Пленница оборотня

Пробуждение было не из приятных.

Веки казались свинцовыми, норовя вновь опуститься, чтобы дрожащие ресницы коснулись заледеневших щек. Язык – словно его ужалила пчела, столь неповоротливый и мешающийся во рту. Сами губы обветрились, от едва уловимого движения нижняя губа треснула, и по подбородку скатилась теплая капля. Вероятно, это была ее кровь.

После борьбы с резью в глазах, когда девушка, не сдержав стон, смогла выпрямиться на жесткой лежанке, приняв более-менее вертикальное положение, окружающая обстановка начала четче проявляться.

Клетка.

Все внутри нее перевернулось. Сердце жалко ухнуло в пятки, а дыхание сперло.

Сон повторялся. Но уже в реальности.

Она вновь находилась внутри клетки, стены которой были выполнены из материала, похожего на белые кристаллы. Тогда, в далеком прошлом, когда Гиса спала, ей еще не ведома была истинная опасность Унуита. Теперь же его холодное сияние говорило лишь об одном: она в смертельно опасной ловушке. И выбраться из нее самостоятельно вряд ли получится. Тем более если рядом Он.

Медленно поворачивая голову вслед за идущими частыми рядами прутьями, Элгиссиора вздрогнула и тут же поморщилась от боли, когда заметила еще одного присутствующего в ее камере. Это был мужчина.

Светлая кожа, золотистые волосы, пребывающие сейчас в легком беспорядке: рваная челка прикрывала лоб, опускаясь ниже темных бровей к пронзительным синим глазам в обрамлении жестких черных ресниц. Поймав на себе этот изучающий взгляд, киоссе захотелось прикрыться одеялом. Которого, к сожалению, не было поблизости. Эти глаза… казалось, что незнакомец проникает под кожу, выворачивает душу наизнанку, чтобы с маниакальной любовью ученого изучить каждый уголок демонического сознания, а после… выбросить за ненадобностью, как мусор, по которому можно пройтись ногами в тяжелых ботинках.

На его губах появилась ухмылка.

– Вижу, ты изволила проснуться.

Голос… от его тембра мурашки, которые только улеглись, привыкнув к холоду, выпрыгнули с новой силой. Желая, видимо, взглянуть на того, кто говорит столь… чарующе.

Нет, его голос не был обволакивающе-приятным. Скорее морозно-колючим.

И этому баритону хотелось… что-то противопоставить. Облечь в тепло. Заключить в объятья, чтобы сгладить острые углы.

Иррациональное желание.

Видимо, она еще не отошла от недавнего принятия себя после…

– Как я здесь оказалась?

Вопрос сам сорвался с языка, заставив вновь задрожать. Она во сне спросила также.

Блондин продолжал опираться могучей спиной, на которую была наброшена меховая безрукавка, на прутья решетки. Его руки, сложенные на груди, слегка напряглись, приводя в движение рельефные мышцы.

Невольно проследив взглядом за изменениями, Гиса отметила, что на плечах незнакомца длинными неровными швами белели шрамы. Старые, успевшие полностью затянуться… но упрямо говорившие о том, что их обладатель побывал не в одной битве. И эти отметины – напоминание о неосторожности. И указания на то, что он все же остался победителем.

– А ты не помнишь?

Элгиссиора отрицательно качнула головой и снова поморщилась, поднося руку к вискам.

Незнакомец фыркнул.

– Неожиданно. Ты меня разочаровала, принцесса.

Гиса резко посмотрела на говорившего.

– Я не предполагал, что Высший демон падет так скоро. Видимо, легенды о вашей неуязвимости сильно преувеличены.

Элгиссиора не пыталась подняться на ноги, ведь понимала, что ее жалкие попытки пока ни к чему не приведут, а еще ниже пасть перед глазами пленителя – значило бы подтвердить жестокие слова.

Он ведь представился там, на площади. Почему же в видениях Элгиссиора вопрошала: «Кто Вы?»? Ей просто было нужно подтверждение догадок? Необходимо было знать, что он – тот самый Иррьят, навевающий ужас на все северные земли?

Однако сейчас, на своей коже ощущая холод подземелья и вдыхая сырой воздух, ее уста были запечатаны.

Так и не дождавшись от нее каких-либо слов, мужчина оттолкнулся от стены, медленно став приближаться. Остановившись в каком-то шаге от ее лежанки, он усмехнулся. Видимо, ему доставляло удовольствие смотреть на нее сверху-вниз. Или осознавать, что она смотрит не него с высоты ног? Как преданная собачонка, заглядывающая хозяину в глаза, когда выпрашивает очередной вкусный кусочек?

Сейчас он молчал, но во сне ответил на заданный вопрос, так и не сорвавшийся с ее губ в реальности.

– Я? Я – тот, кто сможет уравновесить несправедливость.

Кажется, во сне она пришла к выводу, что воздух, захвативший ее в ледяные объятья, намекал, что она все еще находилась где-то за хребтом соседских владений. Девушка тогда еще мысленно задавалась вопросом, зачем ему понадобилось держать в неволи саму киоссу?

Блондин в том кошмаре присел на корточки, чтобы их лица были на одном уровне.

– Зачем ты здесь? Чтобы ответить на пару моих вопросов. Например, ты, маленькая принцесска, можешь поведать о расположении защитных сооружений вокруг Ионтона. И рассказать, каким образом можно обойти магические ловушки, окружающие дворец.

Кажется, после этого ответа Гиса решила, что мужчина безумен, раз решил напасть на ее бабушку с дедушкой. Но теперь, сама оказавшись в его воле, опасалась лишний раз открыть рот.

Впрочем, почему бы не испытать судьбу?..

Как и ожидалось, попытка призвать свою вторую ипостась, оказалась тщетной.

– Как предсказуемо. За этими прутьями твоя магия не подействует, – мужчина широким жестом обвел темницу. – Но ты можешь снова попытаться.

Элгиссиора, уже не таясь, обратилась к внутреннему источнику Сил. И не обнаружила пути, который всегда был ей открыт.

Это ощущение пустоты пугало. Нет, не так. Оно заставляло в панике отползти от улыбающегося оборотня дальше, к колючим прутьям решетки.

Холод внезапно сменился обжигающим жаром. И рев, разрезавший тишину, вынудил мужчину дернуться и повернуть голову влево.