Чтение онлайн

– Я вызову помощь, - обнадёживая скорее самого себя, чем раненых, сказал лейтенант и, выключив фонарь, вышел из подвала наверх.

– Урал – Каштану, - он взял в руку радиостанцию, настроенную на волну ротной сети.

– На связи.

– У меня «чепок».

– Стоп! – ответил Урал. – Сейчас наберу.

Командир роты тут же перезвонил через мессенджер, чётко понимая, что радиоэфир прослушивается всеми сторонами, и своя радиоразведка в этом смысле представляла большую для него опасность в виде последующего наказания, чем если бы информация о ЧП попала к противнику. Мессенджер же обеспечивал некоторую степень закрытости переговоров – по крайней мере, такое мнение бытовало среди военнослужащих.

– Рассказывай, что случилось.

– Четверо трёхсотых. Может и двести есть.

– Кто? Собранная группа?

– Нет. Нашёл пятисотых – они в подвале распивали алкоголь. Трое моих и один из первого взвода. Похоже, что «эфку» на столе подорвали. Всех четверых просто в кашу.

– Лейтенант, ну это слишком, - сказал ротный.

– Это не я, товарищ командир! Они гранату сами взорвали буквально за полминуты, как я к ним в подвал спустился.

– Вот же уроды, - заметил Урал. – Вот как будто у меня сейчас дел других нет! Ладно, сейчас организую эвакуацию, жди на месте. По возможности, сам тоже окажи им помощь. И это, Каштан…

– Что?

– Создай видимость того, что гранату к ним сбросил дрон. Так надо.

– Я понял, Урал.

– И комбату будешь докладывать, говори то же самое – «предварительно, ранения получены при сбросе гранаты в подвал».

– А если раненые проговорятся?

– Ничего «не если», и это уже не твоё дело. Батальону и бригаде такие «чепки» не нужны. Версия будет только такая – что это боевые потери. Всё, занимайся.

К этому времени к подвалу подошли люди, собранные для выхода на «Десну». Каштан стал руководить выносом пострадавших из подвала, которых выкладывали на землю, но оказывать помощь им не спешили – никто не хотел тратить свои запасы средств оказания первой помощи, ожидая отправки на передний край, где их ждал штурм и конечно, возможные ранения.

– Где стрелок-санитар? – в какой-то момент Каштан разозлился такому отношению сослуживцев к раненым.

– Вот он, - буркнул один из бойцов, указав на очередное тело, извлекаемое из подвала – это тело не подавало признаков жизни.

Последним вынесли Карася. Тот был в сознании, хотя осколками ему сильно посекло правую часть груди, правую руку и обе ноги.

– О, вот ты где! – удивился лейтенант. – Как ты здесь оказался, боец?

– Не помню, - промычал Карась, полагая, что его состояние должно заставить командира взвода забыть прошлые грехи и начать относиться к нему со снисхождением и благоговением, как и положено относиться к раненым.

Однако, лейтенант о таких психологических тонкостях в данное мгновение не помышлял, продолжая считать Карася вероотступником и практически предателем, хорошо устроившемся на шее трудового народа.

– Кто это сделал? – Каштан кулаком ткнул раненого в больное плечо.

– Не знаю, - промычал Карась. – Там они о чём-то спорили, я только услышал, как запал сработал, а потом был взрыв, и в глазах потемнело.

– Кто спорил?

– Да я не знаю их. Не успел познакомиться.

– Зато нажраться с ними успел, да?

– Так получилось. Случайно.

– А может ты услышал, как в подвал влетела граната с дрона? – спросил лейтенант. – Ты же понимаешь, что ситуация у тебя не совсем располагает к страховке – ты бухой, ты отказник, ты дезертир! А если это был дрон, то никто не вспомнит, что ты пятисотый! Ну, вспоминай!

– Вроде да, - произнёс Карась, поразмыслив. – Вроде дрон летал.

– И дрон гранату закинул, да?

– И дрон гранату закинул, да, - повторил раненый.

– Дверь была открыта, - подсказал Каштан.

– Дверь была открыта, - повторил Карась.

Каштан собрал вокруг Карася своих бойцов и попросил раненого рассказать, что произошло. Тот уложился в несколько слов и потерял сознание.

– Такие вот дела, - подвёл итог командир взвода.

Вскоре из батальонного медпункта приехал «Урал», куда загрузили раненых и умершего бойца. Пока машина добиралась до ближайшего МОСН, расположенного в двадцати километрах от передовой, Карась скончался.

***

Вернувшись на хутор Гнилой, Урал спустился в подвал командного пункта роты, где его уже ждал Дизель, мобилизованный боец, исполняющий обязанности старшего техника роты.

– Что скажешь? – ротный сел за стол.

– Товарищ командир, смотрите, - Дизель раскрыл свой блокнот. – Значит, на ходу у нас сейчас две БМП-2, мотор и коробку я с Шаманом перебрал, работают. Если механы рвать их больше не будут, может даже и ездить сможем. Противодроновые экраны я на них наварил, худо-бедно – защитить смогут.

В момент мобилизации Дизель занимал должность начальника транспортного цеха на одном из промышленных предприятий. Повестку ему вручили утром, а уже к вечеру, так и не увидев родных, он оказался в воинской части. Этого технически очень грамотного специалиста Корсар заприметил сразу и назначил его во вторую роту старшим техником. Дизель носил звание рядового, но это не мешало ему быстро снискать уважение со стороны сослуживцев и командования за способность быстро разобраться в любой механической поломке любого транспортного средства – и своими знаниями он фактически вытягивал весь батальон. А в качестве «золотых рук» в паре с ним работал совсем юный Шаман, которому было всего двадцать лет, четыре из которых он проработал в автомастерской, забив на получение образования и каким-то образом избежав срочной службы. Полгода назад он подписал контракт и совершенно случайно судьба пересекла его с Дизелем, который взял парня под свой контроль, не отдавая его ни на какие штурма даже в периоды наибольшего дефицита людей, когда в пехоту выгребали всех, кто не успевал надёжно загаситься.

– Пушки? – спросил Урал.

– Одна работает, - ответил Дизель. – Починили. А вот со второй там всё печально. Если есть какая-то возможность сдать её в ремонт, надо это сделать.

– Что с ней?

– Накатник накрылся. Мы его починить не сможем.

– Пулемёт на этой «бэхе» работает?

– Пулемёт работает, - кивнул старший техник. – Электроспуск я сегодня сделал, осталось привести к нормальному бою.

– Так, понял, - ротный встал и прошёл к чайнику. – Иваныч, чай будешь?

– С сахаром, - кивнул Дизель. – Значит, дальше. МТ-ЛБ на ходу. Двигатель мы сегодня завели, что там было, я разобрался, поломку устранили. Третья рота отдаёт нам «шашигу», она на ходу, убитая, конечно, но ездить может.

– Это за что такая щедрость? Раньше не замечал за третьей ротой такого…

– Да я им «бэху» на прошлой неделе восстановил, там помпа полетела, а они понять не могли, в чём причина – вот они и расплатились. А «шашига» не на ходу была, я её забрал и уже восстановил.