Чтение онлайн

Я не знала, что мне делать. Я развернулась, пытаясь как-то разобраться с тем, что разнесло мой мир вдребезги. Я давно уже смирилась с тем, что у Адриана было бурное прошлое. Как ни удивительно, это меня не беспокоило. Это было до меня. Эти девушки в прошлом. Он их не любит. Он был тогда свободен, и если он хотел прыгнуть в койку с девушкой, которая тоже этого хотела, – его право.

И все же… он признался, что затянул в постель девушку, которая этого не хотела. «Затянуть в постель» – это еще мелочи по сравнению с тем, что он сделал. В глазах алхимиков питье крови невинной жертвы было наихудшим прегрешением мороев. Но такова была их жизнь, и меня до сих пор от этого тошнило. Я не могла на это смотреть, и всегда облегченно вздыхала, когда Джилл с Адрианом уезжали от Кларенса. Теперь же я не могла изгнать из сознания ужасную картину, связанную с Адрианом. Он воплощал в себе все страхи алхимиков о чудовищах, выслеживающих ничего не подозревающие жертвы.

– Сидни…

В его голосе была такая боль, что у меня защемило сердце, но мне нечем было его утешить. Я даже себя не могла утешить. Он сказал, что изменился, достаточно ли изменился? Мог ли он поступить так же ужасно?

– Извините за опоздание. – В комнату вошел Эйб в сопровождении незнакомого мне дампира, и я стала смотреть на него, чтобы не видеть искаженного горем лица Адриана. В руках у Эйба был ящик, а на шее – ярко-бирюзовый шелковый шарф. Возможно, ему нравилась зима. – Некоторые ингредиенты оказалось непросто добыть.

– Но вы добыли все? – нетерпеливо спросила Лисса.

– Конечно! – Эйб величественным жестом указал на своего спутника-дампира. – Включая нашего татуировщика, Горация. Мы готовы начинать, как только вы будете готовы.

И лишь когда все присутствующие посмотрели на меня, я поняла, что Эйб подразумевал. На мгновение я перестала соображать. Почему они все уставились на меня? Что я должна делать? Я не могла думать ни о чем, кроме Адриана и его мрачного признания. Потом постепенно во мне пробудился ученый. Ах да, конечно. Чернила. Дозировка, реактивы. Я могу это сделать. В этом нет ничего морально сомнительного.

Расправив плечи, я подошла к Эйбу и заговорила ледяным тоном, каким очень давно не пользовалась.

– Давайте посмотрим, что тут у нас.

Эйб положил ящик на широкий стол. Я критически осмотрела все ингредиенты и кивнула.

– Да, все в наличии.

– Что теперь делать нам? – спросил Эйб.

– Не мешать мне.

Я пододвинула к себе деревянный стул, потом достала мобильный телефон – у меня в нем были записаны точная формула и инструкция по изготовлению чернил. Воцарилось напряженное молчание. Я старалась игнорировать тот факт, что у меня имеются зрители. Я давно уже не работала с химикатами алхимиков, а сосредоточенность и внимание ничем не отличались от тех, что требовались для создания компонентов заклинания. Я просто производила химические манипуляции вместо магических.

Это была непосредственная работа алхимика, но руки мои дрожали, когда я отмеряла и смешивала компоненты. Мне приходилось принуждать себя думать о задаче, а не о своем разбитом сердце. Когда зрители поняли, что процесс займет отнюдь не пять минут, они рассеялись по комнате и принялись тихонько переговариваться между собой, и меня, наконец, оставили в покое. Роза и Дмитрий, думая, что я нервничаю из-за того, что приходится помогать мороям, подошли подбодрить меня. Я лишь коротко кивнула в ответ.

Когда я закончила, ко мне приблизилась Соня с благодарственными объяснениями.

– Это может оказаться очень полезным для нас, Сидни.

Я взглянула на нее.

– Я знаю. Я рада помочь.

Не знаю, что Соня разглядела у меня на лице, но она смутилась.

– Что-то случилось?

– Ничего. – Я опустила взгляд. – Просто пребывание при дворе и напряженное расписание.

– Нет, еще что-то. Ты думаешь, я не вижу?

Конечно, она видит! – с горечью подумала я. Она, возможно, читает потрясение в моей ауре, потому что именно этим она и занимается – всматривается в других, желают они этого или нет. У мороев личные границы были понятием относительным.

– Я видела, ты говорила с Адрианом, – продолжала Соня. – Что он тебе сказал? – Голос ее дрогнул. – Сидни, я видела, что вы двое…

Я снова подняла взгляд. Меня захлестнул гнев.

– Если хочешь помочь, дай мне работать спокойно и забудь, что ты видела.

Соня вздрогнула, а я немного пожалела о своих словах. Соня была мне другом и наверняка хотела как лучше. Но я не хотела сейчас, чтобы рядом был кто-нибудь из них, и Соня, помедлив несколько секунд, отошла.

Я завершила работу над суспензией и отодвинулась, чтобы полюбоваться делом рук своих. Суспензия была идеальна. Остальные участники вновь подошли ко мне, и я ощутила себя словно в ловушке.

– Готово? – спросил Нейл. – Ты уже можешь сделать мне татуировку?

– Нет. – Я указала на нетронутую пробирку с кровью, все еще замкнутую в серебро. – Суспензии требуется осесть, прежде чем ее можно будет смешать с кровью.

Этого они определенно не ожидали.

– И долго это? – спросил Эйб.

– Часа два, не меньше.

Соня разочарованно вздохнула.

– С каждым часом дух слабеет! – Она повернулась к Адриану. – Как ты думаешь, его еще достаточно, чтобы все это имело смысл?

– Должно быть, – загадочно отозвался Адриан.

– Я никоим образом не могу ускорить процесс, – объяснила я. – Разве что вы решите отклониться от методики, которой мы пользовались сотни лет. – Я говорила очень резко, но не могла с собою совладать. – Я собираюсь отправиться к себе и отдохнуть. Вернусь, когда подойдет время для следующего шага.

– Тебя проводить? – спросил Дмитрий. Мое плохое настроение передалось всем.

Я встала и аккуратно уложила обработанные порции ингредиентов обратно в ящик.

– Спасибо, я знаю дорогу. – Лучше уж я пройду одна ночью через моройский двор, чем снова буду выслушивать попытки влезть в душу из лучших намерений. – Хотя… Эйб, если у вас найдется свободная минута, у меня к вам вопрос…

Мое обращение к Эйбу всех застало врасплох, а в особенности самого Эйба. Впрочем, он быстро справился с растерянностью, и его врожденное любопытство одержало верх.

– Конечно! Давайте я вам помогу это нести. Если вы хотите оставить это тут, я за всем присмотрю – вдруг вам понадобится вторая порция.