Чтение онлайн

Стиснутый креслом, он сидел долго. Или ему показалось, что долго.

Потом в комнату вошли люди. Они сделали Равану несколько инъекций, выдавили из каналов его зубов капсулу и управляющие сенсоры внутреннего коммуникатора. Они действовали быстро и очень грубо. Совсем не так, как роботы-стоматологи в медцентре. Впервые в жизни техник почувствовал зубную боль. Потом они просканировали тело Равана и удалили имплантаты. Это было ещё больнее. На раны наложили молекулярные пластыри.

Затем один из вошедших спросил:

– Вы слышите меня, Раван?

– Да, – прошептал он; зубы и тело болели всё сильнее. На пластыри, понял Раван, не нанесли обезболивающее. «Это ведь жестоко», – подумал техник. Ему стало жаль себя.

– Вы можете отвечать на мои вопросы?

– Да, – всхлипнул задержанный.

– За участие в попытке совершения террористического акта вы, Раван Патал, лишены имперского гражданства и должны отвечать на мои вопросы: «Да, сир» или «Нет, сир». Сообщаю вам также, что сейчас вы находитесь под контролем высокоточного детектора лжи. Если вы, Раван Патал, станете врать или будете не до конца откровенны, мы это немедленно узнаем. И причиним вам значительные телесные страдания. Такое право даёт нам имперский закон от шестого десембрия триста шестьдесят второго года. Вы понимаете, о чём я говорю?

– Да, сир.

– Скажите «понимаю».

– Понимаю, сир.

– Я задаю вам первый вопрос. Кто дал вам задание пронести в заводской комплекс споры ксеноморфов?

– Дора… Имперская гражданка Виргой, – техник сглотнул кислую жидкость, наполнившую его рот. – Дора Спири Виргой… сир.

– Кто она?

– Она, сир, альфийка… Коренная альфийка из хорошей семьи. Её отец преподаёт в Университете, а старший брат…

– Где она работает?

– В компании «Омикрон Позитрал».

– Кем?

– Она руководит рекламным отделом, сир.

Один из проводивших допрос на мгновение замер, прислушиваясь к сообщению, пришедшему на его внутренний коммуникатор. Второй перехватил его взгляд, коротко кивнул и спросил:

– Откуда она вас знает?

– Я раньше работал в этой компании, сир. Дора была моей подругой…

– Любовницей?

– Да, сир.

– Вы жили вместе?

– Да, сир.

– Долго?

– Около года, – подумав, сказал техник, потом уточнил: – Десять стандартных месяцев, сир.

– Это она дала вам пасту и контейнер?

– Она.

– А инструктировала вас по применению этих приспособлений тоже она?

– Да, сир.

– Гражданка Дора Виргой?

– Да, она.

– Кого ещё вы знаете из террористов?

– Никого, сир. Только Дору… Со мной говорила только Дора.

– Вы лжёте.

– Нет! – взвизгнул техник. – Я говорю правду! Я никого не знаю, никого!

Сотрудник службы безопасности повернул бритую голову с тяжёлым загривком и взглянул на монитор детектора лжи. Там всеми оттенками зелёного переливались спокойные круги и овалы. По правому краю экрана пробегали жёлтые колонки цифр и символов. Раван говорил правду.

– Дора Виргой обещала вам деньги?

– Да, сир.

– Сколько?

– Десять миллионов имперских фунтов.

– Она дала вам аванс?

– Да, сир.

– Сколько?

– Три миллиона, сир.

– Наличными?

– Да, сир. Стандартным кредитным чипом на монополярном кристалле.

– Где сейчас этот чип?

– В банке «Братья Мансуриди», сир. В моём сейфе.

– Номер вашего сейфа?

Раван назвал номер банковской ячейки.

– Вам, бывший гражданин Раван Патал, – с мрачной торжественностью произнёс старший дознаватель, – предъявлено официальное обвинение по статье шестьдесят пятой и, солидарно, по семнадцатому пункту сто шестой статьи Особого перечня Имперского Свода законов. Вы, Раван Патал, обвиняетесь в попытке осуществления террористического акта на государственном объекте с ограниченным допуском, а также в государственной измене. Вы признаёте себя виновным?

Раван кивнул и закашлялся: то ли слёзы, то ли введённые в его тело нанороботы перехватили спазмом его горло.

Два руководящих сотрудника службы безопасности завода отошли от трёхмерного экрана, показывавшего крупным планом, как давится слезами и жалостью к себе арестованный техник.

– Дора скрылась, – сказал один. – Мне только что передали оттуда, – он приподнял бровь. – Оказывается, в «Омикроне» её хватились ещё вчера днём.

– Другого я и не ждал, – второй подошёл к холодильнику, вынул упаковку с питьевой водой и не спеша выпил. – У неё теперь фора в сорок стандартных часов. Как минимум. Скорее всего, её уже нет на планете.

– Скорее всего.

– Тогда нам и париться незачем. Передаём дело людям Гридаса. И этого идиота тоже. Точка.

– Это компетенция Службы, – согласился второй. – Мы всё равно уже не сможем перехватить эту резвую леди из хорошей семьи. За ней стоят ребята с возможностями.

– Ага. С очень толстыми возможностями. Это ведь те самые ксеномор…

– Не надо, Тино.

– Да… Ну, ты понял.

– Конечно. Нам всем крупно повезло.

Они снова вернулись к экрану.

– Хорошо, что ты зашла, Сестра Гитела. Я принял решение.

– Слушаю тебя, Избранный.

– Передай Высочайшим Матерям, что я предоставляю «Капитана Паландо» вместе с экипажем в их полное распоряжение.

– Это добрая весть, Избранный. Я передала её Высочайшим.

– Уже?

– Да.

– Оперативно.

– Мы, Знающие, умеем действовать быстро.

– Ты что-то хочешь сказать мне, Сестра? Тебя ведь прислали ко мне с известием?

– Не совсем. Мне поручили ознакомить тебя, Избранный, с сокровищницей Совета. Высочайшие Матери считают, что ты должен увидеть то, что мы нашли на материнской планете. Никто, кроме Знающих, до этого дня не пересекал порога сокровищницы.

– Я признателен Высочайшим за такое доверие.

– Мы надеемся, что Орден Стражей также откроет для нас свои хранилища.