Чтение онлайн

— Э, слышь, — явно ко мне обращается один из них.

Блин, у меня что, на лбу написано, что я приключений ищу?

— Извини, земляк, не могу сейчас с тобой говорить, — бросаю я и шагаю дальше.

— Слышь, Бро, это ведь ты Бро, правильно?

И кто это такие? Что за чудеса на виражах?

— Кто спрашивает? — отвечаю я.

— Корней.

Они встают и подходят ко мне. Сзади появляются ещё двое, постарше. Выглядят солидно, один в костюме, другой в тёмных очках, джинсах и футболке.

— Ну, допустим, — останавливаюсь я. — Но сейчас не могу уделить вам внимание. Болею.

— Да знаем мы, знаем, — кивает тот, что в джинсах. — Знаем, что ты маслину от ментов словил.

Ого, легенда уже пошла в народ. Так рождаются герои эпоса. Легенду эту, впрочем, придумал не народ и не я сам. Её придумал Злобин, кагэбэшник, похожий на Де Ниро.

— А раз знаете, что тогда? Приходите, когда здоровье поправлю.

— Ну, ты не быкуй, мы же по-человечески. Нужно поговорить.

Блин. О чём Корнею со мной говорить? О выстрелах в дачном посёлке? Ему-то что до всего этого?

— Ребят, давайте не сейчас, мне в постель надо.

— Нет, потом нельзя, — отвечает один из тех, кто помоложе, вероятно более резкий и борзый. — Надо ехать сейчас.

— Ехать? Да куда ехать-то? Вы что, русский язык не понимаете?

— Походу, это ты не понимаешь, — пожимает плечами костюм.

У парня пшеничные усы и довольно длинные волосы.

— Давай, садись.

К подъезду подъезжает «Рафик» с надписью «Маршрутное такси» на борту и новосибирскими номерами.

— Повторять не намерен, — кивает в подтверждение своих слов человек в костюме. — Давай в машину.

— Куда ехать-то?

— В Плотниково.

— Да вы чё, охренели? Какое Плотниково? Езжайте вы сами, куда хотите, мне…

Короткий тычок в почки прерывает меня на полуслове.

— Давай, залазь тебе сказали.

Забираюсь в машину. Надо уже пост охраны ставить у подъезда. Точка доступа закрывается, блин, заколебали уже. Озираюсь. Ребята серьёзные, на боксёров похожи, морды набуцканные. Впрочем, больше не быкуют и, не считая тычка по почкам, ведут себя вполне прилично и даже, можно сказать, довольно вежливо.

Итак, Корней, значит. Какого хрена, Корней? Ты разве не знаешь, что я с Цветом работаю? Знаешь, конечно. И, разумеется, знаешь, что я не признаю его за сюзерена. И что же, хочешь наложить лапу на мой ещё не начавшийся бизнес? Похоже на то. Наглец, что сказать.

Ехать, конечно, не так уж и далеко, но мне, если честно, и этого хватает. Рана ноет, капец. Кенты Корнеевские почти не разговаривают, только тот, что в костюме долго и нудно рассказывает джинсовому о каком-то юридическом казусе, породившем несколько забавных прецедентов в штатах. Блещет широтой кругозора, молодец.

Шумит она, красавица,Звенят, поют овсы, И парень улыбается В пшеничные усы…

Чем-то на Влада Листьева похож, только взгляд наглый и борзый.

Наконец, прибываем в Плотниково, прямиком к нашей винокурне. Ворота открыты. Зашибись просто… Работники типа уже перешли в подчинение к Корнею? А вот и он сам, ну надо же, Корней собственной персоной.

— Здорово, Бро, — вполне дружелюбно приветствует он меня, когда я выползаю из «Рафика». — Чёт выглядишь ты не очень. Не выздоровел ещё что ли?

— И тебе не хворать, — киваю я. — Лечусь ещё. В данный момент вот лечебное катание применяю.

Он ржёт.

— Да ладно, чё ты, не девчонка же, полчасика-то всего, разве это дорога? Больше разговоров. Я вот четыре часа сюда херачил и то не жалуюсь, да же пацаны?

Пацаны ухмыляются и кивают.

— Ну что же, добро пожаловать, в наши края, — говорю я без улыбки.

— Спасибо, брат, спасибо.

Близко мы не знакомы. Виделись в казино, в Новосибе на открытии и ещё потом пару раз, но лично практически не общались. Привет-пока и все дела, по большому счёту.

— Ладно, короче, — говорит он, становясь собранным и серьёзным. — Я тут узнал, что ты затеял производство интересное.

Я молчу, смотрю прямо, никаких опасений не выказываю.

— Я поучаствовать хочу. Бабки готов дать. Как на это смотришь? Больше бабок, больше товара, да?

Серьёзно? И с какого это рожна, позволь спросить, я тебя в дело брать должен?

— Давай присядем, — отвечаю я. — В ногах правды нет, сам знаешь. Пойдём вон туда, под навес.

Я иду и сажусь в тень на брёвна, не дожидаясь ответа. Стоять на солнце не буду, даже, если это было частью его плана.

— Ну, так что? — наседает Корней, подходя ко мне, но оставаясь на ногах. — Что скажешь?

Он оборачивается к своим и отыскав взглядом усача в костюме, делает ему знак подойти.

— Иди сюда, Адвокат-на, — говорит он и снова поворачивается ко мне с видом типа, о чём это мы тут говорили?

— А что сказать-то? — удивляюсь я. — Что ты хочешь услышать, что всё, вопрос решён? Во-первых, предприятие государственное.

— Кооперативное, — уточняет Адвокат.

— Да, открывает его облпотребсоюз, — соглашаюсь я, — но это же не частная лавочка, правда? Будут производиться соки для сельских жителей и прочее там…

— Меня, как раз, «и прочее» интересует, — снова вступает Корней. — Линия по розливу, насколько я знаю, не государственная, а твоя личная. Или нет? Или о чём ты сейчас вообще?

— Я говорю о том, что прямо сию минуту тебе не могу дать ответ. Проект не мой, в том смысле, что я не единственный, кто в нём участвует, понимаешь? Мне надо обсудить с товарищами. Но предварительно тебе могу сказать, что мы не ищем новых партнёров. Куда ты хочешь деньги вкладывать? Всё уже закуплено, всё подготовлено, работа проведена. Расширить производство в имеющихся условиях довольно трудно. По дистрибуции… э-э-э… по поставкам то есть уже есть чёткое понимание, хотя в этой части, как раз, сотрудничество вполне возможно.