Чтение онлайн

Алое пятно на простыне быстро увеличивалось. Шамир прилагал бешеные усилия, борясь со все возрастающим страхом.

Он вошел в Набилю рукой и постарался расширить шейку так, чтобы можно было извлечь послед. Удалив окровавленный комок, доктор надорвал околоплодную сумку и направил плод книзу, помогая ему выйти наружу. Потом он ловко перерезал пуповину и, затаив дыхание, повернулся к Набиле. У него вырвался вздох облегчения: кровотечение прекратилось. Тогда только Шамир позволил себе в первый раз взглянуть на ребенка.

Девочка была мертва — он давно знал это. Шамир перевел взгляд на жену; слезы заволокли ему глаза. Никогда ей не подарить ему сына! И вообще никого. Угроза ее жизни была слишком велика — он позаботится о том, чтобы она больше не беременела. Шамира охватило отчаяние. Может, она права и смерть—лучший выход?

— Доктор! — позвал из-за полога Бен Эзра.

Шамир устремил в ту сторону невидящие глаза, не в силах вымолвить ни слова.

— Моя жена, доктор! — в голосе Бен Эзры слышалось отчаяние. — Она не дышит!

Повинуясь рефлексу, Шамир схватил сумку с инструментами. На пороге он обернулся и посмотрел на жену. Морфий надежно делал свое дело: она сладко спала. Он быстро вышел в другую комнату и опустился на колени перед неподвижной женщиной, пытаясь при помощи стетоскопа уловить биение ее сердца. Ни звука. Тогда он не мешкая сделал укол адреналина прямо в сердечную мышцу. Потом открыл женщине рот и попытался вдохнуть в ее легкие чуточку воздуха. Тщетно. Шамир повернулся к мужчине.

— Мне очень жаль.

Бен Эзра впился в него взглядом.

— Не может быть, чтобы она умерла! Я видел, как у нее шевелился живот!

Шамир вновь перевел взгляд на женщину. Бен Эзра оказался прав — живот умершей продолжал вздыматься и опадать.

— Ребенок! — выдохнул Шамир и молниеносным движением извлек из сумки скальпель.

— Что вы делаете?

— Ребенок, — отрывисто произнес врач. — Еще не поздно спасти ребенка!

У него не было времени раздевать женщину, и он стремительно рассек материю, обнажив огромный, уже слегка посиневший живот.

— Закройте глаза и не смотрите.

Бен Эзра подчинился. Шамир в мгновение ока сделал надрез. Тонкая кожа лопнула с громким хлопком — точно вылетела пробка из бутылки шампанского. Он вскрыл брюшную полость и через несколько секунд уже держал в руках крошечное тельце. Шамир перерезал пуповину и пару раз шлепнул новорожденное дитя. Шатер огласился громким плачем здоровенького младенца.

— У вас родился сын, — сказал Шамир, поворачиваясь к Бен Эзре. Тот со странным выражением лица смотрел на врача, не в силах вымолвить ни слова.

— У вас родился сын.

К глазам Бен Эзры подступили слезы.

— Что мне с ним делать? Впереди — шестьсот миль пустыни. Ребенок умрет без матери.

— Мы поделимся продовольствием.

Еврей покачал головой.

— Это не поможет. За мной гонится полиция. Мне нечего дать моему ребенку.

Аль Фей продолжал молча держать мальчика в руках. Бен Эзра не сводил с него глаз.

— А что с вашим ребенком?

— Он мертв, — просто ответил Шамир. — Наверное, Аллах в мудрости своей не счел возможным откликнуться на наши молитвы.

— Это был мальчик?

Шамир сделал отрицательный жест головой.

— Нет, девочка.

После небольшой паузы Бен Эзра снова заговорил:

— Возможно, Аллах мудрее каждого из нас и не случайно свел нас в пустыне.

— Не понимаю.

— Если бы не вы, мое дитя погибло бы вместе с матерью. Вы ему больше отец, чем я.

— Вы сошли с ума!

Нет, — голос Бен Эзры зазвучал с новой силой. — Со мной он обречен на смерть. И для меня это дитя — обуза, которая неминуемо повлекла бы мою гибель. Но Аллахуслышал ваши молитвы о сыне. С вами он будет целым и невредимым.

Шамир посмотрел ему прямо в глаза.

— Но он вырастет мусульманином, а не иудеем.

Бен Эзра вернул ему взгляд.

— Какое это имеет значение? Разве вы не сказали, что все мы — скитальцы в океане жизни?

Шамир перевел взгляд на младенца и вдруг ощутил неведомый доселе прилив любви и нежности. Может, Аллах и впрямь таким способом откликнулся на их молитвы?

— Тогда нам нужно торопиться, — сказал он. — Следуйте за мной.

Бен Эзра взял мертворожденную девочку и унес к себе. Шамир положил обретенного сына на стол и завернул в чистую простыню. Не успел он закончить, как вошли Аида с Фуадом. Аль Фей обратился к служанке:

— Обмой и приведи в порядок моего сына.

У женщины дрогнули губы.

— Хвала Аллаху!

— Потом будем возносить благодарственные молитвы, — отрезал Шамир и повернулся к надсмотрщику. — Иди за мной, — и он скрылся за пологом.

Буря унялась так же внезапно, как и разразилась. Наступил ясный, погожий день.

Двое мужчин склонили головы над двумя свежевырытыми могилами на краю оазиса. Неподалеку ждали два осла Бен Эзры, один — доверху груженый запасами воды и провизии. На спине другого блестело на солнце потертое кожаное седло. Бен Эзра и Шамир обменялись смущенными взглядами.

Исайя Бен Эзра в молчании протянул руку, и Шамир ответил теплым пожатием. Оба чувствовали, что между ними возникла нерасторжимая связь.

Наконец Бен Эзра вскочил в седло.

— Прощай, брат, — вымолвил он.

Шамир сделал традиционный жест прощания, коснувшись рукой лба, губ и той части груди, где билось его сердце.

— Ассалям алейкум. Поезжай с миром.

Бен Эзра чуточку помедлил, чтобы бросить взгляд на дорогие могилы, затем вновь посмотрел на Шамира. Глаза обоих мужчин были полны слез.