Плененные

Она родилась в ночь, когда рухнуло Колдовское дерево. С первым вдохом почуяла силу, всю ее мощь и горечь. С рождением ребенка добавилось очередное звено в цепи, которая тянется через столетия, позолоченная и отлакированная фольклором и легендами. Но если цепь начисто выскоблить, она крепко сковывает пленников, повинуясь только истине.

В других местах, в других мирах радостно приветствовали первые крики новорожденной. Далеко за извилистыми долинами Монтерея, где в старом каменном доме гулко звучал требовательный младенческий писк, торжественно отмечалось явление новой жизни. В потайных уголках, где по-прежнему живет и процветает магия, — глубоко в зеленых холмах Ирландии, на продуваемых ветром дюнах Корнуолла, в пещерах Уэльса, на каменистом побережье Бретани, — восторженно слушали сладкую песню.

Старое дерево, искореженное, покосившееся от возраста и брачного союза с ветром, совершило покорное тихое жертвоприношение.

С его смертью и добровольным страданием матери родилась новая колдунья.

Впрочем, выбор остается за ней. В конце концов, дар можно отвергнуть, благоговейно принять или проигнорировать, но он неотъемлем от младенца, девочки, будущей женщины, как цвет глаз.

Она еще совсем крошка, видит смутно, мысли не сформировались, кулачки сердито молотят воздух. Отец со смехом наклонился, впервые прижался губами к лобастой головке. Малышка отыскала грудь, мать всхлипнула от радости и печали, зная, что она останется единственной дочкой, отметившей любовный супружеский союз.

Взглянула и увидела.

Покачивая сосущую девочку и напевая древнюю песню, увидела, что ей предстоит получить уроки и сделать ошибки. Увидела, что однажды — скоро, если считать в широком жизненном масштабе, — дитя начнет искать любовь.

Понадеялась, что из всех даров, которые она ей передаст, из всех истин, которые она ей откроет, дочь усвоит одну, жизненно важную: чистейшая магия кроется в сердце.

На месте Колдовского дерева установлена памятная табличка. Обитатели Монтерея и курортного Кармела ценят природу. Часто подъезжают туристы, разглядывают надпись или просто стоят, глядя на скульптурный поваленный ствол, на рваную береговую линию, на тюленей в солнечной бухте.

Местные жители, видя дерево собственными глазами, хорошо помня, когда оно упало, часто упоминают о рождении Морганы Донован в ту самую ночь.

Одни считают это вещим знаком, другие совпадением и пожимают плечами. Большинство теряется в догадках. Никто не отрицает, что местный колорит очень сильно выигрывает благодаря факту рождения самопровозглашенной колдуньи на расстоянии брошенного камня от дерева с известной репутацией.

Нэш Керкленд заинтересовался, видя интригующую зацепку. Он давно занимается сверхъестественными явлениями. Вампиры, оборотни, всякая чертовщина, творящаяся по ночам, досыта его кормят. Больше было бы нечем зарабатывать на пропитание.

Не то чтоб он верил в вурдалаков, гоблинов, ведьм и колдуний, если на то пошло. Никто не превращается в летучих мышей и волков на восходе луны, мертвые не разгуливают, женщины по ночам не летают на метле. Так бывает лишь в книжках и на экранах, мерцающих светом и тенью.

На бумаге и на экране нет ничего невозможного. И это замечательно.

Как чуткий человек, Нэш знает цену иллюзиям, хорошо понимая, что зрителей необходимо увлечь, отвлечь, развлечь. Как фантазер и мечтатель, использует мрачные фольклорные образы и суеверия на потребу массовой аудитории. Семь лет пишет сценарии впечатляющих фильмов ужасов, начиная с первого, на удивление успешного «Оборотня».

Чертовски приятно видеть, как на киноэкране оживают собственные фантазии. Приятно заскочить в соседний кинотеатр, радостно хрустя попкорном, пока остальные охают, вскрикивают, закрывают руками глаза. Приятно, что люди, заплатив за билет, получают взамен равноценную долю кошмаров.

Для такой работы необходима тщательная подготовка. Собирая материал для жуткого и захватывающего сценария «Полуночная кровь», Нэш целую неделю расспрашивал в Румынии мужчину, клятвенно заверявшего, будто он является прямым потомком Влада Закалывателя — графа Дракулы. К сожалению, графский потомок не отрастил клыков, не умел превращаться в летучую мышь, хотя продемонстрировал доскональное знакомство с байками и легендами о вампирах.

Вдохновляют именно байки, особенно если рассказчик в них истово верит.

Выезжая на Севентин-Майл-Драйв, Нэш с усмешкой припомнил, что кое-кто считает его ненормальным. А он самый обыкновенный, земной и практичный мужчина. По крайней мере, по калифорнийским стандартам. Попросту зарабатывает на жизнь фантазиями, исконными страхами и суевериями, тем, что люди любят, когда их пугают. Его ценность для общества, по собственному мнению, заключается в способности вытащить страшилище из чулана и вывести на серебристый экран, добавляя, как правило, несколько штрихов беспощадного секса и скрытого юмора.

Написанные на бумаге слова оживляют чудовищ, превращают доброго доктора Джекила в злобного мистера Хайда [1] , осуществляют проклятие мумии. Может быть, это отчасти приводит писателя и сценариста к цинизму. Разумеется, сверхъестественные сказки пленительны и чудесны. Только в них ничего больше нет. Подобных сказок в голове миллионы.

Будем надеяться, Моргана Донован, почетная колдунья Монтерея, поможет еще одну сочинить. В последние недели, посвященные распаковке вещей, устройству в новом доме, пробе сил в гольфе, завершившейся безнадежным провалом, открывающимся с балкона видам, возникло настойчивое желание сплести историю о чародейке. Если судьба вообще существует, то она ему подфартила, поселив неподалеку от специалистки, до которой можно с комфортом доехать по очень красивой дороге.

Вторя свистом мелодии по радио, Нэш гадал, как она выглядит. В тюрбане с султаном? В черном крепе с головы до ног? Или как фанатка «Нового века» [2] , ведущая беседы только через посредников из Атлантиды?

Ничего, все годится. В этом мире как раз сумасшедшие придают жизни вкус.

Он сознательно не стал углубляться в историю колдуньи. Лучше составить собственное мнение, собрать личные впечатления, объективно, на чистую голову наметить основные завязки сюжета. Известно только, что Моргана Донован, родившаяся в Монтерее лет двадцать восемь назад, является владелицей популярного магазина, рассчитанного на любителей трав и кристаллов.

Заслуживает высшей оценки за то, что осталась в родном городе. Прожив тут меньше месяца, уже не понимаешь, как можно жить в любом другом месте. Нэш скривился, припомнив, что успел пожить почти везде.

Снова надо благодарить судьбу за благосклонное признание массовым зрителем его сценариев. Буйное воображение дало возможность сменить дымные пробки на улицах Лос-Анджелеса на это бесценное местечко в северной Калифорнии.

В самом начале марта верх «ягуара» опущен, резкий ветер треплет светло-русые волосы, пахнет морем, которое здесь всегда рядом, свежескошенной травой, цветами, блаженствующими в мягком климате. Под чудесным голубым, безоблачным небом автомобиль урчит, как крупный гладкий кот. Недавно удалось разорвать отношения, стремительно катившиеся под горку, почти пора завязывать новые. Жизнь прекрасна.