Чтение онлайн

– Итак, теперь не хватает только одного человека – Бриггса. – Карлин неопределенно улыбнулся. – Почему бы вам не сесть? Пускай ноги отдыхают, пока мы ждем.

– Бриггс… – сказал Лабланш мягко. – Кто он?

Мне кажется, если бы барракуда умела улыбаться, улыбка была бы точно такой же, как у него.

– У Бойда есть своя теория насчет Бриггса, – сказал Карлин.

– Знаю. – Улыбка Лабланша стала напряженной. – Он рассказывал.

– Это была не моя затея, – сказал Карлин. – А значит, это должна быть твоя затея, Дэнни.

– Не пытайся перевести стрелки на меня, Эд, – сказал Лабланш. – Это явно твоя затея, от начала до конца.

Карлин не потрудился ответить, и установилась гнетущая тишина.

– Возможно, моя теория ошибочна, – услужливо сказал я, – и Бриггс действительно существует.

– Тогда где он? – тонко заметил Карлин.

Это был хороший вопрос. Я медленно передвигался, едва заметно переставляя ноги, пока не оказался чуть в стороне от Лабланша и Ньюсона. Теперь между ними и Карлином и О’Нилом оставалось свободное место. Такая диспозиция нравилась мне куда больше, но недостаточно, чтобы запеть от радости. Дверь каюты внезапно закрылась, и мы услышали звук поворачивающегося в замке ключа. Мгновение спустя донесся рокот заработавшего двигателя, и пол под ногами слегка вздрогнул.

– Что это, черт побери?! – прорычал Лабланш.

– Ловушка, – угрюмо отозвался Ньюсон. – Вывести судно в море и выбросить тела за борт.

Его рука нырнула под пиджак, и, едва в ней появилось оружие, я решительно упал на пол. О’Нил нырнул вбок. Эд Карлин продолжал сидеть на своем месте, лицо его стало пепельным. Прижавшись животом к полу, я еще сильнее ощутил дрожь палубы: двигатель заработал на больших оборотах. Я высвободил «магнум» из наплечной кобуры и прижал его перед собой к палубе. В данный момент моей политикой был вооруженный нейтралитет.

В каюту внезапно ворвалась громкая насильственная смерть. Хэнк Ньюсон совершил роковую ошибку, начав со стрельбы в Эда Карлина, что дало О’Нилу даже больше времени, чем необходимо, чтобы выхватить пистолет. Карлин резко откинулся на диван, его рот открылся, из аккуратного отверстия во лбу заструилась кровь, окрашивая седые усы. О’Нил выстрелил два раза с очень коротким интервалом, и Ньюсон отлетел назад к двери каюты, уронив пистолет.

– Господи боже! – воскликнул Лабланш. – Все сошли с ума? Прекратите! Я…

Следующий выстрел попал ему в горло, и слов больше не было, только противный звук выходящих из горла пузырей. Третья пуля поразила его в грудь, и он начал опускаться на колени, все еще глядя с удивлением. Я наблюдал, как перхоть опадает на его плечи, пока он заваливается на спину. Палуба вздрогнула, когда он наконец рухнул на нее. Я неторопливо и аккуратно поднялся на ноги, не целясь в О’Нила. Он долгую секунду смотрел на меня, затем разжал челюсти.

– Можете расслабиться, Бойд, – сказал он почти радушно. – Все кончено.

– Благодарю вас, мистер О’Нил, – сказал я. – Или мне следует сказать «мистер Бриггс»?

Он усмехнулся:

– Вы так думаете?

– Определил методом исключения, – признался я. – Вы – единственный уцелевший из четырех.

– Мне следовало бы догадаться. Почему бы нам не подняться на палубу? Посмотреть, как там справляются девочки. У них не очень большой опыт в обращении с судном.

– А вы не забыли кое о чем? – спросил я. – Дверь заперта снаружи.

– Вы правы, – согласился он. – Это была глупость, конечно.

Он подошел к двери и отстучал на панели сложный код. Через несколько секунд я услышал, как в замке поворачивается ключ.

– Можете убрать оружие, Бойд, – сказал О’Нил. – Никто не будет пытаться убить вас.

– Вы не будете против, если я не стану слишком полагаться на ваши слова? – поинтересовался я.

Он небрежно пожал плечами, затем открыл дверь.

– После вас.

Он поднялся по короткой лестнице, ведущей на верхнюю палубу; я последовал за ним, дуло моего пистолета смотрело ему в спину. Как только моя голова и плечи оказались снаружи, две крепкие руки обхватили мое горло и начали сжимать.

– Вы никогда мне не нравились, Бойд, – прорычал мне в ухо голос Чака. – С той самой ночи, когда кинули меня на полторы тысячи долларов и выставили настоящим дураком!

Я возвращался в сознание, чувствуя себя довольно мерзко, и физически, и морально. Как я мог свалять такого дурака? По сравнению со мной Чак почти гений, подумал я с горечью. Я снова был в каюте, на диванных подушках. Осторожным усилием я принял сидячее положение, затем спустил ноги на палубу. Болело не столько горло, сколько уязвленное самолюбие. Парень, сидящий возле меня, упорно продолжал смотреть в никуда, очевидно, уже ни о чем не беспокоясь. Я подумал, что, сиди я вот так вот здесь на месте Эда Карлина, меня тоже уже ничто не беспокоило бы. Другие два трупа еще лежали на палубе, поэтому следовало предположить, что я пролежал без сознания не очень долго.

В замке заскрежетал ключ, дверь открылась, и вошла шофер с оружием в руке. Она закрыла за собой дверь и оперлась на нее спиной.

– Вам лучше, Бойд?

Она одарила меня яркой профессиональной улыбкой, как у медсестры непосредственно перед тем, как она скажет вам, что по досадной оплошности в последней клизме был не тот препарат.

– Чувствую себя просто отлично, Кэти, – сказал я горько. – И довольно бодрым. Как насчет выпить?

– Сожалею, – проворковала она, – но не думаю, что сейчас это будет правильно. Я имею в виду, следует проявлять некоторое уважение к мертвым. Вроде как.

– Я не ожидал, что Чак тоже отправится в круиз, – честно признался я.

– Он глуп, – согласилась она. – Зато большой и сильный. Кто-то все-таки должен вынести тела на палубу и выбросить их за борт.

– Если вы с самого начала задумали убить их, зачем было перед этим выдумывать какого-то Бриггса, общающегося исключительно по телефону? Почему было просто не убить их, и все дела?

– Мне казалось, Чак повредил вам шею, а не голову, – заметила она. – Прежде всего был необходим очень веский повод, чтобы они прибыли сюда, в Санта-Байю. Повод достаточно серьезный для того, чтобы восстановилось их партнерство. Дело в том, что Тина уже пыталась, прилагая заметные усилия, снова объединить их, но не преуспела. Даже когда оставила Дэнни, чтобы пожить некоторое время с Эдом Карлином.