Чтение онлайн

— Ладно, — я почти успокоился. — Ты изменил полярность. Что это нам даёт?

— Безопасность, — ответил домоморф. — Повторно влезть сюда убийца не сможет.

— Как он это проворачивает вообще?

— Артефакторика, — последовал невозмутимый ответ. — Костюм или комбинезон. Устройство позволяет ему менять плотность и выживать в условиях многомерности.

— Но только свою, — заметил я. — Он не сумел повлиять на меня.

— Правильно, — согласился Бродяга. — Значит, это не Дар.

— Но у него куча артефактов, — задумчиво произнёс я. — Он ускоряется, продавливает твои барьеры.

— Или меняет метаболизм, — резонно возразил домоморф. — Хорошо экипированный мета.

В наш диалог вмешался Барский:

— Ты смог его достать. Я видел из окна.

— Думаю, я мог его убить.

Поразмыслив, силовик кивнул:

— Мог.

Перестав ходить туда-сюда, я отдал приказ Бродяге:

— Саи переправь в мой арсенал.

— Будет сделано.

Оружие, которым я дрался с шиноби, лежало на подоконнике. Стоило мне отдать приказ, и оба сая провалились в стену, бесследно исчезли.

— Это улики, — напомнил Барский.

— Уже нет, — отрезал я. — Не хватало ещё, чтобы ваши ясновидящие извлекли оттуда информацию обо мне. Просто забудьте, Барский. Как страшный сон.

— Ты его запомнил?

Качаю головой.

— А вы?

Риторический вопрос.

То ли пространственные искажения, то ли ещё что, но образ убийцы в памяти не удержался. Вроде и видел лицо, но все подробности смазаны.

— Осмелюсь высказать предположение, что артефакторные вставки вшиты в костюм убийцы, — нарушил молчание Бродяга. — Интегрированы.

— В чём разница? — удивился я.

— Все детали экипировки составляют единое целое, — пояснил домоморф.

Я посмотрел на погрустневшего Барского.

— Почему расстроились, граф? Вы чудом выжили. Можно сказать, заново родились.

Барский вернулся в реальность.

— Шутишь? За покушением стоят британцы. Или Наска. Сегодняшний случай доказал, что никто из верхушки Эфы не в безопасности. Убийца с твоими способностями, который просачивается сквозь стены и путешествует по измерениям… От него не укрыться. Он до сих пор жив и может в любой момент прийти за моей головой.

— Логично, — признал я.

Хотя подобные типчики мне уже встречались. Достаточно вспомнить индонезийца, с которым я схлестнулся до встречи с мастером Багусом. Тот вообще искажал траекторию движения домоморфа, и Бродягу выбрасывало из многомерности в совершенно непредсказуемых местах.

— И наши враги очень хорошо информированы, — озвучил своё мнение Барский. — Они знали, что я прибуду к тебе. Вычислили момент, когда я должен выйти из дома. Покушение распланировано с точностью до секунды.

— Правда ваша.

— Значит, — продолжил рассуждать граф, — кто-то сливает информацию прямо из моего ведомства.

— И у них есть артефакт, позволяющий вести слежку за домом из многомерного пространства, — добавил я. — Не думаю, что убийца просветил стены. Он просто затаился за гранью видимости и наблюдал за крыльцом.

— Я теперь не могу чувствовать себя в безопасности, — буркнул начальник СБ. — Никто не может.

— Никто, кроме меня, — ухмыляюсь в ответ. — Но Бродяга не резиновый.

— Да я и не смогу вести дела из Красной Поляны, — расстроенно протянул Барский. — Это неудобно. Сейчас, когда наши враги активировались… Они просто хотят выключить меня из игры!

— Похоже на то. Хотите совет? Уезжайте из Фазиса, никого не предупреждая. Назначьте временно исполняющего обязанности. И контролируйте его из какого-нибудь дирижабля. Пока всё не разрулится.

— И кто всё это будет разруливать? — изумился граф.

— Известно кто, — я ухмыльнулся. — Достаточно лишь попросить. Но тут уже полигоном и станцией канатки не обойтись. За безопасность правящего ядра придётся заплатить серьёзную цену.

Барский застонал.

После того, как Барский покинул мою усадьбу, нападения не повторялись. Никто не телепортировался, не перемещался и не прилетал каким-либо извращённым образом в Красную Поляну. Зато в новостях промелькнула информация о том, что граф Артур Олегович Барский покинул город. улетев в неизвестном направлении «по приказу лидера клана». Вместо себя Барский оставил и.о. — герцога Александра Брема, с семьёй которого, по слухам, находился в очень близких отношениях.

Брем…

Я напряг память.

Ну, конечно!

Когда я был на Зимнем балу, где убил Гамова и фактически спровоцировал возвышение Барских, Регина представила мне своего кавалера — паренька лет шестнадцати. Бремы много путешествовали, но занимали высокую позицию в клановой иерархии. Значит, отец Венедикта сейчас управляет внутренней и внешней разведкой. Интересный поворот.

Через пару дней у меня намечалась встреча с Барским и Трубецким, которая, предположительно, состоится в сонном конструкте. На этой встрече мы обсудим условия новой сделки. Насколько я понял, под вопросом стоит вопрос национальной безопасности, а не только сохранение жизней высокопоставленных аристо.

Разговор с Джан я отложил до вечера следующего дня.

У нас должен был состояться ужин на крыше итальянского ресторанчика, и в глазах морфистки это было… вроде как свидание. Как по мне, ужин ни к чему не обязывает, но Джан искренне верила, что в обозримом будущем сможет сделать наши отношения… более романтическими.

Джан мне нравилась.

Но, как и прежде, я не спешил обнадёживать девушку, что-то ей обещать и уж тем более тащить в постель. Молодое тело, безусловно, требовало любви. В крови кипели гормоны, но я научился всем этим управлять ещё в незапамятные времена. Разум у меня не просто древний, но и тренированный.