Чтение онлайн

Они незаметно проскользнули через боковую дверь и оказались в тихом коридоре, ведущем в сад. Воздух был наполнен ароматом ночных фиалок и свежестью приближающейся ночи. Виктория взяла Элиану за руку, и они медленно пошли по гравиевой дорожке, усыпанной лепестками роз.

— Помнишь, как мы впервые встретились? — вдруг спросила Виктория. — Ты тогда смотрела на меня с таким вызовом, будто готова была бросить мне вызов прямо там, в зале.

Элиана улыбнулась, вспоминая тот день:

— Я была напугана и зла. Мне казалось, что ты — ещё один человек, который захочет мной управлять.

— А теперь?

— Теперь я знаю, что ты — та, кто даёт мне свободу. Та, кто видит во мне не просто девушку из низов, а равную себе.

Виктория остановилась и повернулась к ней.

В свете фонаря её глаза блестели:

— Потому что ты и есть моя равная. Моя опора, моя муза, моя любовь.

Она наклонилась и нежно поцеловала её. В этом поцелуе было всё: благодарность за доверие, обещание будущего и глубокая, искренняя любовь.

***

Тем временем в зале веселье продолжалось. Матильда, хоть и пыталась сохранять серьёзный вид, не удержалась и пустилась в пляс с одним из стражников.

Маргарет, улыбаясь, наблюдала за ней:

— Кто бы мог подумать, что Матильда так умеет? — пробормотала она себе под нос.

— Жизнь полна сюрпризов, — раздался рядом голос Гарольда. Он подошёл с двумя бокалами вина. — Один для вас, леди Маргарет.

Маргарет приняла бокал и слегка приподняла его:

— За новую эпоху в замке. И за тех, кто делает её возможной.

Гарольд кивнул:

— Согласен. Виктория сделала правильный выбор. Элиана — то, что нужно этому месту. И ей самой.

В это время Томас, раскрасневшийся от танцев и сладостей, подбежал к Гарольду:

— Дядя Гарольд, а вы пойдёте танцевать?

Гарольд рассмеялся:

— Боюсь, мои старые ноги уже не так ловки, как твои. Но я с радостью посмотрю, как ты покажешь всем, как надо!

Томас важно кивнул и помчался обратно к танцплощадке, где уже выстраивались пары для следующего танца.

***

Элиана и Виктория вернулись в зал, когда музыканты заиграли медленную, проникновенную мелодию. Виктория снова пригласила Элиану на танец. Они двигались плавно и синхронно, словно были единым целым.

— Скоро нам придётся объявить о первом королевском указе, — шепнула Виктория на ухо Элиане. — О том, что в замке будет открыта школа для целителей. Ты ведь поддержишь меня?

Элиана подняла на неe сияющие глаза:

— Конечно. Это прекрасная идея. Слуги должны иметь шанс на лучшее будущее.

— Как и ты его получила, — добавила Виктория. — И я хочу, чтобы таких шансов стало больше.

Музыка затихла, и гости снова зааплодировали.

Отец Бернард подошёл к паре и благословил их:

— Вижу, что Господь не зря свёл вас вместе. Ваши сердца горят одним огнём — огнём добра и справедливости. Да пребудет с вами его благодать.

Вечер продолжался до поздней ночи. Когда солнце уже склонилось к горизонту, окрашивая небо в мягкие оттенки персикового и лавандового, праздник начал постепенно затихать. Гости всё ещё смеялись и беседовали, но музыка играла реже, а разговоры становились тише. В воздухе витал аромат увядающих цветов — розы и лаванда, украшавшие зал, начали терять свежесть, но их запах смешивался с тёплыми нотами корицы и мёда от последних блюд. Элиана и Виктория ненадолго отошли от гостей и поднялись на небольшую галерею, откуда открывался вид на главный зал. Отсюда было видно, как слуги аккуратно убирают остатки угощений, гасят лишние свечи, собирают лепестки роз с каменного пола. В зале ещё звучали голоса, но уже не так громко — люди переходили к более спокойным беседам, кто-то собирался уезжать, кто-то готовился к вечерним танцам. Виктория обняла Элиану за плечи, и они вместе посмотрели вниз.

— Кажется, замок наконец может отдохнуть, — тихо сказала она, кивнув в сторону зала. — Он столько всего сегодня пережил: волнение, радость, гордость…

Элиана улыбнулась, вдыхая вечерний воздух, проникавший через открытые окна:

— Да. И теперь он заслужил тишину. Но не пустоту. Он всё ещё полон жизни.

Они помолчали, наблюдая за тем, как меняется атмосфера. Где-то внизу послышался звонкий смех Томаса — он, раскрасневшийся и счастливый, помогал одному из слуг собирать пустые бокалы.

Рядом Гилберт что-то рассказывал группе гостей, жестикулируя с непривычной для него живостью.

Внизу Матильда отдавала последние распоряжения:

— Свечи у входа оставьте зажжёнными до темноты, — говорила она одному из слуг. — Гирлянды не трогайте — пусть висят ещё несколько дней. И передайте на кухню, чтобы оставили пирог для молодожёнов. Тот, с миндальной глазурью — лорд Виктор его особенно любит.

Элиана заметила, как Матильда на мгновение остановилась, подняла голову и посмотрела наверх — туда, где стояли они с Викторией. Их взгляды встретились, и на лице строгой экономки мелькнула едва заметная, но искренняя улыбка. Она чуть склонила голову в знак уважения и продолжила свои дела.

— Она всё-таки приняла меня, — прошептала Элиана.

— Не просто приняла, — поправила Виктория. — Признала. И это дорогого стоит.

Рядом с Матильдой появилась Маргарет.

Она положила руку на плечо экономки:

— Ты сегодня сделала невозможное, Матильда. Пир был великолепен.

— Просто делала свою работу, — проворчала та, но в голосе уже не было привычной строгости. — Хотя… признаю, пирог с миндальной глазурью удался на славу.

Маргарет рассмеялась:

— Вот и славно. А теперь позволь себе отдохнуть.

Матильда вздохнула, расправила плечи:

— Отдохну. Но сначала проверю, всё ли в порядке в покоях молодожёнов.

Тем временем в углу зала Гарольд о чём-то серьёзно беседовал с несколькими дворянами. Элиана не слышала слов, но заметила, как один из гостей сначала хмурился, а потом кивнул и даже слегка улыбнулся. Гарольд похлопал его по плечу — жест, который говорил больше любых слов: союз Виктории и Элианы получил одобрение даже тех, кто сомневался.

— Смотри, — тихо сказала Элиана, указывая на эту сцену. — Гарольд снова всех примиряет.