Чтение онлайн

Киваю.

Быстрей бы! Только бы он не тянул!

— Ты хочешь сбежать, а это неприемлемо.

Я холодею. Неужели он слышал? Нет, такое же просто невозможно!

Впрочем, вскоре я понимаю, что Феликс вполне мог прочитать эти мысли по моему лицу.

И тут я расслабляюсь. А чего скрывать, раз это правда? Мне все равно после клуба не жить. Только бы он сейчас меня убил и больше не мучал.

Я гордо вскидываю голову и расправляю плечи. По крайней мере, я приму это как человек, а не как растоптанная и униженная шлюха.

Слава богу, в последние дни я обрела кое-что напоминающее человеческое достоинство. Если бы мне не встретился Виктор, я превратилась в вещь.

Все ни делается, как бы странно это ни звучало — к лучшему.

— Неблагодарная сука, — скалится Феликс.

Он явно прочитал вызов в моих глазах.

И тут за нами открывается дверь.

— Что это значит? — я вздрагиваю когда слышу голос Виктора. — То есть все мои деньги…

Феликс встает.

— Контракт разорван.

— Какого черта?!

— Клуб имеет право сделать это по своему усмотрению, — голос организатора звенит железом. — Ты не можешь справиться со своей женщиной. Тебе не стоит ей владеть. Так она других только развращает.

Я роняю голову на грудь. Ну вот и все.

— Ты не посмеешь, Феликс, — по голосу Виктора я слышу, что он взбешен.

— Нет, это ты не посмеешь, — в словах хозяина клуба сталь. — Ты знаешь, что означает исключение. Если хочешь остаться, то придется поучаствовать в наказании.

Наказании. Все холодеет внутри. Значит, он меня не собирается меня убивать. По крайней мере, не сразу.

Меня отводят в ту же комнату, в которой я была когда только приехала. Раздевают догола. Я уже ничему не удивляюсь и не собираюсь противостоять.

Связывают руки за спиной, надевают на глаза плотную черную повязку.

За все время пока мы шли сюда, Виктор не сказал ни слова. Я чувствую себя так, словно меня окончательно предали. И по этой причине мне все равно, что будет дальше.

Я знаю, как в клубе проходят наказания.

Обычно собираются все мужчины, которые здесь. Для них это отдельное развлечение. Особенно посмотреть на самую красивую девушку клуба без белья.

Я не знаю только, что выберут для меня.

Мои руки укрепляют над головой. Это как во время первого аукциона. Я помню, что была привязана к шесту.

В клубе правило такое: нельзя портить товар. Поэтому они просто будут делать мне больно и наслаждаться этим.

Мне холодно, мерзко, но уже почти не жутко. Я смирилась.

Сегодня я просто умру. Как человек, очевидно. Со всеми своими мечтами, надеждами мыслями.

Феликс зачитывает мой приговор.

— Один из наших… посетителей был к своей женщине слишком снисходителен. Позволял ей вольности, слишком много подарков, досуга.

Я слышу смешки.

— Вот к чему это приводит. Сегодня она собиралась сбежать с охранником.

Я закусываю губу. Изнутри поднимается злоба.

Почему он не может прямо сказать: он против тех отношений, где мужчина уважает свою партнершу? Ах да, это место специально создано для насильников и гадов. Здесь все не так как у людей. А я просто жертва.

— Женщина должна знать свое место, — как будто в подтверждение моим мыслям говорит Феликс. — Эта заслужила наказание. После ее ждет аукцион. Ее сможет по сниженной цене приобрести кто-нибудь из вас и научить потом хорошим манерам.

Мою шею что-то больно жалит и тело выгибается дугой до того как я успеваю подумать о своей незавидной участи.

Потом я обмякаю. Ломит все кости. На губах проступает солоноватый привкус.

Слышу в воздухе треск и на мгновение понимаю, что это шокер. Электрический ток. Потом следует новый разряд.

С моих губ срывается стон.

— Проси пощады! — требует Феликс.

Но я молчу. Я твердо решила, что чем доставаться очередному насильнику, я лучше умру.

Я так не произношу ни слова, когда у меня уже мутится сознание и подгибаются колени.

— Ты же так ее убьешь! — это слова Виктора — последнее, что я различаю.

Мне приятна его забота, хоть он и проявил ее в последний момент. Все это время до получается он просто смотрел?

Не знаю, какие санкции ждут тех, кого выставили из клуба. Мне хотелось бы думать, что серьезные и воспринимать Виктора разумным и осторожным человеком, чем просто хладнокровным.

Я падаю на пол. Меня куда-то волокут.

Последнее, о чем я успеваю подумать: «Как хорошо, что сейчас не будет аукциона». Я в слишком печальном состоянии.

Лязгает замок, и я погружаюсь в забытье.

Передо мной проплывают картинки из памяти. Вспоминаю счастливые моменты из детства: руки отца, улыбку матери, смех сестры и подружек.

Меня как будто качает на волнах странная дрема.

Ничего этого уже не будет. Все кончено для меня.

Не знаю, сколько я лежу так. Руки, спина — все успевает затечь.

Наконец мне на лицо падает полоска света.

В моей камере темно как в подвале. Здесь нет ничего кроме железного ведра и худого покрывала на полу. Наверное, это и есть то самое место о котором рассказывали другие девушки. Феликс иногда запирает здесь особенно непослушных.

Да. Так и есть.

Передо мной вырастает хозяин клуба.

— Анжелика, — говорит он, опускаясь на колени и приподнимая мою голову рукояткой плети.

Понятия не имею, почему он все время ходит с этим атрибутом, чертов садист.

— Я дал тебе второй шанс только потому, что ты уже принесла очень хорошую сумму клубу. Ты ведь не хочешь умирать?

— Виктор… — хрипло вырывается у меня.

Феликс хмурится.

— Он тебе не подходит и для него ты мертва, — после этого хозяин клуба встает. — Я даю тебе время подумать. Неделю. Новый аукцион или…