Чтение онлайн

— То, что ты посмотрел альбом, еще не значит, что ты меня знаешь.

— А я думаю, что значит. И я знаю себя. Я всегда знал, что именно ищу, был уверен, что пойму, когда такой момент наступит. Ты тоже это чувствуешь, признай.

— Однажды я уже ошиблась. Мне казалось, что с Кевином у нас все как надо.

— Дженни, ты к себе несправедлива. Ты была очень молода. Ты говорила, он был первым парнем, который тебе вообще понравился. И не забывай, какой бы замечательной ни была твоя бабушка, наверняка тебе в жизни не хватало мужчины, отца, брата. Ты была готовавлюбиться в Кевина.

Дженни задумалась:

— Наверное, так и есть.

— И девочки. Не упусти их детство, Дженни. Когда ты с ними, они так счастливы. Думаю, они могли бы быть счастливы со мной. Выходи за меня, Дженни. Поскорее.

Неделю назад они еще не были знакомы. Дженни чувствовала тепло его руки, смотрела в его вопрошающие глаза и знала, что в ее собственных глазах отражается такое же пламя любви.

И без тени сомнения она знала, каким будет ее ответ.

До рассвета они сидели в квартире и разговаривали.

— Дженни, я хочу удочерить девочек. Мои адвокаты подготовят нужные документы, чтобы Макпартленд их подписал.

— Вряд ли он откажется от детей.

— А я не сомневаюсь, что откажется. Я хочу, чтобы девочки носили мою фамилию. У нас будет своя семья, и я не хочу, чтобы Бет и Тина чувствовали себя чужими. Я буду им хорошим отцом. А Кевин хуже чем плохой отец. Он к ним равнодушен. Кстати, какое обручальное кольцо ты получила от Макпартленда?

— Никакого.

— Хорошо. Я переделаю для тебя кольцо Каролины.

В среду вечером он сказал ей по телефону, что договорился о встрече с Кевином в пятницу днем.

— Думаю, лучше всего, если я увижусь с ним один, дорогая.

Всю неделю Тина и Бет спрашивали, когда вернется «мистер Крюгер». Когда в пятницу вечером он зашел в дом, они бросились к нему. Эрих обнял малышек, те завопили от радости, и глаза Дженни наполнились счастливыми слезами.

За ужином в «Четырех сезонах» Эрих рассказал ей, как прошла встреча с Кевином:

— Он был не слишком дружелюбен. Дорогая, по-моему, он как собака на сене. Ни ты, ни дети ему не нужны, но он не хочет, чтобы вы достались кому-то еще. Но я убедил его, что это ради их же блага. К концу месяца мы покончим с формальностями. А на окончательное удочерение потребуется около полугода. Давай поженимся третьего февраля - будет почти месяц с того дня, как мы познакомились. Кстати, чуть не забыл. — Он раскрыл портфель. Дженни удивилась, что Эрих взял его с собой за стол. — Посмотрим, как оно сидит.

Это было кольцо с бриллиантом изумрудной огранки. Когда Эрих надел его на палец Дженни, взгляд ее утонул в сверкающей красоте великолепного камня.

— Я решил не переделывать кольцо, — сказал он. — Оно подходит идеально.

— Эрих, оно прекрасно.

— И еще, милая, давай заодно решим и это. — Он вытянул из портфеля стопку бумаг. — Когда мои адвокаты готовили документы на удочерение, они настояли на заключении брачного контракта.

— Брачного контракта? — рассеянно переспросила Дженни. Она увлеченно любовалась кольцом. Все это не сон. Это по-настоящему. Происходит на самом деле. Она выйдет замуж за Эриха. Вспомнив слова Фрэн, она чуть не рассмеялась.

«Дженни, он слишком идеальный. Он красив, богат, талантлив; он боготворит тебя. Боже, да он глаз от тебя оторвать не может, с ума сходит по детям. Послушай меня, что-то здесь не так. Наверняка он картежник, или пьяница, или двоеженец».

Дженни чуть не рассказала об этом Эриху, но передумала. Он не слишком-то жаловал беспардонный юмор Фрэн. Что он там говорит?

— Просто дело в том, что я довольно... богатый человек... Мои адвокаты не были в восторге оттого, что все произошло так стремительно. Здесь просто говорится, что, если мы разведемся раньше чем через десять лет, состояние Крюгеров останется нетронутым.

Дженни была поражена:

— Эрих, если мы разведемся, я ничего не потребую от тебя.

— Я скорее умру, чем потеряю тебя, Дженнм. Это просто формальность. — Он положил бумаги рядом с ее тарелкой. — Конечно, ты, может, захочешь, чтобы твои адвокаты внимательно их просмотрели. Вообще-то мне велели передать, что даже если тебя или твоих адвокатов устроят все условия, ты должна отправить документы обратно не раньше чем через два дня.

— Эрих, у меня нет адвоката, — она взглянула на первую страницу, пришла в ужас от юридической тарабарщины и покачала головой. Вдруг не к месту вспомнила привычку Наны аккуратно проверять чеки из магазина, как бабушка подчас торжествующе восклицала: «Он дваждывзял с меня деньги за лимоны». Прежде чем подписывать такой документ, Нана досконально изучила бы его.

— Эрих, я не хочу вникать во все это. Где мне подписать?

— Я поставил для тебя галочки, дорогая.

Дженни быстро черкнула свое имя. Адвокаты

Эриха явно боятся, что она выходит за него из-за денег. Наверное, нельзя винить их за это, но все равно ей было не по себе.

— Дорогая, и помимо этого условия, по документам учреждается доверительный фонд на девочек, который каждая унаследует в возрасте двадцати одного года. Фонды вступают в действие сразу же, как будет завершено удочерение. Также документы удостоверяют, что после моей смерти ты унаследуешь все мое имущество.

— Даже не говори об этом, Эрих.

Он убрал бумаги в портфель.

— Какими ужасно неромантическими вещами приходится заниматься. Дженни, что ты хочешь на нашу золотую свадьбу?

— Дарби и Джоан.

— Что это?

— Статуэтки фирмы «Ройял Доултон». Сидят рядышком счастливые старик со старушкой. Я их всегда обожала.

На следующее утро Эрих пришел с коробкой под мышкой. В ней оказались две статуэтки.

Даже больше, чем кольцо, эти фигурки заставили Дженни почувствовать уверенность в своей дальнейшей жизни.

— Я ценю это, Дженни. Три сотни баксов здорово помогут. Ты всегда была отличным другом.

— Ну, мы с тобой вместе собирали эти вещи. Так что половина денег по праву твоя, Кевин.

— Господи, так и вспоминаю, как мы поздно вечером бродили по округе, чтобы подобрать мебель, которую люди выносили вместе с мусором. Помнишь, как мы буквально из-под носа у кого-то увели двухместный диванчик? Ты уселась на него раньше, чем тот парень успел добраться до него.