Победить Викторию
Шрифт:
– Здесь живет мой знакомый, Руслан, и, кажется, он столкнулся с этим уголовником. Я боюсь, Саш.
Наверное, в голосе моем было что-то такое, что Морозов дернулся, быстро отодвинул меня от квартиры Руслана, подошел вплотную к двери…
– Нет там никого. У тебя есть телефон этого Руслана?
Сокрушенно машу головой.
– Откуда? Мы только познакомились, к тому же он просто сосед. Я не думала, что понадобится.
– А папа твой где, кстати? – С каждой фразой голос Морозова становится все жестче. Он уже не такой расслабленный, как когда пришел. – Его ведь нет здесь.
– Нет. – Я возвращаюсь в квартиру, а следом за мной в коридор заходит и сводный. – Он днем будет, по делам уехал.
– Ладно, значит, без него.
Как всегда, без приглашения, Морозов разувается, быстро проходит на кухню и только там расстегивает свою куртку.
– Я считаю, мы обязаны выпить! – заявляет он, а я во все глаза таращусь на здоровую бутылку, литра полтора, наверное.
– Саш? Это зачем?!
– Ты обязана напиться и стать, наконец, доброй и послушной девочкой. К тому же я тебя никогда не видел пьяной. Думаю, это должно быть заманчиво.
Последнее слово он произносит с такой мечтательной интонацией, что я невольно улыбаюсь. Вот ведь дурак!
– Сейчас середина дня, Морозов!
– И что?
– А то, что я даже не знаю, правда ли, что я прошла. Мне никто не звонил и не писал.
– Проверь почту. Странно, что не позвонили.
Письмо и правда есть. Пять минут назад пришло. Быстро открываю его…
– Ну! А я что говорил? У меня идея, – выдает Морозов, и я понимаю, что сейчас вздрогну от его идеи. – В честь твоего поступления давай на вечер забудем, что ты меня ненавидишь.
– Чего?
– Поехали со мной. Нормально отметим это дело. Обещаю: я буду очень хорошим. Таким, как ты захочешь. Ну так как?
Глава 19
– Никак, Саш. Я никуда не поеду, и тебе не надо притворяться хорошим.
Морозов молчит, улыбается, но уходить он явно не намерен. Упрямый как…
А до меня наконец-то доходит. Я прошла! Я действительно прошла! Знала, что мое это место, уверенность была, что здесь учиться буду. Но пока до конца в это не верю.
– Вик? Давай собирайся. Чего в конуре сидеть! Сдохнешь со скуки.
– Ты понимаешь значение слова «нет», Морозов?
– Нет.
Он отвечает совершенно серьезно, не стебется, не пытается свести все к шутке. Он искренен. Александр Морозов действительно не понимает, когда ему отказывают.
– И никогда не говорили, чтобы ты шел на… далеко, в общем?
– Ты говорила. И посылала. Но я здесь, как видишь. У тебя бокалы есть? Тащи.
Так «тащи» или «собирайся»? Похоже, что все-таки «тащи». Он уже открывает бутылку. Шампанское! Громкий хлопок – и под радостный возглас бугая белая шипучая пена проливается на пол. Он по-хозяйски обводит глазами кухню и останавливает взгляд на мне.
– Вик! Ну что, из горла?
Протягивает мне здоровенную бутылку, а сам довольный такой, как будто сам в «Вышку» поступил. Стоп!
– Погоди, Морозов. – Забираю у него шампанское и, не сделав и глотка, ставлю бутылку на стол. – Ты откуда узнал?
– Случайно, Вик. Никакого криминала, не переживай. Ты все сделала сама, твоя заслуга. И ты реально большая молодец.
Он улыбается, а в глазах его мелькнуло что-то похожее на уважение. Неловкая пауза, если честно. Я понимаю, что мне надо сейчас позвонить папе, рассказать все, выставить за дверь Морозова, сделать кучу мелких дел, которые помогут официально завершить перевод, связаться с куратором…
– Ты крутая. – Он легонько касается моей щеки, подушечки пальцев чуть шершавые, слегка царапают кожу, но мне совсем не больно. Я даже не убираю его ладонь. Так и стою рядом, позволяя ему продолжать. – У меня мало знакомых, кто бы смог, как ты. Горжусь тобой.
– Полезешь опять целовать – получишь бутылкой. И спасибо… за добрые слова. – Он смеется, убирает руку, и его тепло уходит вместе с ним. – И еще. Мне не надо напиваться или уезжать куда-то, чтобы забыть ненадолго о том, что я тебя ненавижу. Я тебя не ненавижу. Правда.
Морозов лишь недоверчиво хмыкает себе под нос, молча шарит руками по полкам и вытаскивает два замутненных стакана.
– У тебя тут алкаши раньше жили? Ничего нормального нет? Давай уж из горла!
– Саш, ты алкоголик? Я чего-то не знаю про тебя? Ты потом как за руль садиться будешь? У нас тут бокалов для шампанского нет, но можешь взять обычную кружку.
Запах алкоголя уже распространился по всей кухне, на полу подсыхает небольшая лужица.
– Я могу сам помыть. Тряпку давай!
Не спрашивая разрешения, сам берет в руки кухонное полотенце и собирает с пола пролившийся алкоголь. Не сачкует, кстати, честно убирает. Похоже, кто-то и правда хочет стать хорошим на один вечер. Даже захотелось сделать несколько фотографий Морозова с тряпкой. Огонь, а не кадры получились бы. Но сейчас есть дела поважнее.
Сажусь в комнате на диван и, наконец, звоню.
– Пап? Папа! Меня взяли! Я смогла, в общем, ничего не завалила. Все! Я буду учиться в «Вышке».
– Умничка. Я не сомневался.
Голос у папы немного уставший, но я слышу: он очень рад за меня. Как всегда.
– Вик, я поздно сегодня приеду. Не волнуйся, – говорит, затем поспешно добавляет: – Я, если что, у Володи останусь. Тут помочь надо, могу не успеть быстро.
– А что надо, пап? – Честно говоря, я удивлена немного. Он ведь только приехал, какая помощь?
– Ничего особенного, но срочно. Халтурка небольшая для его шефа. Удачно как заехал. И заплатить обещали неплохо. Так что не переживай. Отдыхай, родная! Я тобой очень горжусь.