Чтение онлайн

По мере того как солнце садилось за горами, она наблюдала, как удлиняется ее тень. Потом медленно повернулась на восток и подняла руки над головой. Ее глаза были закрыты, когда она вошла внутрь и почувствовала, как растет ее сила.

Адам сидел за письменным столом в своем кабинете. Сначала он не почувствовал, что она находится перед ним, а она оглядывалась, затаив дыхание и торжествуя. Он был один. В комнате больше никого не было. Она наблюдала за ним несколько мгновений, ее любовь рвалась к нему. Потом она медленно протянула руки.

— А-дам!

Когда он, вздрогнув, поднял глаза, она почувствовала, что атмосфера комнаты сгущается. Неожиданно стало очень холодно.

— Брид? — Голос Адама доносился до нее, подобно эху, когда она почувствовала, что снова находится на склоне холма и стоит на коленях возле камня, а по ее лицу текут слезы.

На следующую ночь она повторила попытку. На этот раз он был в саду. Она наблюдала за ним, спрятавшись за старым грушевым деревом. Ее сердце разрывалось от тоски, когда она смотрела, как он делал что-то на цветочной клумбе, а потом медленно направился к дому.

— Адам! — Женский голос, донесшийся из окна его кабинета, разрезал тишину как нож, и Брид почувствовала, что ее трясет. Она постояла еще немного, вцепившись пальцами в мшистую кору дерева. Потом исчезла, вернулась на склон холма, где уже наступила ночь, а луна была закрыта облаком. Она села, обхватив колени, и стала раскачиваться, полная печали. Что было не так? Почему она не могла остаться с А-дамом? Почему она никак не могла сосредоточиться? Ей нужна была его любовь, которая могла удержать ее, а когда там постоянно находится эта женщина, его любовь недостаточно сильна.

Она понимала, что это может быть оттого, что она еще не совсем окрепла. Она смастерила себе охотничий нож и несколько силков и ловила кроликов и птиц. Она собирала травы и настаивала их в дождевой воде под солнечными лучами, чтобы увеличить их силу, а потом повторила свою попытку.

На этот раз Адам тоже был в Шотландии. Она чувствовала, как ее сердце трепещет от волнения, когда узнала горы и поняла, что он где-то рядом. Потом он повернулся к ней лицом и она с ужасом поняла, что А-дам был совсем старым. Его лицо было в морщинах и загрубело, его волосы, все еще густые и волнистые, были белыми, как снег на высоких вершинах зимой. Она неправильно выбрала время.

Нет!

Ее отчаянный крик, когда она пошла в его сторону, явно напугал его. Он внимательно смотрел на нее, и по его глазам она поняла, что он узнал ее, но неожиданно он начала исчезать. Холодный ветер, дующий ей в лицо, и камень под руками снова сказали ей, что она потеряла его.

— Время. Мне нужно изучить время. Я должна найти его, пока он еще молод. — С дрожащими руками она направилась к хижине и ощупала дверь в поисках огнива, чтобы зажечь дрова и хворост, которые она сложила возле каменного очага. Протягивая руки к теплу, она дышала медленно и глубоко, пытаясь сконцентрироваться. Она вспомнила наставления — когда возвращаешься из путешествия, нужно поесть, чтобы обрести силу и восстановить свои корни в земле. Подняв вверх, в темноту, руки, она нашла мясо глухаря, свисавшее с балки под крышей; небольшие куски, которые она срезала с тушки, сушились в дыме костра. Она впилась в мясо зубами, почувствовав его вкус. Мысленно она представляла положение звезд и луны и вспоминала уроки своего дяди Бройчана.

Когда она снова совершила скачок во времени, А-дам опять был молодым, но он обнимал жену, а Брид, наблюдавшая за ними, поняла, что его нужно освободить от людей, которые окружали его, не подпускали ее к нему, не давали ему протянуть руку и дотронуться до нее. Когда она снова оказалась возле камня, при ней был заткнутый за пояс нож, а на шее висел амулет. В этот раз она не потерпит неудачу.

По звездам она определила, что правильно выбрала время. Место тоже было выбрано правильно. Оказавшись в саду, она начала подкрадываться к дому и заглянула в кабинет с цветочной клумбы напротив него. Сначала ей показалось, что в комнате никого нет, но потом она увидела, что возле двери находится Адам. Лицом к нему стоял его сын, а за молодым человеком женщина. Брид застыла. На руках женщина держала младенца.

— Вы не можете увезти ребенка из страны. Это будет страшной глупостью! — кричал Адам. — Боже Всемилостивейший! Келом, ты что, совсем ничего не соображаешь?! Пожалуйста, одумайся! Ей всего несколько месяцев. Ты представляешь, какие болезни она может подцепить в тех местах? Знаешь ли ты, сколько взрослых умирает в таких путешествиях, предпринимаемых хиппи? А тиф, а холера? — Он повернулся и подошел к окну, стуча кулаком по ладони. Его лицо было искажено гневом и горем. — А твоя карьера? — Он резко повернулся, даже не выглянув в окно. — Ты что же, больше не собираешься посещать университет?

— Успокойся, отец. — Келом обнял Джули, как бы защищая ее. — Ты напугаешь ребенка. И потом, ты ведь знал, какие у нас планы. Конечно, я буду посещать занятия в университете. Когда вернусь. К чему спешить? У меня еще масса времени. А что касается того, что Бет может подхватить какую-нибудь болезнь, то это чушь. Ей сделаны прививки, и с ней все будет нормально. Вон сколько детей путешествуют с родителями. Многие из них рождаются в путешествиях. Это вполне естественно.

— С ней все будет хорошо, дядя Адам. — Голос Джули был очень тихим. — Не нужно так волноваться. И вы не должны останавливать нас!

— Нет! — Адам бросился в кресло у письменного стола. — Нет, я не мог убедить Келома ни в чем с тех пор, как ты появилась в его жизни. Понимаешь ли ты, как многое ты разрушила? Его экзамены. Его амбиции, его будущее. — Он провел рукой по волосам. — А теперь еще вы забираете это невинное дитя…

— Отец, достаточно! — Голос Келома разнесся по комнате. — Ты не имеешь права так разговаривать с Джули.

— Нет, имею! — Лицо Адама побелело от гнева. — Не очень-то приятно узнать, что мать моей внучки курит марихуану…

— Да я даже не притрагивалась к ней…

— Неужели? Думаешь я не знаю, как пахнет эта дрянь?

— Джули, мне кажется, что нам пора уходить. — Келом ухватился за ручку двери. — Я очень сожалею, отец. Я действительно очень сожалею. Я думал, что мы с тобой однажды сможем спокойно поговорить, но, насколько я понял, это вряд ли когда-нибудь произойдет. Поэтому нет, наверное, смысла продолжать этот спор или любой другой. Скажи маме, что мне жаль, что мы разминулись с ней. Мы свяжемся с ней, когда вернемся из Непала.