Чтение онлайн

— Я… я не уверена. — Страсть вспыхнула снова. — Пусти меня. Тесты…

— Тесты показывают, что ты либо превосходно работаешь с очень хорошей скоростью, либо очень хорошо работаешь с превосходной скоростью. Те же тесты показывают, что у капитана показатели превосходные как по скорости, так и по качеству. У нас на корабле два мастера-пилота: капитан и первый помощник. Разумно, чтобы кто-то из них постоянно находился на корабле. Поскольку тесты говорят, что я лучше тебя справлюсь с ремонтом модуля — признаю, что ненамного! — и поскольку при проведении данного ремонта скорость и качество могут иметь решающее значение, наиболее разумно выбрать именно меня.

Он вздохнул и опустил все щиты, полностью открывшись и дав ей убедиться в правдивости его слов.

— Это не геройский поступок, клянусь тебе. Если бы Рен Зел, Сет или Трина подходили для этой работы больше, задание досталось бы им.

Лицо Присциллы оставалось встревоженным.

— Но не мне, — тихо проговорила она.

Истина оставалась истиной, и между спутниками жизни годилась только она.

— Только в самом крайнем случае, — признался он. Она шагнула назад, возмущенно качая головой.

— Ты предпочтешь заставить меня смотреть, как ты умираешь.

— Но я не имею намерения умирать, Присцилла! — воскликнул он с напускным весельем.

И почувствовал ее боль, словно нож вонзившуюся ему в сердце.

Наружные ремонтные работы были делом скучным и нервным. А в данном случае нервотрепку многократно усиливало заинтересованное присутствие нескольких икстранских боевых кораблей. То, что обитатели военных кораблей выражали свой интерес весьма открыто, быстро заставило Шана урезать число открытых каналов связи до трех: с «Долгом», с Сетом и с мозговым центром.

Сету было поручено охранять Шана от заинтересованных врагов — и эту задачу он принялся выполнять с пугающим энтузиазмом. Как бы то ни было, хотя в последние два часа сварки, потения и ругательств два звена истребителей прошли в глупой близости от орудий «Долга», Сету, «Долгу» и икстранцам удалось не нажать гашеток. Шан благодарил всех богов и богинь подряд за такое проявление умеренности всеми заинтересованными сторонами. И отчаянно спеша закончить ремонт раньше, чем кто-нибудь потеряет свое здравомыслие, он еще сильнее потел в своем тяжелом скафандре.

— Похоже, все герметично, — пробормотал он наконец. — Рен Зел, будьте любезны меня проверить. А то завтра я буду не в настроении выходить и латать замочную скважину.

— Уравнения составлены, модель запущена, капитан. — Спокойные интонации благовоспитанного лиадийского говора Рен Зела бодрили, как свежий бриз. — Все сходится до сотых долей процента, капитан.

Облегчение было таким острым, что походило на боль.

— Замечательно. Сет, мой снайпер, мы возвращаемся. Позволь мне в свое время поставить тебе рюмку того отвратительного пойла, которое ты так любишь.

— Договорились. А, дьявол, опять началось. Звено икстранцев как раз в поле зрения — экран восемь. Похоже, сегодня у них летная практика.

— Будем надеяться, что не учебные стрельбы.

— Пока они вели себя вежливо, — заметил Сет. — Я немного отодвинусь, чтобы дать вам больше места, капитан. Чем скорее я возьму в руку стопочку пойла, тем лучше.

— Вот голос разума, мистер Джонсон. Отойдите на вектор сигма-восемь-три, и я проберусь к шестому причалу.

— Понял. Меняю вектор.

— «Долг», отметьте вектора и траектории. Намерен быть у причала шесть через… Сет! Четвертый экран!

Два икстранских истребителя вышли из строя, бешено увеличив относительную скорость. Сет бросил свой корабль в маневр, который должен был привести его к надежно защищенному брюху «Долга» и безопасности. Какой-никакой.

Но Сет не стал выполнять маневр, который спас бы ему жизнь. Вместо этого его корабль полетел прочь от «Долга», сближаясь с икстранскими истребителями.

Один выбрал его: башни орудий начали поворачиваться, отслеживая цель, несмотря на ее маневрирование. Второй истребитель не изменил траектории: он полетел прямо, в самоубийственном направлении к сердцу «Долга». К Шану.

Множество голосов заполнили каналы связи. Приказ Шана «Сет, возвращайся на корабль!» едва не потонул в спокойных словах Присциллы: «Процедуры обороны задействованы, полная боевая готовность. Огонь по моей команде».

Голос Сета зазвучал одновременно с концом инструкций Присциллы — в прямом канале связи спасательных шлюпок.

— Хватит с них одной семьи. Твой у меня на прицеле. Они метят в причальный шлюз.

Корабли кувыркались, как это всегда бывает в космическом бою. Курс Сета изменился так, что его орудия теперь держали на прицеле идущего первым неприятеля. Преследовавший его истребитель начал маневр сближения, а первый икстранец стремительно сокращал расстояние, отделявшее его от Шана и причального шлюза, в который ему надо было попасть.

— Твой экран шесть, — прозвучал спокойный голос Присциллы, в котором на этот раз появился такой лед, что даже Шана пробрала дрожь. — Это — нападение. Канониры, даю команду. Три и пять прикрывают Сета. Четыре и шесть — капитана. Все остальные — стандартная оборона.

На шестом экране появилось звено из пяти истребителей, чьи расходящиеся траектории внезапно объединились. Истребитель, преследовавший Сета, отвернул, чтобы не столкнуться с ним. Рефлексы Шана бросили его сначала к шлюзу, а потом прочь, прочь…

— Шан, мы…

— … не можем рисковать и открывать шлюз. Я сделаю облет и попробую…

— Они берут тебя в клещи, Шан, — предостерег его Сет.

Шан ощутил мимолетное прикосновение любви — такой сладкой и всеобъемлющей, что он испытал подлинное потрясение. А потом их связь разорвалась, и он понял, что Присцилла прикрылась самыми мощными своими щитами. Как и должна была сделать. Как должен сделать и он.

— Шан, к четвертой гондоле! — потребовал Сет.

Шан мысленно послал к чертям крошечную спасательную шлюпку: это не истребитель, несмотря на установленное вооружение. Поскольку она была рассчитана на посадку на поверхность планеты, весом она превосходила истребители и не была рассчитана на ведение боя в пространстве.