Чтение онлайн

– Вот, смотри на эту кисть, – он держал в руке механическую кисть робота, – Она, сжимается в кулак не гидравликой и не электроприводом как принято, а синтетическими мышечными волокнами, с вживлёнными электродами. Если мы подадим на электрод заряд, – Славка включил кнопку, механическая кисть с лязгом сжалась в кулак. Марина от испуга даже вздрогнула, а Родион поморщился, – Вот видите, а всё благодаря особой межтканевой жидкости, которая способна резко уменьшаться в объёме при подаче на неё напряжения. Это гораздо эффективнее любого поршневого гидранта…

– Всё это здорово, Славик, но давай это обсудим у нас дома, тем более что всё можно смоделировать на компе, – предложил Родион, желая побыстрее покинуть его лабораторию.

– Ладно, – кивнул Славка, – Вечером зайду.

Марину, в зоне «А», интересовало всё, она везде заглядывала, фотографировала, помогала Родьке или Славику отыскивать то, что им было нужно, мимоходом прихватывая всё то, что выглядело очень необычно и мудрёно. Её комната стала похожа на нечто космическое. Из разных блоков и деталей, скреплённых вместе, у неё получались фантастические птицы, бабочки, звери. Всё это стояло, сидело, свисало с потолка. Со стен смотрели неземные пейзажи завораживающих картин и фотографий списанной техники, снятых с таких ракурсов, что создавалось впечатление, будто они живые, обладающие чувством и характером. Причём, всё это в комнате располагалось не хаотично, а выглядело одной цельной завершённой композицией. Даже кровать и мебель, преображённые добавлением соответствующего декора (элементов механизмов), вписывались в общий интерьер. Если можно было бы показать это на выставках современного искусства, то, скорее всего с большой долей вероятности, оно могло иметь мировое признание как художественный шедевр. Но, Марину не интересовала слава, она это делала для души, для родных и близких.

Этот учебный год выдался для друзей напряжённым: подготовка к экзаменам, олимпиады по предметам, соревнования. Ребята перестали делать вылазки в зону «А». Исключением стал тот случай, когда в начале апреля на ней появилась удивительная птица-паук. В тот же вечер, отложив все дела на «потом», друзья пробрались к чудо-птице. Славик тогда выглядел каким-то растерянным и подавленным, а на вопрос Родиона: – «Что случилось?», отмахнулся: – «Всё нормально». Не доходя несколько метров до желанного агрегата, друзья, не сговариваясь, остановились и как заворожённые, уставились на необычную машину. Она оказалась гораздо больше тех размеров, чем предполагалось при наблюдении издали. Огромный чёрный паук на восьми лапах, стоял в напряжённой позе, чуть наклонившись вперёд, и глядел в одну точку перед собой на земле. Казалось, подойди чуть ближе, он очнётся от забытья и рыча бросится на потревоживших его. Первой пришла в себя Марина, она медленно достала фотоаппарат с кармана и стала делать снимки. Славка подошёл к ближайшей лапе, осторожно коснулся рукой, и тихонько поглаживая, словно успокаивая огромного монстра, уверенно проговорил, – А ведь он на самом деле не страшен, – и, помолчав, добавил, – И даже милый, – осмелел Славик, уже по-дружески, похлопывая по обшивке ладонью.

– Вы знаете, судя по звуку, это не металл, – продолжая похлопывать, заключил он.

– Я думаю так же, – подтвердил Родион, – Помните, я рассказывал, что видел, как он летал. Не может аппарат такого объёма, в пересчёте на площадь крыла, парить в воздухе как планер. Если только он сконструирован из каких-то новых сверхлёгких и сверхпрочных материалов, а не из дюралей.

Ребята подошли поближе, осматривая аппарат. Если бы не паучьи лапы, берущие начало с верхней части фюзеляжа, то машину вполне можно было бы сравнить с современным самолётом, однако и хвост не вписывался в рамки самолётостроения, так как выглядел как птичий, состоящий из множества скреплённых пластин, более узких у основания и расширенных в конце. Все части ног-конечностей оказались относительно плоскими и широкими, несколько выгнутыми снаружи и вогнутыми изнутри. Впрочем, плоскими они только казались из-за огромной величины (каким иногда кажется издали крыло самолёта), а в задней грани каждой из них, просматривалась узкая волнистая полоса.

– Во время полёта крылья становятся ещё шире за счёт дополнительной выдвижной плоскости – объяснил Родион, указывая на узкую полосу, – Я это замети ещё в тот раз.

– Оригинально, – восхищённо протянул Славик, – А помните, я вам в лаборатории показывал кисть робота с синтетическими мышцами, – и не дожидаясь ответа, добавил, – Так вот, друзья, у этих лап такие же, но гораздо мощнее и скрыты под особую оболочку, – присмотревшись и ощупывая рукой как заправский массажист, заключил, – Что-то вроде кожи, только не человеческой, – попытался он пошутить.

Марина с Родионом, приблизившись, так же ощупали необычные приводные механизмы, искусно вмонтированные в вогнутые полости каждой плоскости, от изгиба к изгибу. Действительно, они очень походили на мышечные выпуклости каких-то древних динозавров, и даже покрытие напоминало чешуйчатые складки кожи рептилий. Места сгибов плоскостей, тоже, очень напоминали сочленения суставов.

– Очуметь! – вырвалось у Марины, – Гибрид птицы и паука, просто пауптик какой-то.

– А знаете, – подхвати Славка, – Мне нравится. А давайте его так и назовём «Пауптик»!

– Нормально звучит, – утвердительно кивнул Родион, – Согласен.

Ребята попытались открыть единственную дверь, расположенную довольно высоко сбоку фюзеляжа, чуть выше левого воздухозаборника. Очень хотелось проникнуть внутрь. Подтащили подходящих размеров какой-то обломок железяки, но на люке не оказалось никаких видимых ручек, или что-то наподобие этого, лишь небольшая матовая пластинка сбоку. Славик коснулся её рукой, пластина вспыхнула красным цветом и через мгновение погасла. Попытались проделать это и другие, но эффект был такой же – дверь упорно отвечала красным сигналом и не отворялась. Воздухозаборники и полости для двигателей, закупоривались плотными красными задвижками, видимо, способными открываться только изнутри, с пульта управления.

Друзья ещё какое-то время походили вокруг Пауптика, осматривая и восхищаясь шедевром человеческого разума. И покидая зону «А», договорились, во что бы то ни стало, выяснить тайну загадочной машины. Но уговор пришлось немного отложить из-за окончания учебного года, тем более что Славик и Родион завершали учёбу в 9 классе, а Марина в 10-ом. Ребята старались не думать о Пауптике, чтобы не отвлекаться от подготовки к предстоящим итоговым контрольным и экзаменам. Славка, за всё это время приходил в гости всего пару раз и то, какой-то хмурый и без настроения, на вопросы отвечал однозначно и безучастно. Родион с Мариной пытались выяснить, в чём дело, но он отмалчивался и как-то быстро уходил. И когда был в последний раз, с его настроением повторилось то же самое. Сидел он угрюмый, наотрез отказался от еды. Даже Елизавета, которую он всегда слушал, не смогла уговорить съесть хоть ложечку его любимого борща.

– Так, – сказал Родион решительно, подвигая стул и садясь напротив Славки, – Выкладывай, мы тебе не чужие, и не отпустим тебя, пока ты нам всё не расскажешь.

– Точно, точно, – подтвердила Марина, закрыв дверь, скрестив руки и загородив проход, – Даже не думай, все попытки к побегу будут строго пресекаться и наказываться.

– Ладно, Слав, давай говори, – Родион положил ему руку на плечо и направил сверлящий взор в глаза.

– Отца выгнали с работы, – чуть не плача, выдавил Славик.

– Офигеть, – не сдержалась Марина.

– Продолжай, – настаивал Родион.

– Помните, тот взрыв на заводе?

Брат с сестрой утвердительно кивнули.

– Это, сделал мой отец. Он остался на ночь в лаборатории, хотел завершить какой-то эксперимент, очень важный для него. Но что-то пошло не так. Взрывом уничтожило половину здания и ценнейшую лабораторную технику, приборы и что-то там ещё… Папа остался жив по счастливой случайности, выйдя из здания минутой раньше взрыва.

– Ну и что, это же наука, а в экспериментах всякое случается, не выгонять же за это. Сколько мы здесь живём, постоянно что-то падает, взрывается, вон сколько искорёженной техники в зоне «А» – и ещё никого не выгнали, – гневно заявила Марина.