Чтение онлайн

— Билеты.

Ее медведь где-то забыт, а Логан исчез.

— Сколько?

— Пять. Прочти вывеску. Следующий.

— Вот! — нетерпеливо говорит Бьянка, протягивая Сэм пачку билетов. — Просто возьмите их все.

Сэм бросает билеты в пустую банку из-под кофе и вручает Бьянке три мяча. Она собирается выпустить один из них, когда Сэм снова вмешивается.

— Эй! Давай назад! Ты должна оставаться за белой чертой.

Бьянка пропускает каждый свой бросок. Ее мячи приземляются с мягким стуком в траву, и когда Сэм поворачивается, чтобы поднять их, на ее лице сияет широкая улыбка. Наши взгляды встречаются, когда она подходит к кабинке, чтобы взять особенно плохой бросок, и эта улыбка исчезает.

— Что?

— У тебя есть своя работа, — говорю я, указывая подбородком на линию.

— Ты же знаешь, они просто хотят увидеть тебя в мокрой футболке. — Ее глаза сужаются в щелочки.

— Забавно, это та же самая причина, по которой я хотел записать тебя в кабину для купания.

— СЛЕДУЮЩИЙ!! — кричит она.

Четверка первокурсниц бросает по очереди, и ни одна из них не попадает в цель. Толпа начинает волноваться. Как средневековая толпа, они хотят действия. Они жаждут крови. Сэм берет еще один раунд шаров и поворачивается, чтобы передать их следующему участнику, но затем колеблется, поворачивается на пятках и изучает эту цель. Сэм наклоняет голову, и я вижу, как работают ее мысли.

— Может быть, людям просто нужно немного поучиться. — Она делает один неуверенный шаг.

— Ты не посмеешь.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. — Еще один шаг.

— Саманта Грейс Абрамс, — предупреждаю я.

Это бесполезно. Она делает еще один шаг, затем начинает изображать огромное, замедленное падение, в котором спотыкается вперед и должна прервать свое падение одной вещью: мишенью. Платформа с быстрым свистом исчезает из-под меня, и затем я падаю в воду. Черт возьми. Теплый фронт или нет, но все равно февраль. Вода холодная. Когда я выныриваю, Сэм стоит по другую сторону бака. Мы на одном уровне глаз. Она милая и невинная, как ягненок.

— Ой.

— Если ты подойдешь ближе, я засуну тебя сюда.

Ее глаза расширяются, и она поспешно возвращается к очереди участников.

Падения редки в течение всего оставшегося утра, пока Четверка первокурсниц не договаривается с несколькими меткими бейсболистами, которых им удалось найти.

— Просто помогаем собрать деньги для фонда образования! — объясняют они, обмахиваясь рукой, пока я карабкаюсь обратно на платформу. — Это все… для детей.

Кроме того, Сэм окунает меня, по меньшей мере, дюжину раз сама. Каждый раз, когда я набираюсь смелости и бросаю колкость или кокетливый комментарий, я проваливаюсь. К концу смены футболка прилипает к коже. Мои волосы зачесаны назад. Я чувствую себя бодрым и отдохнувшим. Сэм, напротив, потеет. Ее глаза прилипают к моей мокрой рубашке, а потом она медленно отводит их. Мгновение спустя они вернулись на прежнее место.

— Как ты там себя чувствуешь, чемпион?

— Замолчи ты.

Приходит замена, чтобы освободить меня от должности: мистер Джонс, пузатый баскетбольный тренер. Как только мы меняемся местами, платформа скрипит, и очередь расходится. Люди разбегаются и бегут с места происшествия.

— Да ладно вам! — поддразнивает мистер Джонс. — Только потому, что у меня нет пресса, как у мистера Химика?

Когда я подхожу к Сэм, она протягивает мне полотенце и не сводит глаз с неба.

— Вот, прикройся. Ты выглядишь неприлично.

— На мне купальный костюм и футболка.

— Да, и женщины все утро приходили в шок от этого зрелища. Я слышала, что в палатке первой помощи закончились кровати, так что сделай нам всем одолжение.

— Нам?

— Заткнись. Давай, ты будешь угощать меня обедом за то, что подвергал меня пыткам последние два часа.

— Подожди, у меня есть сухая футболка, в которую я хочу переодеться.

Я веду нас в заброшенный полевой домик за карнавалом. Сэм скрещивает руки на груди и смотрит, как я встряхиваю волосами и стягиваю с себя рубашку.

— ОГО! Предупреди девушку, ладно?

Я качаю головой и наклоняюсь, чтобы порыться в сумке в поисках сухой рубашки. И занимаю неприлично много времени. Сэм ерзает и стонет, в конце концов, она наклоняется и выдергивает сумку из моих рук.

— Вот, просто позволь мне.

Мы так близко, и теперь я понимаю, что Сэм тоже не совсем сухая. Она все утро стояла рядом с будкой и на нее попадали брызги. Ее белая футболка облегает ее тело так же, как и моя. Я вижу очертания ее бледно-розового лифчика, изгиб груди.

— С тебя капает на меня, — говорит она, хотя ее голос потерял всю свою резкость.

— Сэм…

— Подожди, я найду ее.

Она думает, что мой грубый тон вызван раздражением, но она ошибается. Я в нескольких секундах от того, чтобы снять эту рубашку через ее голову. В любое другое время я бы так и сделал, но на улице полно учеников. Время неподходящее.

— А, вот она!

Сэм встает и с гордой улыбкой протягивает мне рубашку. Я заставляю себя посмотреть на север от ее шеи.

— Это для тебя. Я знал, что ты промокнешь, поэтому принес две.

Она в недоумении. Ее голова наклоняется влево, и ее мягкий рот так чертовски близко к моему. Она колеблется, поэтому я хватаю ее за подол рубашки и бросаю на нее взгляд: Можно? Несколько мгновений она не двигается. Сэм просчитывает свой следующий ход, проигрывая в уме все возможные варианты. Я знаю, что она представляет, как я возьму ее прямо здесь. Я борюсь с желанием прикусить губу. В конце концов, она медленно поднимает руки, и я плавно снимаю ткань с ее головы. Несколько коротких секунд девушка стоит там в бледно-розовых кружевах и шортах. Я вижу все, от шеи до пупка. Ее лифчик ничего не скрывает. Кремовая кожа влажная. Ее живот дрожит. Она замерзла. Мурашки бегут по ее плечам. Моя рука тянется к талии Сэм, и мои пальцы крепко сжимают ее. Внутри меня идет война. Я хочу прижать ее к бетонной стене. Хочу погрузить пальцы под пояс этих шорт и прижать ее холодную кожу к своей. Я мог так легко согреть ее, так легко наполнить. Но не хочу дружить с привилегиями. Я хочу большего. Прежде чем моя решимость сломается, тяну сухую рубашку вниз, чтобы заменить ее. Сэм внезапно покрывается от шеи до бедер. Ее руки спрятаны под ней. Она похожа на одну большую черную безрукую кляксу. Хорошо.

— Мило. А теперь пойдем, пообедаем.

Если я думал, что во время карнавала у меня будет возможность поговорить с Сэм, то сильно ошибался. Остаток утра и начало дня нас окружают учителя и ученики. Сэм настаивает на том, чтобы съесть тарелку барбекю, затем торт в форме воронки, а затем, вытирая сахарную пудру с губ, она спрашивает, не думаю ли я, что это хорошая идея для нее, чтобы съесть жареный во фритюре Сникерс.

— По-моему, ты слишком близко подходишь к зоне соревнований по поеданию.