Чтение онлайн

– Вы не вправе предложить свои души, потому что вы уже переступили грань, и души ваши в нашей власти, – сообщил Фагос. – Сделка невозможна.

– Однако ее возвращение необходимо, – настаивал Абеляр.

Фагос недовольно хмыкнул.

– Такой необходимости нет. Единственный случай, четко оговоренный в законе, – тот, при котором две души объединяет любовь. Есть ли у нее такая любовь?

– Со всей очевидностью, нет, поскольку она поддалась моему заклятию, – откликнулся Талоркан, входя в зал и даже не думая извиняться за задержку. Следом за ним шла Брид, а за ее руку держался Папоротник.

– Брид! – крикнул Каспар, но девушка, похоже, его не слышала.

Ее перепачканная и потертая охотничья одежда исчезла, вместо кожаных штанов и куртки на Брид были блестящее шелковое платье, белое, украшенное сверкающими рубинами, и покрывало, вышитое по краям жемчугом. Ее красота напоминала розу, обвитую унизанной каплями росы паутинкой. Но эта красота не подходила Брид и казалась чужой ведь обыкновенно девушка не носила никаких драгоценностей, кроме серебряных знаков жреческого достоинства, и теперь бывших при ней. В руке она держала Свирель Абалона, на которой выцарапала связующие руны. Талоркан ввел девушку в круг, Брид споткнулась, будто слепая, и в страхе ухватилась за плечо Папоротника. Лесничий откинул покрывало с ее лица и гордо улыбнулся старейшинам.

– Она моя невеста и останется со мною в Ри-Эрриш. Каспар рухнул в ледяные глубины отчаяния.

– Брид, Брид… – слабо зашептал он. Дуйр в гневе поднялся:

– Нет! Эти люди создания Великой Матери, а не порождения солнца и звезд, как мы. Ты не можешь отказать ей в блаженстве Аннуина.

– Она любит меня, – объявил Талоркан, взмахнув рукою.

– Ты имеешь в виду, что она подпала под влияние твоей магии, – поправила его Нуйн.

Рот у Каспара раскрылся. Брид была бледна, казалась изможденной, словно проиграла тяжелую битву. Ее глаза, когда-то ярко-зеленые, потеряли цвет, в них появились желтые прожилки. По лицу скользнула слабая бездумная улыбка.

– Видите! – показал Талоркан. – Я предложил ей вечную жизнь в качестве создания солнца, и ее сердце склонилось к согласию.

– Брид! – беспомощно воскликнул Каспар. – Пожалуйста, Брид, вернись к нам. Я люблю тебя, Брид. Я люблю тебя.

Впервые девушка взглянула на него; в глазах у нее стояли слезы. Она подняла руку, словно умоляя Каспара о чем-то, но тут же упала без чувств.

Талоркан подхватил ее и запел. Мелодия полилась, как сдобренное медом вино. Брид плакала, сжимала кулаки, однако ее губы расходились в улыбке. Папоротник дотянулся до ее руки, стал трясти… Брид не обращала на него внимания, утонув в магии.

Талоркан сжал ее в объятиях, девушка обвисла, как кукла.

– Я пообещал научить ее играть на Свирели. Подумай, Брид, сколько хорошего мы с тобой могли бы сделать. Вместе мы способны исправить мир. – Он облизнул губы, будто пробуя на вкус хмельной напиток власти.

– Нет. – Сайлле тихо двинулась к Брид. – Не слушай его. Не играй для него на Свирели. Он лесничий, а не один из Круга, и справедливость не правит им.

– О какой справедливости идет речь, когда вы лишь болтаете? – воскликнул Талоркан. – В вашей праздности нет добродетели.

– Как смеешь ты в подобном тоне обращаться к Высокому Кругу? – Тинне вскочил, тыча в лесничего острым, как кинжал, пальцем.

Талоркан самодовольно улыбнулся и не отступил.

– Дело в том, что в моих руках находится Свирель. Ради меня девушка снимет заклятие, и тогда, старейшины, с вашей властью будет покончено. Я один буду судить всех проходящих через лес. Мой народ каждый день страдает, пытаясь защитить души на их долгом пути. Я покончу с его тяготами. Я стану править вместо вас, глупцов. Тринадцать это слишком много. Хватит и одного властителя.

– Осторожнее, Талоркан, Брид еще не стала играть для тебя на Свирели, – заметила Нуйн. – А ключи до сих пор у меня.

– Все меняется. Вскоре я получу и второй предмет силы.

Страйф расхохотался.

– Есть еще лишь один такой предмет, и тебе он не доступен. Он от века находится в мире смертных.

– Воистину, – с улыбкой кивнул лесничий. – Но, как я уже сказал, все меняется. Вскоре вы будете меня покорно почитать. Власть не для вас. Слишком долго вы сидите в замке и потому забыли, каково в лесу. Я обеспечу, чтобы те, кому должно, следовали в Аннуин, а прочие оставались здесь или шли в свой последний путь к солнцу.

Каспар почувствовал тошноту. Абеляр говорил о трех предметах силы. Два из них находились в зале: Свирель Абалона и Ключи Нуйн. А третьим, по словам лучника, был Некронд.

Талоркан, не заботясь о том, что вызвал неудовольствие собравшихся в тронном зале, запечатлел нежный поцелуй на лбу Брид, а после вновь завел свою чарующую песню. Каспар видел, как девушка лишается последних сил. Она пыталась отвернуться, но лесничий рассмеялся.

– Сопротивляйся, и боль лишь усилится. – Он взял ее руку – Брид до сих пор не выпустила из пальцев Свирель, и поцеловал. – Ты будешь сидеть на троне подле меня, и исправлять все ошибки. Ты сможешь избавлять мир от страдания. Помнишь, как в прошлой жизни тебе не хватало сил? Как все эти могущественные дворяне мешали тебе достичь своей цели и восстановить равновесие? Здесь все будет иначе. Мы положим конец беспорядку, созданному этими глупцами. – Он нежно опустил Брид на пол возле Папоротника, в последний раз взглянул на ее прекрасное лицо и шагнул к дверям. – Лесничие, оставим их спорить. Пришло время прочесать лес и собрать новоприбывшие души.

Каспар знал, что Талоркан лжет, знал, что тот специально предлагает Брид то, от чего ей нелегко отказаться – облегчение чужих страданий. Девушка слегка улыбнулась, глядя лесничему вслед, глаза ее мягко сияли.

Стоило огромным створкам захлопнуться, как Тинне закричал, что Талоркана следует покарать. Остальные старейшины принялись возбужденно спорить, а Страйф пробормотал себе под нос, что он один предсказывал нечто подобное.

Фагос поднялся, кашлянул и терпеливо дождался тишины.

– Мы не в состоянии его покарать. Талоркан уже слишком силен, и лесничие встанут на его сторону.

Старейшины опять заговорили все вместе, и так продолжалось, пока Нуйн не заставила их замолчать.

– Тогда мы должны выкупить у него девушку и позволить ей вернуться. Нельзя допустить, чтобы Талоркан завладел Свирелью Дуйра. Она обещала отдать нам Свирель, если мы отправим ее обратно.

– Закон не позволяет отправлять смертных назад ради достижения наших собственных целей, – провозгласил Фагос, выковырял из бороды буковый орешек и, швырнув на пол, растоптал. – Мы, поддерживающие закон, не вправе его нарушать.