Чтение онлайн

— Нет. Разумеется, мы несем свою долю ответственности, однако не мы выбросили метеорит из люка. И кто мог знать, что плесень поведет себя так?

— Верно. Откуда вам, таким крутым, знать?

Президент пристально посмотрел на рейдера.

— Мы говорим о серьезных вещах, Сергей.

— Разумеется. Гибель планеты — серьезно.

— Планета не погибла, — сказал Харт. — Сегодня она вступает в новую стадию развития.

— Опять двадцать пять! Интересно, какую?

— Я продолжу, если не возражаете.

— Чего уж — валяйте.

— Как вам, должно быть, известно, большая часть тех, кто эвакуировался в космос, погибли. По разным причинам. Основная из них — неготовность к такому развитию событий. Но мы все рассчитали заранее. Мы отвели свои станции, которых было немало в Солнечной системе, в безопасное место. Там нас никто не мог обнаружить.

— И вы бросили тех, кому нужна была помощь.

— Бросили? Можно и так сказать. Да. Точно так же, как вы.

— Генерал сражался до последнего! — прорычал Сергей. — У него не хватило времени спасти больше людей. Мы даже в лучшие времена не занимали половину помещений Бастиона!

Харт показал зубы в улыбке-оскале, напомнил рейдеру гримасу "чечеточника". Одного из самых отвратительных мутантов.

— А потом? Вы тщательно выбирали, кого можно впустить к себе, а кто не проходил отбор. Разве нет? — спросил прилизанный. — Екатеринбург был наводнен бродягами. Всеми теми, кто чудом выжил, и вполне имел право на убежище. Многих, очень многих вам удалось бы спасти. Почему Генерал или другие ваши лидеры этого не делали?

— Находились… причины, — пробормотал Сергей.

— Да… болезни. Одичание. Подозрения в мутациях. Явные мутации. Знаете, что случилось? Вы боялись, что бродяги, попросту, отбросы, разрушат ваш уютный мирок. Вы жили в роскоши и достатке, не испытывая проблем. А бродяги, которых вы убивали лишь за попытку приблизиться к вам, хотели немного. Они видели в вас людей, способных помочь. Сильных, не сломавшихся. Спасителей. А вы встречали их автоматными очередями. Не качайте головой, Сергей. Мы наблюдали за вами. Во время Тыквенных Войн ваши солдаты практически полностью уничтожили человеческое население Екатеринбурга. С мутантами вы сражались лишь когда те нападут и, само собой, это была самооборона. Но бродяг вы уничтожали целенаправленно.

— Вы лжете!

— От вас скрывали правду. Ваш отец был рейдером, да? Знал ли он? Вряд ли. К тому времени активная фаза спецоперации завершилась. Никто ваш Бастион больше не беспокоил. Редкие стычки с обезумевшими, потерявшими человеческий облик существами не в счет. — Харт смотрел Лужину прямо в глаза. — Лично вы встречали бродяг?

— Нет. Говорили, что все они вымерли от плесени. Или от голода.

— Да. Вы ведь не собирались делиться с ними пищей.

— Хватит! Один один! Довольны? Я… откуда я знал? Не вешайте все на меня!

Рейдеру показалось, что президент сейчас расхохочется. И если бы он это сделал, Сергей бы продолжал рычать и биться в оковах, словно пойманный волчонок. Наверное, никогда бы не остановился.

Однако прилизанный не нашел в этом ничего смешного.

— Я могу продолжать? Или будут еще едкие замечания?

Сергей покраснел, ощутив удушающую волну злобы.

Не зря, наверное, эти типы заковали его. Подозревали неадекватную реакцию.

— Так вот. Нам удалось собрать почти весь штат корпорации вместе с семьями и перевезти их на станции. Стоило это немало усилий, в том числе, и жертв. К тому же на первых пора приходилось делать это втайне. Когда еще мир не рухнул, наша деятельность могла привлечь внимание. В итоге, четырнадцать тысячи человек, специалистов и их родных оказались на орбите Ио, где мы поставили на геосинхронную орбиту наши объекты. Но часть специалистов осталась. Мы подкрепили группу бойцами собственной Службы Безопасности, после чего они законсервировались в Острове, под куполом технопарка. Купол, кстати, пришелся ко двору. Мы на практике смогли убедиться, что защищает он от всех видов плесени, от спор и токсинов. Попыток прорыва снаружи было немало, иной раз ситуация оказывалась угрожающей. Будь у штурмующих больше времени, купол бы поддался. Но плесень вскоре поглотила все. Мы в прямом смысле стали Островом посреди океана смерти.

— Вы сами там были, что ли? — спросил рейдер.

— Нет, просто привычка говорить "мы" — я чувствую себя частью семьи, — развел руками Мирон Харт.

— А потом вы вернулись на Землю?

— Нам пришлось. Мы не могли отправить всех выживших на Центавр-4 по сугубо техническим причинам. Звездолеты не покидали колонию — решили ими не рисковать. Выход оставался один-единственный: Земля. Места, в принципе, хватило бы всем, ведь наш технопарк был целым городом, однако мы не торопились. Вокруг планеты у нас сохранилась большая спутниковая группировка. Мы настроили ее на внешнее управление и занялись мониторингом…

— Когда плесень стала безопасна? — перебил Сергей. — Мы шестьдесят лет проторчали под землей…

— Активная фаза размножения черной плесени завершилась через десять лет. К тому времени другие виды значительно ослабли. Причин тому множество. Приспособляемость, отсутствие конкурентов, благоприятные условия среды. Плесени не нужно было теперь воевать с чужой экосистемой. Она влилась в нее. Что-то при этом погибло, что-то изменилось.

— Новый мир.

— Именно новый мир, — радуясь неизвестно чему, закивал президент.

— Почему же тогда она для нас оставалась опасной?

— Это особый разговор. Но я закончу основную линию, если не возражаете.

Сергей пожал плечами. Ему было, по большому счету, все едино. Какой смысл трепыхаться? Бастиона больше нет. Выжившие начнут новую жизнь… какую — это вот другой вопрос.

Для чего колонисты нужны Острову? Зачем нужны этому прилизанному великану?

Рейдер посмотрел на штору, закрывающую панораму мегаполиса.

Там чужая реальность. Сергей не хотел иметь с ней ничего общего.