Чтение онлайн

Взглянув в зеркало, я не без удовлетворения нашла, что похожу на Элизабет Тейлор в роли царицы Клеопатры. Вот это здорово. Теперь не грех и выйти в свет.

…«Королевская кобра» встретила меня полумраком вестибюля и матовыми отсветами черного мрамора, которым были отделаны высокие тяжелые колонны и пол. Никаких излишеств, никаких космических ноу-хау, так бросающихся в глаза в пышных ночных клубах, рассчитанных преимущественно на людей с толстым кошельком и дурным вкусом.

Хотя, наверно, у меня именно такой вкус: в угрюмом великолепии «КК», под звуки словно пропитывающей прохладный кондиционированный воздух музыки (вероятно, аудиоаппаратура тут высочайшего класса) мне стало несколько не по себе. Не похоже на обычные рестораны.

Рослый черноволосый мужчина у входа молча принял у меня плащ и указал на широкую лестницу, застеленную бордовой ковровой дорожкой, ведущую на второй этаж. Вернее, бельэтаж.

Именно тут находилась зала ресторана. Великолепно: несколько столиков, роскошно сервированных. Набор рюмок и бокалов перед каждым прибором. Хрустальные вазы с белыми и красными розами: как я узнала впоследствии, розы ставили по личному распоряжению Рината Ильдаровича. Иных цветов он не признавал.

Народу здесь было немного. Причем, что меня порадовало, в основном сидело по одному человеку за каждым столом. Мало где было по двое.

Едва я успела сесть за столик у огромного, от пола до потолка, окна, откуда открывался вид на залитую светом фонарей пустынную площадь и статую Ленина, как увидела того, из-за кого пришла сюда.

Ринат Ильдарович ужинал в обществе плотного лысеющего мужчины с круглым украинским лицом и веселыми маслеными глазками.

Сложно представить себе человека, который в большей степени не соответствовал бы представительному и чрезвычайно солидному облику главы «Ратмира».

Беспрестанно вертящий головой по сторонам, смешно двигающий челюстями при пережевывании пищи — нет, он решительно не подходил Ринату Ильдаровичу. Да и не вписывался в эту солидную, сдержанно роскошную обстановку. Ему бы куда больше пристало пить в ночном клубе, уплетать блины с икрой, чтоб за ушами трещало, да обниматься с визжащими голыми девками из стриптиз-шоу.

То, что толстый мужчина украинец — это я почему-то определила для себя сразу. Хотя уже вбила себе в голову, что в ЗАО «Ратмир» работают только татары.

Впрочем, этот человек вполне мог и не работать в фирме Салихова. Просто старый знакомый.

— Что будете заказывать? — вежливо осведомился подошедший официант, протягивая мне меню в тяжелом черном переплете. Господи, да это целый фолиант! Библия чревоугодника!

Я наскоро ткнула пальцем в несколько блюд, смутно прикидывая, во что это может мне обойтись, и продолжала незаметно наблюдать за Салиховым.

И — кажется, впервые — он отвел глаза от продолжающего о чем-то весело трещать толстощекого хохла и взглянул на меня. До этого момента я думала, что самый пронизывающий и одновременно непроницаемый взгляд у Грома. У моего шефа, Андрея Леонидовича Сурова.

У Салихова был… нет, решительно так нельзя смотреть на приличную женщину, подумала я, продолжая вживаться в образ. Нельзя так, Ринат Ильдарович!

…Все оказалось куда проще, чем я полагала изначально. Хозяин ресторана и шеф «Ратмира» что-то сказал хохлу, и тот, издав недовольное урчание еще не насытившегося, но все равно добродушного бегемота, поднялся и, взяв что-то в руки, направился к моему столику.

Салихов сделал широкий жест восточного владыки: по всей видимости, он велел украинскому «бегемоту» передать мне бутылку дорогого вина — именно ее я разглядела в его ладони. Что это вино, очень дорогое, и что оно самое что ни на есть настоящее французское, я определила с первого взгляда.

Слишком просто. Неужели это какая-то подстава, пронеслось в голове неистребимое шестое чувство постоянной, болезненной подозрительности. Рано или поздно это появляется у любого сотрудника ГРУ.

Мания преследования.

Да нет, вряд ли, никакой подставы быть не может.

Я расслабилась и спокойно посмотрела сначала на официанта с подносом, несущего мой заказ, а потом на почтенного толстяка хохла.

Последний подошел к столику раньше официанта.

— Добрый вечер, сударыня, — с изысканной вежливостью поздоровался он и тут же по-простецки присел на краешек стула. — Простите, что я вас побеспокоил, но вы, по всей видимости, здесь первый раз, и поэтому мой босс, хозяин этого ресторана, покорнейше шлет вам небольшой презент. Не обессудьте, сударыня, примите.

И он поставил бутылку вина на стол.

Я едва не рассмеялась: этот человек обладал способностью внушать несокрушимую симпатию с первого взгляда и первого слова. Салихов знал, кого посылать.

В этот момент подошел официант и поставил передо мной мой заказ. Украинец махнул рукой, тот почтительно наклонил голову и ретировался.

— Конечно, с моей стороны нескромно прерывать вашу трапезу, — продолжал этот симпатичный «бегемот». — Так что позвольте мне откланяться.

— Подождите, — остановила я его, — благодарю вас… но я не могу принять такого подарка… нет, не могу.

— Обижаете, пани, — широко улыбнулся он, и в быстром его говоре промелькнул мягкий украинский акцент, — если вы думаете, что мой босс из числа людей, которые думают, будто женщина чем — то ему обязана после подобного естественного жеста, то скажу вам, что это не так. Не обижайте хорошего человека, сударыня.

И он, не дожидаясь моего ответа, поднялся и размашисто зашагал обратно к столику Салихова, по пути едва не свалив несколько стульев.

Удивительно милый человек.

Я начала ужинать, не поднимая глаз от тарелки и время от времени чувствуя на себе пристальный взгляд Салихова.

…Он подошел ко мне сам. Это было самым лучшим вариантом, на который я только смела надеяться. Надо думать, на своем веку Ринат Ильдарович повидал немало красивых женщин, в том числе тех, кому я уступала по внешним данным. Уступала, быть может, существенно.

— Андрей Богданович сказал мне, что вы не хотите принимать мой маленький подарок, — проговорил он, бесшумно присаживаясь напротив меня.

Я вскинула на него глаза.

— Что?

Кажется, замешательство было сыграно мной вполне сносно. Он немного грустно улыбнулся и проговорил: