже и за стены монастырские, а кто и чем сотрет эту печать, если ставили мы ее себе сами добровольно и с желанием и любовью. Не антихрист погубит нас. До его прихода мы уже определимся в своей духовной ориентации и сделаем выбор. Печать же антихриста будет последней точкой в нашем выборе.

Поезжайте с Богом по монастырям и по старцам, если это на пользу душе, ищущей спасения. Но на пользу ли?! И о спасении ли дума во взгляде на калейдоскоп жизни? Этот вопрос разрешите для себя сами. На пользу ли? Просьбу о молитве исполню.

Дорогой батюшка, присмотритесь-ка к жизни своей:

ради кельи,

ради учебы,

ради мнимой помощи людям

(а, кстати, от неимущего нестяжателя-монаха материальной помощи и не требуется, а духовной мы дать не можем, ибо сами бедны духом). Не потерять бы нам то, ради чего одели мы на себя парамон и мантию.

Прости за письмо такое грустное. Не потеряй главного и не забудь обетов, данных Богу.

Дорогие мои, чада Церкви Христовой!

В нынешние дни, когда небо и земля ликуют о неизреченной милости Божией - о рождении в мире Спасителя его, когда Православная Церковь 2000-летним своим страдальческим стоянием в истине и спасительными своими трудами утверждает, что с нами Бог, когда сонм российских прославленных новомучеников заложил в фундамент Церкви плод своего красного сеяния, и Божией милостью народ России начал вспоминать свое славное христианское прошлое и находит теперь дорогу в храм Божий к Богу,- радоваться бы нам и жить живой верой и несомненной надеждой на Бога и на Его Святую Церковь. Жить и ежедневно помнить, что печать дара Духа Святаго, полученная нами в святом крещении, соделала нас чадами Божьими и благодарить Бога.

Но нет, в эти духоносные и светоносные дни мрачная тень духовного возмущения взволновала умы и сердца верующих и лишает их не только радости всемирного и вечного торжества, но и самой веры и благонадежия.

Дорогие мои, и кто же сегодня дерзко отдает правление миром темным силам?

Кто вновь, как во времена Спасителя, подходит к Нему с лукавым вопросом: Как Тебе кажется? Позволительно ли давать подать кесарю, или нет? (Мф. 22, 17; Мк. 12, 14; Лк. 20, 22).

А на современном языке это звучит так: "Принимать ли новую систему налогообложения или нет?"

Ответ парадоксален. Сами православные верующие христиане: священники и миряне, забыв о Промысле Божием, о Боге, - отдают власть темным силам.

И как тогда совопросники Спасителя не удовлетворились Его ответом и отошли до времени, чтобы изобретать новый подвох на Него, так и ныне ответ соборного церковного ума и предпринятые Церковью меры по разъяснению обстановки не приняты,- и продолжает нагнетаться смущение и смятение в ограде Церкви и в среде народа Божия, а на самом деле творит все это враг Божий, враг Церкви, враг нашего спасения.

Государственная проблема об индивидуальных номерах налогоплательщика стараниями врага Божьего, ложными слухами о введении в ИНН трех шестерок обрела в духовном мире великую силу смуты и стала для нас той проверкой, которая проявила в верующих отсутствие веры Богу и доверия Матери-Церкви...

Дорогие мои, а ведь именно эту цель и преследовал враг, вводя в штрих-код число "666", а никакое иное. Но с какой легкостью и как безболезненно это роковое число было удалено, когда оно сделало свое дело!