Чтение онлайн

Все еще прекрасные глаза Жасмин следили за медленно текущей водой.

– Итак, ты добилась своего, поняв, в чем истинная разница между близнецами, – заметила она. – И все же ты собираешься выйти замуж за одного из них?

Дайана медленно опустила голову.

– Я тем не менее люблю обоих, но должна решить, хочу ли остроумного, обаятельного мужа, не обладающего, однако, никакими выдающимися качествами, или мужчину обаятельного, остроумного и высокообразованного, чей интеллект я ценю и уважаю. Хочу ли мужа, которым будет легко манипулировать только потому, что он не столь умен, как я? Или такого, кто равен мне, а возможно, и мудрее? Занимательная задача! Похоже, бабушка, я так же далека от ее разгадки, как четыре месяца назад.

– А страсть? – удивилась Жасмин.

– Кажется, оба наделены ею в избытке, но истинную глубину этой страсти я не могу измерить, если хочу остаться невинной до свадьбы. Ласки Дарлинга пьянят меня больше, но Дэмн по неизвестной мне причине сдерживает свои эмоции, так по крайней мере кажется. Будет ли это продолжаться, если мы ляжем в постель?

– Возможно, маркиз обращается с тобой как с приятной игрушкой, которой искренне наслаждается, а герцог ведет себя более холодно, потому что боится напугать? – предположила Жасмин.

– Почему боится? – наивно спросила Дайана.

– Дорогая, не могу поверить, что ты настолько недогадлива, чтобы не понять простой истины: герцог Роксли безумно влюблен в тебя, но при этом остается джентльменом. Он не пустит в ход свое искусство в любви и чувственных ласках, чтобы завоевать тебя нечестными приемами, на случай если ты предпочтешь его брата. Он не станет играть твоим неопытным сердцем.

– Он тебе нравится, – тихо заметила Дайана.

– Мне нравятся оба. Они неплохие люди, и ты не заставишь меня высказаться за кого-то одного. Все зависит только от тебя, дорогая моя девочка! – рассмеялась Жасмин.

– Дядя Чарли пригласил их в Куинз-Молверн этим летом. Там и решу.

– Когда они приедут?

– Где-то в конце августа.

– Вот и прекрасно. Твои родители тоже будут с нами, и им следует познакомиться с твоими поклонниками. Твоя мать – женщина практичная, и это свойство ты унаследовала от нее. Она примет на веру любое твое решение. А вот твой отец – дело другое. Он захочет встретиться с братьями и вынести суждение по поводу каждого, хотя, откровенно говоря, не знаю, что плохого он сумеет в них найти.

– О, он сделает выбор, даю слово, бабушка! – хмыкнула Дайана. – И ужасно рассердится, если я с ним не соглашусь.

– Не позволяй никому повлиять на тебя, дорогая девочка, – наставляла Жасмин. – Особенно моему Патрику. Тебе жить с мужем, а не твоему отцу.

– Бабушка, – засмеялась Дайана, – думаю, тебе уже известно, что мой отец ни сможет ни к чему меня принудить. Я истинная Лесли! И наделена сильной волей. Мужчины Лесли всегда были слабее своих женщин, взгляни хотя бы на нашу историю!

– Это верно, – согласилась Жасмин с облегченным вздохом. Дайану действительно нельзя заставить!

– У меня есть последнее испытание для моих близнецов, – объявила она бабушке.

– Какое именно?

– Они должны приехать с подарками. От того, какую безделушку они привезут, зависит судьба всех троих.

– Ты решаешь свою участь на основании такого пустяка? – поразилась Жасмин, шокированная выходкой внучки. От Синары еще можно ожидать чего-то подобного, но от Дайаны?!

– Нет-нет, – поспешно разуверила девушка. – Думаю, что уже все решила, но должна получить подтверждение.

– Кто же тогда? – разволновалась Жасмин.

Дайана покачала головой:

– Нет, этого я никому не скажу, даже тебе! Вдруг случится что-то, что заставит меня изменить мнение? Ведь все возможно!

– В твоих жилах кипит горячая кровь оттоманских турок и Великих Моголов, дитя мое. Ты изобрела хитрую уловку, достойную твоих предков! – восхитилась Жасмин. – И удивила даже меня! Тебя называют сладостной и милой, но, думаю, попросту недооценивают. И это к лучшему. Мужчинам всегда неловко в обществе блестящих и умных женщин. Уж лучше пусть считают тебя недалекой доброй пустышкой. Кого бы ты ни выбрала, Дайана, теперь я твердо знаю, что ты будешь править им и семьей мудро и твердой рукой.

– О, как мне будет не хватать тебя, бабушка! – призналась Дайана, кладя темную головку на плечо Жасмин.

– Конечно, – согласилась Жасмин, – но скоро ты будешь дома. Наслаждайся последними днями пребывания при дворе, ибо, как только ты выйдешь замуж, твоей первой обязанностью будет как можно скорее произвести на свет наследника. Только когда в детской не останется места, ты сможешь вернуться ко двору и снова развлечься.

– Не знаю, захочу ли вообще возвращаться, – возразила Дайана. – Мне повезло избежать язвительных стрел «Уитс». Поскольку моя добродетель и близкие связи с их величествами общеизвестны, никто не смел приблизиться ко мне с нечестными намерениями. Все же я видела, как множество замужних женщин забывали о брачных обетах и вели себя подобно последним шлюхам! Но не все из них порочны. Многие порядочные особы изменяют мужьям из мести, потому что последние не знают удержу в разврате! «Что годится для гуся, то хорошо и для гусыни», – твердят они, твердо веря собственным словам. Я не желаю попадать в тот же капкан! И не хочу мужа, который не пропустит ни одной юбки. Лучше остаться дома и время от времени навещать родственников, которых, видит Бог, у меня немало!

– Не такое уж плохое будущее, – согласилась Жасмин. Несколько дней спустя вдова вместе с внучкой Фэнси Деверс отправились в Куинз-Молверн.

– Теперь, когда бабушки нет, я могу носить все, что захочу! – радовалась Синара. – Не считаешь, что я просто великолепна в черном и бриллиантах? Бабушка оставила нам кое-что из украшений!

– Хорошо, что мы скоро возвращаемся домой, – вздохнула Дайана. – Боюсь, ты начинаешь приобретать вполне определенную репутацию!

– Именно это мне и нужно, – отмахнулась Синара, – иначе как же еще я заставлю Гарри обратить на меня внимание? Он заинтересуется мной, только если посчитает такой же испорченной и дерзкой, как он сам. Мое положение дочери герцога Ланди, состояние и связи не имеют для него никакого значения. Если я заставлю этого человека полюбить себя, то лишь за то, какова я есть на самом деле, и не по какой иной причине. И мне никогда не придется усомниться в нем и бояться потеряты Именно этого я хочу и добьюсь.

Прошел июнь, и герцог Ланди объявил домочадцам, что в середине июля они покинут Лондон, но не последуют за двором, а отправятся в Куинз-Молверн. Синара очень расстроилась, но что она могла поделать? В довершение ко всему герцог и маркиз Роксли должны были сопровождать их первую половину пути.

– Только этого нам не хватало! Эти два щеголя будут танцевать вокруг Дайаны, а мне останется лишь смотреть! – ворчала она своей служанке Эстер.

Но, услышав резкую отповедь матери, потребовавшей соблюдения приличий, Синара изобразила улыбку и продолжала улыбаться, даже когда покидала Гринвуд-Хаус в сопровождении кузины и двух ее кавалеров.