Чтение онлайн

– Зачем вы так, Лида? Я же не ставлю под сомнение ни родовитость, ни порядочность вашего покойного отца. Но я уверен, что иногда полезно идти на уступки новым веяниям. На маленькие уступки. Чтобы не допускать стихийных всплесков плебейской активности. Уступки умножают число союзников, расширяют базу политической поддержки. Это, лордесса, не я придумал. Это древнейшие аксиомы политики. И сейчас большинство граждан-полукровок на нашей стороне, а не в лагере императора. Моя политика принесла плоды.

– Сомневаюсь, сенатор, что большинство. Вы их, что, опрашивали, проводили референдумы?

– Не проводил, но знаю. Не сомневаюсь, что половина периферийной аристократии сейчас не с нами, а на стороне Ойзеле. Чему примером пресловутая Гвен Вей.

– Эти бароны Веи – марсианский клан контрабандистов и наркоторговцев, – поморщился Атлопатек. – Марсианская кровь всегда была порченой. Они на Марсе жили в перенаселённых куполах, болели, с ума сходили. А со времён Явиса и Асмира, когда гордым марсианским баронам прищемили хвосты и заставили породниться с беспородными армейскими выскочками, там вообще все выродились. Поэтому и на самом Марсе, и на Арпикране никогда не было порядка. Ни одно правительство не держится дольше трёх лет. А в Совете колонии они беспрерывно собачатся уже два столетия. Даже до рукоприкладства доходит. А всё потому, что такие вот Веи садились жрать синтетику за один стол с немытыми детьми техников.

– А когда эта Вей прилетит в охотничий лагерь? – поинтересовалась у правителя Унно.

– После нас, вместе с командующим и Тенной.

– То есть вы её контролируете?

– Очень плотно контролируем. Она опытна и опасна.

– Да, я просматривала её досье.

– Она шпионила для Гридаса на Сельве. А на Сельве слабые не выживают.

– У вас есть её ДНК?

– А как же. Её ДНК уже нанесли на баллоны с газом. Любовница Маккослиба – террористка! Вот будет новость! Вся Империя подпрыгнет.

– И вам, Джили, не жаль испортить такую охоту?

– Всё произойдёт уже после того, как мы поймаем большого меченосца.

– А может, не стоит так оттягивать? Мы даём время Гридасу подготовить контрудар. До сих пор мы опережали его свору.

– Всё должно идти своим чередом, лордесса. Тенна и Миа разработали хороший план. Точный план. Всё рассчитано по секундам. А людям Гридаса мы подкинули работёнки на базе. Они там сейчас ищут боевые токсины. Обнюхивают каждый контейнер. Вот и пусть ищут.

Уже на подходе к медицинской лаборатории агент «Ягд» почуял недоброе. На стене коридора он обнаружил характерную деформацию. Металл оплавился и застыл концентрическими «волнами». Гумм тоже заметил оплыв.

– Это сделали оружием?

– Да, толстолобый, это сделали плаганом.

– Плаганом?

– Плазменной катапультой. Ты такой не видел. Её запрещено использовать на обитаемых планетах.

– Джи Тау?

– Не знаю. Плаганы используют различные спецподразделения. Идём дальше.

А дальше лежали обугленные и деформированные человеческие тела. Два в обводном коридоре и два на платформе перед входом в лабораторию. На стенах виднелись глубокие каверны, пулевые отверстия и знакомые термические оплывы. Ткань комбинезонов на трупах спеклась с мёртвой плотью в чёрно-фиолетовую массу. На одном из убитых сохранился вывод коммуникатора. Его голубой металл потемнел от термического воздействия.

– Это старый док, – сказал Гумм. – У него была такая штука.

– Дедушку, конечно, жаль. Док попал под раздачу случайно. А вот эти ребята пытались сопротивляться. С пукалками против плаганов. Да уж, – «Ягд» зачем-то тронул носком ботинка одно из тел. Рядом с убитым лежало портативное пулевое оружие.

– А почему никого нет? Почему нет сигнала тревоги? – Налгате потерянно озиралась вокруг. В приёмном блоке медицинской лаборатории не было ни души. Ровно горели белые и зелёные панели светильников, вентиляция работала на полную мощность, пытаясь справиться с запахом горелого мяса. От сильного потока воздуха на голове агента шевелились волосы.

– Значит, отключены системы безопасности купола. И основные, и резервные. Тут поработали джентльмены из серьёзной конторы. Надо убираться отсюда.

– А как же Сестра?

– Её там уже нет.

– Надо проверить.

– Каждую секунду может возобновиться работа следящих систем. Нас накроют и перебьют, как стаю тормагов.

– Надо проверить, Страж.

– Хорошо, Сестра.

Они прошли через коридор к открытым дверям реанимационного блока. Тут освещение не работало. Восстановительные капсулы и ложа были пусты. Из разбросанных ёмкостей на пол сочилась маслянистая жёлтая жидкость. С потолка свисала бахрома оборванных проводов и трубок. На пороге круглой комнаты застыло то, что осталось от киборга-«паука». Бронированный корпус терминатора был пробит, механические лапы замерли в незавершённом рывке. Ствол парализатора задрался, как хобот трубящего слона. Из дыры в корпусе к вентиляционному отверстию поднималась струйка зеленоватого дыма.

– Нам повезло, – «Ягд» показал на киборга, – с этим роботом мы бы не справились. Наше оружие против такого «паука» бесполезно.

– Они забрали Сестру, – сказала Налгате.

– Забрали. Уходим.

Гумм подхватил доктора-зомби, и они начали отступление. По аварийной лестнице спустились к шлюзу. Здесь было совсем темно, и только жёлтые полосы на дверной плите слегка люминесцировали. В их свечении было что-то мистическое. Предшлюзник казался притвором таинственного подземного храма, а шкафы с аварийными скафандрами – хранилищами священного реманента. Но команде «Ягда» было не до мистических ощущений. После резвой пробежки по десяткам лестничных маршев даже неутомимый Гумм тяжело дышал. Клон прислонил глаз Мангуса к пластине сканера, агент поднял ID-карту на уровень груди. Но шлюз не открылся. Индикатор входа горел невозмутимым оранжевым светом.

– Заблокирован.

– Что это значит? – спросила Налгате.

– Значит то, что нам полный цуц. Не успели.

– Но нет сигнала тревоги.

– Управляющий мозг купола ещё не пришёл в себя после подавления. Но отдельные функции уже начали восстанавливаться. Команда номер один при вражеском проникновении: «Блокировать все шлюзы». Эту первую команду мозг уже отдал. Секунд через пятнадцать-двадцать включится сигнал общей тревоги. А затем оживут все следящие системы.

– Пятнадцать секунд, – обречённо выдохнула Налгате.