Чтение онлайн

Одним из первых приехал стрый Ледена и Чаяна — Знаслав. Отец порой к брату младшему, но разумному, обращался за советом, когда совсем худо приходилось, и земли самые южные, посчитай, под его присмотром были много лет, особенно тогда, как князь захворал.

Леден повстречал его во дворе, как тот лишь в ворота заехал. Где-то позади догоняло его сопровождение, много сетуя, верно, на проворность боярина. Стрый по-молодецки лихо спешился и окликнул братича громко — что тот, уже скрывшись за стеной терема, его поначалу и не заметив, услышал и сразу по голосу узнал.

— Вот же ты, Леден, — захохотал Знаслав, обнимая его крепко, до хруста костей, — всё думаю, когда в плечах раздаваться прекратишь? А ты всё могучее и могучее становишься. Девичьим взорам услада, врагу — страх.

Тот усмехнулся только. Стрый всегда на слова был горяч: на пиру порой только его одного и слышно, а другие лишь сидят, жуют да слушают его. И себя он восхваляет, брата ли или его отпрысков — а звучит это порой не хуже, чем сказитель под гусли споёт.

— Ты чего не предупредил, что едешь? Встретили бы тебя все у ворот, — Леден высвободился и хлопнул ладонью его по плечу.

Позади уже спешивались кмети из его ближней дружины, беззлобно подначивали знакомых стражников да поглядывали на челядинок, которые недалёко пробегали по двору с корзинами полными снеди — для пира будущего.

Стрый прищурил жгуче карие глаза, пряча улыбку в курчавой и тёмной, словно медвежий мех, бороде. Похож он был на Светояра, да так, будто все черты родительские, что им обоим достались, проявились в нём гораздо ярче. Светояр не такой был: более светловолосый, почти русый и с глазами не цвета старой сосновой коры, а скорее мёда липового. А уж как смешалась его кровь с кровью жены, которая, хоть северянкой и не была, а очень на тех женщин походила, так и вовсе вряд ли кто из незнающих теперь мог признать в Знаславе стрыя княжичей.

— Так я что, не знаю, куда ехать? — разулыбался боярин. — Встречать и провожать меня не надо. Не маленький и не чужеземец здесь.

Вот уж верно говорит: детинец всегда ему домом был. Княжичем он родился, да землями своими отдельными обзаводиться не пожелал. И у отца не стал просить, чтобы тот надел ему какой отрядил, как оно порой бывало. Остался служить старшему брату, посчитай, наместником его стал в отдалённых краях княжества.

Знаслав снова окинул Ледена одобрительным взглядом, а после ему за спину посмотрел — и глаза его вдруг округлились, а лицо, точно яблоко, аж залоснилось.

— Что за пава? — он качнул головой вперёд. — Нешто кто-то из вас жениться уже успел, пока не виделись? Тогда чего на свадьбу не позвали?

Леден оглянулся — да и сам едва не обомлел, понимая чем так восхитился даже бывалый стрый. Шла со стороны женского терема Елица вместе со своей наперсницей и парой челядинок из терема — видно, до посада собрались на торг или ещё куда. Всего пару дней она ему не попадалась — да Леден нарочно встречаться с ней не хотел — а сейчас била по глазам своей величавой красотой, словно первый раз они встретились. Зелёная рубаха её с тёмно-синей вышивкой так ярко подчёркивала глаза княженки, что даже издалека заметно было. Клетчатая понёва её с одного конца была заткнута за пояс, открывая вязь узоров по подолу. На округлой груди Елицы покачивались при каждом шаге бусы в три ряда, позвякивали тихо обереги на них. Синий повой оттенял лёгкую загорелось её кожи. Леден смотрел на девушку так, что шею свело от неудобного положения, и сам себе дивился: чего ж так вперился, словно и правда впервые заметил? Знаслав дёрнул его за рукав и ехидно усмехнулся растерянному: “А?” — когда он вновь к нему повернулся.

— Вот же тебя жахнуло. А я всегда говорю, что женщины — они опаснее меча или топора. Тебя сейчас хоть копьём колоть можно было — ты и не заметил бы.

Леден только глаза закатил на подковырку родича. Тот махнул, веля идти своим людям, которые топтались неподалёку, решая ждать его или нет — и те тут же потянулись вглубь двора к дружинными избам. Тем временем Елица подошла — знакомиться с новым человеком, видно. А то невежливо ведь — мимо пройти, ни словом не обмолвившись.

— Это княжна из Велеборска, Елица Бориловна, — представил её Леден.

И руки нарочно за спину спрятал — так сильно сейчас захотелось её коснуться, увериться, что она и правда существует. Что не порождение сна его, в котором он застрял, не в силах очнуться. В тот самый день, как увидел.

— А я и вижу сразу, что княжна, — улыбнулся Знаслав, когда девушка почтительно ему поклонилась, как старшему. — Ты попытайся пойди среди простых девиц такую стать встретить. Меня Знаславом кличут.

Он прищурился хитро. Уж увидела бы жена его, как масляно он на молодух смотрит, так уж всыпала бы ему — не погляди, что боярин. Впрочем княженка от похвалы его даже не зарделась: быстро раскусила и осталась спокойной, что гладь озера в безветренный день.

— Это Знаслав Миладович. Стрый наш с Чаяном, — добавил к его словам Леден.

Елица глянула на него понимающе, и по губам её скользнула едва заметная улыбка. Знать, залихватский вид боярина только её забавил.

— Верно, ты на первых порах поддержишь нового князя, как займёт он стол. Мудрый совет старшего — самое ценное, что можно получить в это время, — она снова кивнула стрыю.

А тот сразу перестал сиять, как стекляшка, на которую попал свет Дажьбожьего ока.

— Поддержу, а как же, — буркнул уже без рвения. — Я теперь им после отца самый близкий человек.

— Куда направляешься, княжна? — всё ж поинтересовался Леден, поглядывая на наперсницу её и челядинок, что стояли в ожидании чуть поодаль.

— В посаде прогуляемся, — коротко бросила она. — Скоро обернёмся.

Повернулась плавно и вновь к воротам пошла, а женщины — за ней, тихо что-то обсуждая между собой.

— И чего бы это княжне Велеборской здесь быть? — стрый посмотрел им вослед задумчиво. — Или вы всех отпрысков Борилы решили в одном месте собрать?

— Ясно, зачем, — Леден повернулся уж вновь идти к терему. — Помогает нам поручения отца выполнить.

— И как? Узнали что-то? — в голосе Знаслава прорезался острый интерес.

— Что узнали, то проверим. А там и всем расскажем, не утаим.

Стрый помедлил чуть, словно задумался, и последовал за ним. Там и разошлись по своим хороминам. Нынче будет в гриднице шумно — у Знаслава и кмети такие же громкие и болтливые, как и он.

Так и собрались на вечерю — стрыя чествовать — Чаян велел. Угощение не было великим: куда уж, когда весна закончилась, а до новых урожаев ещё далеко. Да и неизвестно, какими они нынче будут, хватит ли всем, или снова придётся травы да коренья по лесам собирать да за дичью гоняться по многу дней. Но всё ж раздобыли кмети на охоте нескольких особо неосторожных глухарей да уток. И было это большой удачей.