Чтение онлайн

— Для кого как, — многозначительно улыбнулась Тамара.

— Пожалуй. — Монучар допил остатки вина, поставил на место бокал. — Ладно, это все лирика. Вернемся к насущному. Тома, ты отдаешь себе отчет, что сценарий, который ты написала в своем воображении, вряд ли выполним? И все здесь упирается в то, что ты категорически отказываешься принимать чью-либо помощь, намерена действовать в одиночку.

— Без опыта, без денег, без друзей, без свободы.

— Предположим, насчет друзей ты не права. Можешь смело причислять к ним меня, если ты, конечно, не против. Маки… То есть деньги у меня есть, и я ими с тобой всегда поделюсь. Но ни о какой свободе пока и не мечтай. Пойми, я о тебе беспокоюсь. При твоем характере, Тома, тебе хватит и часа, чтобы влипнуть в какую-нибудь историю. Ты же сама говоришь, что тебе недостает опыта. А значит, и выдержки, и проницательности…

— Интересно, и как же я их в себе разовью, безвылазно сидя здесь перед телеком? — вспылила Тамара и даже вскочила с кровати, на краешке которой сидела все это время. — Твои красивые слова о том, что опасаешься за меня — просто вранье!

— Нет, Тома, — покачал головой Монучар. — Если бы я был абсолютно уверен в том, что ты сейчас выйдешь из дома, поешь мороженого в кафе, заглянешь в кино, оттянешься на дискотеке и к утру вернешься назад — не было бы вопросов. Но даже если я приставлю к тебе телохранителей, с твоей хитростью ты их, дураков, обведешь вокруг пальца. Итак, представь, ты отрываешься от охраны. Что дальше? У меня нет ни единой гарантии, что ты тут же не выбросишь из головы все свои раскрасивые планы отмщения, которые так складно мне сейчас излагала, и не побежишь к мусорам. В итоге: ты в детприемнике, толстуха и дядюшка на Арсенальной, а у меня очень крупные неприятности. Легавые только и ждут, что мне предъявить, а тут прямо на блюдечке с голубой каемочкой им подается заложница, да еще и малолетка, которую я десять дней продержал у себя в подвале. Вот так-то, Тамара. Согласна с моими сомнениями? Есть что возразить?

Девочка молча опустилась на уголок кровати.

— Не расстраивайся, малышка. Ничего не проиграно. Просто надо уметь набираться терпения и ждать. Иногда очень долго.

— Пообещай мне, что ни ты, ни твои люди и пальцем не тронут ни толстуху, ни дядюшку. Сохранят их для меня.

— Но если они вдруг решат сами перегрызть друг другу глотки, — расхохотался Моча, — разнимать и мирить их никто не намерен. Так что надейся еще и на здравый рассудок Игната и Светланы Петровны. А со своей стороны, я гарантирую их полную безопасность. До того дня, когда в игру вступишь ты, царица Тамара. Знаешь, в поэме «Витязь в тигровой шкуре»…

— Я знаю, — перебила девочка. — Читала Шота Руставели. И видела иллюстрации Врубеля… Так, Монучар, мы обо всем договорились?

— Обо всем. Если вдруг передумаешь и пожелаешь, чтобы я подключил свои силы и ускорил процесс…

— Не передумаю. Сколько мне ждать?

— Может, два года, — пожал плечами Моча. — Может быть, три. Пока не будешь готова. И пока просто не подрастешь.

— А подготовка…

— Это я полностью возьму на себя. Разработаю план… Ведь я, как-никак, в свое время закончил психологический факультет МГУ. И в мозгах еще кое-что осталось.

— Тогда будем считать, что с этим все решено, — подытожила девочка. — Разрабатывай план. И, пожалуйста, постарайся сделать это как можно скорее.

На следующий день, произведя рокировку параши и тумбочек, Монучар сумел отвоевать у комнатушки немного пространства, на котором разместил тренажер «беговая дорожка» и нечто вроде пюпитра, за которым можно было читать и писать стоя.

— Теперь мне не помешал бы еще и солярий. И ежедневные трехчасовые прогулки на свежем воздухе, — сказала Тамара, увлеченно изучая несложный пульт управления «дорожкой».

— …И пятидесятиметровый бассейн, — язвительным тоном продолжил Моча. — И общество благовоспитанных молодых людей. Чистокровный арабский скакун, «Ламборджини», двухмоторная «Сесна»… Я могу тебе обещать только то, что уже через месяц будут готовы твои новые апартаменты. Так что готовься к переезду. И наверстывай упущенное время. Завтра у тебя начинается новый учебный год. Вернее, продолжается старый…

На следующий день скромная библиотека Тамары увеличилась более чем в два раза за счет профессионально подобранной учебной литературы за седьмой класс, и девочка, наконец, твердо решила перенести ударение в укороченном имени Монучара со второго слога на первый.

И при этом впервые набралась смелости признаться себе в том, что вот уже несколько дней, как из самых глубин ее души все настойчивее и настойчивее рвется наружу нечто новое, абсолютно неведомое. Причем Тамара с беспокойством отметила, что это нечто имеет непосредственное отношение к Монучару.

Вот только к добру ли это настырно стремящееся на волю…

…ЧУВСТВО?

Позорище! Да какие могут быть чувства у четырнадцатилетней девчонки к пятидесятилетнему старику?!! Как к заботливому хозяину. Как к надежному другу. Как к человеку, по горькой иронии судьбы заменившему ей и отца, и деда… и мать, и вообще всех людей, вместе взятых. Да, только так, и не иначе!

Но кроме этого существует что-то еще!

НЕЧТО!!!

— Какие у нас дальнейшие планы? — пряча за спину правую руку с «Сикемпом», спрашиваю я у Олега.

— Планы? — Он стоит у меня за спиной и — хотя я этого и не вижу, но в этом даже не сомневаюсь — поверх моего плеча настороженным взглядом изучает дворик между крыльцом и забором. Четыре чугунных фонаря а-ля XIX век. Дурацкая беседка по центру. Ни души… — Если честно, с дальнейшими планами полный голяк. Эти парни сейчас могут быть где угодно.

«С одним уточнением, — думаю я, — где угодно, но только в пределах землевладения покойного Юрия Ивановича. А значит, где-то поблизости.Интересно, по какому маршруту обходят периметр Юриковых владений его стояки? Где устроить на них засаду? Да и вычислят нас раньше, чем мы успеем прицелиться, — у охраны обученная собака. И, как уверяет Олег, волыны с полными обоймами и без глушаков. Если только дать стоякам пустить в ход свои дуры…

А ведь пальба из пээмов сразу поднимет хипеж на всю округу. Бдительные соседи вызовут местных легавых. Предположим, что до приезда ментов мы с Диной успеем стряхнуться отсюда. Но, если нас сразу же за воротами не подхватят те, кто срежиссировал сегодняшнюю оперу, нам определенно гаплык. Прежде чем нас повяжут, мы пошатаемся по местным лесам без надежных ксив и без денег пару часов. На большее можно и не рассчитывать.

Одним словом, погуляем немного на воле и обратно в квадрат…

Не за этим, признаться, мы сюда притащились!

К тому же Олег предупреждал, что для соседей и случайных прохожих сегодняшней ночью здесь все должно быть чики-чики — тихо и мирно, как за высокими монастырскими стенами.

А для этого нужна какая-нибудь военная хитрость.

А уж что-что, а изобретение военных хитростей — после рукопашного боя мой любимый вид спорта.

— Надо вернуться в дом, взять рацию и выйти на связь с этим дозором, — оборачиваюсь я к Олегу, — спросить, где сейчас находятся. А еще лучше под каким-то предлогом попросить подойти к крыльцу. Вот только у них, наверное, есть какие-то позывные…