Чтение онлайн

– Что это у тебя? – спросил я, не понижая голоса и выхватывая у военврача заветную пачку сигарет. – Ну-ка, ну-ка… Надо же, ты смотри! – аж присвистнул я, отыскав глазок видеокамеры. – Это что же получается? – кивнул я Кентавру, который тут же подскочил к нам.

– Это же видеокамера! – «догадался» тот. – Этот козел, выходит, все здесь кому-то передает. Не отходя от кассы… Эй, цыр! – подняв голову, Кентавр зычно окликнул нашего стража.

– Ну чего? – откликнулся тот сверху.

– Видеокамеру портативную не изъяли у этого. Почему?

Расчет наш был точен. Сразу охранник докладывать не побежит. Его упущение. Все изъял, сигареты оставил, сжалился. Точнее, не сжалился, а просто значения не придал. Теперь у него была возможность самостоятельно изъять то, чего не заметил.

– Какая камера? Что говоришь? – Дверка наверху отворилась, и появился охранник, держа наготове автомат.

– Вот, сам посмотри! – сказал я, потрясая сигаретной пачкой.

– Кидай сюда! – распорядился охранник.

Что ж, я предусмотрел и этот вариант. Пол в зиндане был не слишком чист, и я заранее подобрал небольшой камешек с крепким острым краем. Сейчас я держал его в руке, замаскировав «видеокамерой».

– Ну ладно, лови! – согласился я.

Чабан учил нас метать не только топоры, но и такие вот камешки. Поймать его на лету – дело нереальное, напрасно наш охранник попытался было это сделать. Камешек ударил его в переносицу, послав в кратковременный нокдаун. Кентавр тут же нагнулся и дал мне возможность вскарабкаться на его могучие плечи. Еще мгновение, и я рванул вниз тело охранника вместе с автоматом.

А еще через мгновение мы были уже наверху. Автомат был у Кентавра. Я довольствовался пистолетом Макарова, военврач тоже. У охранника, на наше счастье, их оказалось целых два. Я, помимо пистолета, держал в руках сигареты-камеру, стараясь фиксировать все, что нас окружало. Полушепотом сообщал невидимому командиру о нашем движении.

– Ждать…

Чабан говорил не приказным, спокойным и ровным тоном. Он оставался невозмутимым, когда Вечера, Кентавра и Сашу отправили в зиндан. С недрогнувшим лицом выслушал и сообщение Вечера о том, на каком этаже особняка находится объект…

– Вот теперь пошли! – скомандовал Чабан, как только увидел, что Вечер начал «разборку» с врачом.

Все решали считаные мгновения. Чабан и Малыш были одеты в маскировочные, неброские и не сковывающие движения куртки. А Рита экипировалась под местную селянку. Платок, скрывающий волосы, длинное, до пят, платье-балахон. Большинство женщин здесь одевались именно так. У Чабана и Женьки имелась пара гранат, и все трое были вооружены незаметным бесшумным оружием – малогабаритными специальными пистолетами «Гроза». Чабан имел с «Грозой» дело еще в Афганистане. Несмотря на топорный дизайн и всего пятнадцатиметровую дальность попадания, пистолет был незаменим при таких вот специальных «мероприятиях».

Проникнуть на территорию базы-поселения оказалось несложно. Дырявый забор, кустарник. Войдя в селение, сумели успешно миновать пару постов (спасибо Александру Александровичу, исхитрился-таки «сделать панораму»), прошли мимо не слишком богатых жилых домов и наконец оказались в каких-то двенадцати-пятнадцати метрах от особняка-крепости. Так бы, без выстрелов и боестолкновений, туда и зайти. Все трое затаились в придорожной канаве. Рита вновь раскрыла косметичку.

– Они где-то рядом, – произнес Чабан, глядя в миниатюрный экран.

– Они в двух шагах! – сказала Рита, слушавшая наушники.

В самом деле, Валентин негромким голосом сообщил, что они подошли к крепости с противоположной стороны.

– Слава богу, хоть из зиндана сами выбрались, – проговорил Чабан.

Рита и Малышев молча переглянулись. Дескать, ваша школа, Яков Максимович. По-другому никак.

– Хашим… – произнес Женя, фиксирующий главный вход в крепость.

И в самом деле – на пороге появился «бизнесмен». Разумеется, в сопровождении двух телохранителей, вооруженных пистолетами-пулеметами. Третий, водитель, стоял рядом с бронированным джипом.

– Рита. – Чабан тронул женщину за плечо.

Та отложила косметичку и сняла наушники.

Телохранители вскинули пистолеты-пулеметы. Навстречу Хашиму двигалась молодая стройная женщина. Он, конечно, не всех местных знал в лицо, но молодых и стройных помнил наперечет. Эту явно видел впервые. Водитель-охранник попытался было встать у нее на пути, но тут же рухнул как подкошенный. То же случилось и с двумя другими телохранителями. При этом не было слышно ни звука выстрелов, ни какого-либо шума. Хашим попытался было выхватить свой пистолет, но женщина одним прыжком оказалась рядом с ним и ударила его под коленный сустав. Женщина, несмотря на традиционное одеяние, была обута в тяжелый армейский ботинок. Хашим вскрикнул, потерял равновесие. Не прошло и пары секунд, как он лежал физиономией в землю, а в затылок сильно давил оружейный ствол.

– Поднимаемся, господин хороший! – произнес Чабан, при этом одобрительно подмигнув Рите и Женьке.

На все про все ушло менее десяти секунд. «Гроза», несмотря на уродливый дизайн и малую дальность, выручила своей бесшумностью.

– Веди нас к хозяину! – Чабан кивнул в сторону входа в особняк-крепость.

Хашим поднялся на ноги. Конечности плохо гнулись, тем не менее он тронулся к входу в крепость. Быстрота и натиск атакующих деморализовали его и подчинили себе. Точно так же, как некоторое время назад это сделал Стекольщик в московском ресторане.

Рита вновь достала косметичку.

– Найди Вечера. Потом ждите нас здесь! – распорядился Чабан. – Женя, давай за мной!

Малышев, успевший оттащить трупы охранников в канаву, ждать себя не заставил.

– В доме много охранников? – спросил Чабан у самых дверей.

– Много, – с трудом сдерживая дрожь, пролепетал Хашим.

– При входе сколько?

– Один… Может, двое.

– Тогда вперед.

На едва гнущихся конечностях Хашим вошел в здание.

– Кто это с тобой? – спросил сидящий при входе здоровенный бородач.

Ответ был им получен тут же в виде бесшумного выстрела малышевской «Грозы». Хашим дернулся было в сторону, но Чабан удержал его, при этом, явно в воспитательных мерах, слегка ударив ребром ладони по почкам.

– Теперь наверх, – пояснил Чабан сбившемуся с курса Хашиму. – На второй этаж.

Проходя мимо застреленного бородача-охранника, Малышев обратил внимание на его татуированные и исколотые шприцем ручищи. Явный уголовник и наркоман. Женька лишь поморщился.

– Это я, Хашим. У меня срочная информация.