Чтение онлайн

Павлов замолчал и с обреченным видом опустил голову. Ему ничего не оставалось, как смириться. Что-либо изменить бизнесмен уже не мог. На секунду Гурову показалось, что бизнесмен готов расплакаться. Но если Павлов и был на грани слез, то сдержаться он смог.

Сыщик усмехнулся и позвонил дежурному. Он попросил прислать конвоира и определить в одну из камер нового задержанного. Гуров попросил пока документов на него не оформлять, аргументируя это тем, что парня, может быть, через пару часов придется выпустить.

– Да, у вас там ждет дознания некто Мудров. Проводите его, пожалуйста, ко мне, – попросил сыщик и, поблагодарив дежурного, повесил трубку.

– Так что, Николай Николаевич, придется вам некоторое время посидеть в камере, – проговорил Гуров, посмотрев на Павлова. – Заодно и подумаете, кто вас мог подставить и зачем это было нужно. Можно думать и в обратном порядке.

Больше до появления конвоира оба не произнесли ни слова. Когда бизнесмена уводили, он жалобно посмотрел на Гурова, хотел что-то сказать, но только махнул рукой. Мудров поздоровался со своим начальником и удивленно посмотрел ему вслед, когда Павлов не ответил на приветствие. Затем водитель прошел к Гурову в кабинет.

– Вызывали? – спросил Мудров, словно в его визите сюда могла быть какая-то ошибка.

– Естественно. Даже на государственной машине вас сюда привезли. Разве вы сами в гости когда-нибудь зайдете? – ответил сыщик. Мудров из вежливости хохотнул. Хотя в его глазах легко читалось беспокойство. – Присаживайтесь. В ногах правды нет. А мы ее-то с вами и будем искать!

Разговор с водителем Павлова длился довольно долго. Гуров старательно вслушивался в его голос, пытаясь найти в нем присущие Палачу интонации и выражения. Однако ничего общего между голосами Мудрова и Палача не было.

Перед тем как пригласить Мудрова к себе, Гуров проверил его через картотеку в архиве. Оказалось, что водитель Павлова уже однажды привлекался к суду за драку с тяжелыми последствиями, получил два года условно, которые провел образцово, и больше трений с законом не имел.

Из всех, кто побывал у Гурова по делу Курильщика – как оно официально называлось, – Мудров был единственным, кто имел некое уголовное прошлое и подвергался допросам. Видимо, поэтому его ответы были четки и ясны. Казалось даже, что Мудров продумал все заранее, предвидел, о чем его будут спрашивать, и подготовил ответы.

Главной темой допроса, на которую делал упор Гуров, был, естественно, вчерашний вечер. А если точнее, где, с кем и как его провел Мудров. Оказалось, что водитель Павлова вчерашний вечер и сегодняшнюю ночь вместе с семьей провел в гостях у приятеля.

Друг Мудрова отмечал какой-то юбилей. Гулянка затянулась допоздна. А поскольку семейству Мудровых нужно было ехать практически на другой конец Москвы, друг уговорил его остаться ночевать. Тем более что и пятилетний сынишка Мудрова к тому времени уснул в комнате дочери приятеля.

Было у водителя Павлова и железное алиби. Проснулись они в пять утра. Встали пораньше, чтобы успеть добраться до дома, привести себя в порядок и отправиться на работу. Хотели уже идти в метро, но приятель Мудрова расщедрился и заказал им по телефону такси. Машина приехала около половины шестого и отвезла всю семью домой. В семь Мудров вышел из квартиры, пошел на платную стоянку, взял служебную машину и поехал на работу.

– Вот и все, что я могу сказать, – закончил Мудров свой рассказ. – Как видите, его легко проверить. Я от вас ничего не скрывал. Даже шефу не сказал, что вчера немного выпил. Он у меня это дело не поощряет. После рюмки разрешает за руль садиться только через сутки…

– И правильно делает, – перебил водителя Гуров. Вопросов к нему у сыщика больше не было. – Подпишите протокол.

– Без проблем, – Мудров поставил размашистую роспись, даже не читая написанного. – А что случилось? Могу я узнать?

– Ваш начальник и вы подозревались в совершенном сегодня убийстве, – равнодушно ответил сыщик. – Ваше алиби мы непременно проверим.

– Хм, ерунда какая-то, – фыркнул Мудров, поднимаясь со стула. – Поверьте, Николаич никого не убивал. У него на это кишка тонка.

– Разберемся, – перебил его Гуров. – Подписку о невыезде я с вас не беру. Однако в ближайшую неделю за пределы черты города не выезжайте. Вы можете нам понадобиться.

– Вот, блин, беда какая! Значит, рыбалку в выходные придется отложить, – тяжело вздохнул Мудров и, попрощавшись, вышел.

Гурову было совершенно ясно, что у этого человека было железное алиби. И оставить в семь утра машину с трупом на Сосновой аллее он просто не мог. Что ж, список сокращается. Хотя дело яснее от этого не становится.

Сыщику никак не хотелось верить в то, что молодой перспективный бизнесмен может оказаться серийным убийцей. Гуров уже достаточно пообщался с Павловым и был готов согласиться с мнением его водителя о том, что убить кого-нибудь у бизнесмена «кишка тонка».

И хотя сыщику уже не раз приходилось сталкиваться с людьми, которые за безобидной внешностью много чего скрывали, да и все улики были против Павлова, поверить в его причастность к смертям трех девушек было трудно.

– Наверное, просто жалость, – усмехнулся Гуров сам себе. – Стареешь, Лев Иванович. Сентиментальность еще ни одного сыщика не довела до добра.

Гуров выбрался из-за стола и размял затекшие мышцы. Как-то в суете последних дней он совсем забыл о том, что существует спортзал. Гуров за эти несколько суток даже не размялся ни разу как следует.

Почувствовав, что становится «кабинетной крысой», и представив, как вырастает от отсутствия движения его брюшко, сыщик выругался и пообещал себе, что, как только закончится это дело, он на несколько часов заберется в спортзал. И будет гонять там себя до изнеможения!

Все первостепенные дела на сегодняшний день были сделаны. Из запланированного ранее оставалось только попросить Геращенко опознать изъятые с дачи Павлова вещи Олеси. Гуров снял трубку с телефона и набрал домашний номер майора. Сыщик прождал довольно долго, но на звонок так никто и не ответил. На всякий случай Гуров решил позвонить Геращенко на работу. После второго гудка трубку на том конце провода подняли.