Чтение онлайн

Надо учинять настоящую ревизию, как мы поступили в пакгаузе с лакокрасочными материалами. Сколько всего! Даже сладости есть, в основном плитки шоколада. Медицины всякой очень много. Внизу под полками — три бензопилы и пара компактных генераторов. Немало инструмента, причем не китайского, а дорогого и качественного. Пластиковые кейсы наборов были сложены в три внушительные стопки. Я протянул руку и, ухватив один, потянул его с полки.

— Че вы там на пилюли пялитесь?! — громыхнул за спиной Лешкин голос. — Пистолет же на стене висит!

От неожиданности я вздрогнул, кейс выскользнул из ослабевших пальцев и с глухим звяканьем рухнул на деревянный пол. Обернулся, хрипло откашливая крепкие ругательства. Гад! Неймется! Все уже успел просканировать!

— Брысь на фишку, раненый!

Пистолет висел на вбитом в стену гвозде почти надо мной. Рядом на полке стояли картонные пачки с патронами. Как я мог его не заметить сразу? Современный маркетинг, яркие упаковки, все это привлекает внимание, уводит взгляд… Передав находку Винни, я поднял с пола упавший набор и аккуратно пристроил его на прежнее место. Тем временем вьетнамец, положив характерного вида кобуру на столик, медленно вытащил оружие.

Елки-палки, ну точно он! На нас грозно смотрел легендарный «Маузер К-96» с кобурой-прикладом из крепкого дуба, обшитой кожей, с карманчиками и инструментом, с портупеей через плечо.

Где патроны? Мне сразу захотелось пересчитать боеприпас, чтобы понять, насколько может пригодиться это оружие. Маузеровские 7,63-мм пистолетные патроны были упакованы в картонные пачки по пятьдесят штук. Взяв одну пачку, взвесил на руке, тяжелая, зараза! На крышке была этикетка следующего содержания:

Перевести не сложно… Пятьдесят специальных патронов для самозарядного пистолета «Маузер». Wr 403 kal 7,63 мм — тип 403, калибр 7,63 мм. Акционерное общество германских заводов оружия и боеприпасов Берлин-Борзигвальд. «Erosioussicher quecksilber und rostfrei» — подумав, я перевел это, как «не подверженные эрозии и нержавеющие».

Всего имелось шесть пачек по пятьдесят патронов, триста штук. По местным меркам немало… И вот что интересно, все патроны — Винни уже вытащил пару блестящих «маслят» бутылкообразной формы, — да и сами пачки, выглядели абсолютно новыми, свеженькими. Ни за что не скажешь, что выпущены они в начале прошлого века! И о чем это может говорить? Почему дали именно оригинальные? Наверняка же выпускаются новые, на Западе, по-моему, все патроны мира до сих пор выпускаются, пусть и малыми партиями.

Да и вообще… Пистолет, конечно, авторитетный, с крепкой историей, мощный, но все же устаревший. Вьетнамец собрал «Маузер» воедино с кобурой, осмотрел еще раз и, проверив магазин, приложился. Потом протянул мне, я тоже примерился. Не могу сказать, что удобно. Была у одного из моих приятелей необычная браунинговская мелкашка — производители взяли пистолет, удлинили ствол и приклепали к нему деревянный приклад. Так вот, тут примерно тот же самый эффект эрзаца. Хотя, с натяжкой, такую конструкцию можно назвать маленьким карабином.

— Лимонова позову, — предупредил меня вьетнамец. — Боюсь, что он там в обморок упадет от любопытства.

Команч влетел в избу, как голодный волк в кусты с линяющими куропатками. Пока он восторженно мацал оружие комиссаров времен Гражданской войны, я снова принялся изучать ассортимент необычного склада.

— Дар…

— Спокойно могу уступить любому из вас, — сразу ответил я, не дожидаясь вопроса.

— А Винни, как?

— Не спрашивал.

— Пойду посоветуюсь.

Пока он отсутствовал, я смог убедиться, что сроки хранения лекарств не истекли, а все надписи на упаковках выполнены на английском языке. В таком случае Рыжий Саид должен был иметь грамотного консультанта. Если только он сам не фармаколог, в жизни всякое бывает. Учился, образовывался, а потом, бац! Башню снесло, огня добавили природная горячность, склочность плюс бытовая злоба на соседей. И человек становится басмачом.

Алексей вернулся лишь минут через десять, долго же он советовался!

— Ну, что?

— Заманчиво, конечно, вещара крутая… — заюлил парень. — Винни хочет взять винчестер. А ты что посоветуешь?

— Нет уж, ты как-нибудь сам определись: винтовка легкая тебе нужней или этот пистолет. А у меня уже есть машинка для сотни метров.

Какое-то время Алексея по-настоящему ломало, мне его даже жалко стало. Несчастный Лимон морщился, теребил пальцами кожаный поясной ремень, закусывал губу и закатывал в тяжких раздумьях глаза.

— Винтовку возьму! — наконец решил он, щелкнув в воздухе пальцами. — «Калаш» штука надежная, и все же… Мало ли что случится? Не хотелось бы остаться с одним пистолетом на руках. Да и Винни говорит, что «Маузер» должен остаться у тебя. Типа командирское оружие.

— Ясно. Давай на пост, зови его.

Для того чтобы обеспечить такой объем контрабанды, нужна безупречная логистика, потаенная бухта, верные люди, крепкие связи и система сбыта. И что, я теперь должен признать, что Рыжий Саид, кроме всего прочего, еще и отличный организатор-коммерсант? Получается, так.

В верхнем правом углу стеллажа, если смотреть от двери, обнаружились сухие специи, а также уксус и соусы в бутылочках. Прямо над кроватью. Я бы переставил подальше, не люблю резкие и тяжелые запахи. Но Рыжему такое соседство ничуть не мешало.

Винни тем временем осматривал другой угол комнаты. Там тоже был накрытый небольшой скатертью столик, странный тем, что располагался он очень низко, на двух горизонтально уложенных обрубках диаметром сантиметров двадцать. За таким будет удобно, только если сидеть в низком кресле. Но никаких кресел в помещении не было.

— Интересный столик! — следопыт тоже оценил необычную мебель.

Я спустился с массивного табурета, очевидно, служившего бывшему хозяину приставной лестницей, и подошел ближе. Винни уже снял скатерть и теперь неторопливо складывал ее квадратиком.

Это была большая черная панель. Черная, словно антрацит, поверхность отполирована так, что бесконечно оседающая пыль на ней не задержится, слетит при первом дуновении. Лопни мои глаза, если я уже не видел нечто подобное!

— Форт-Восток, — вьетнамец, отложив сверток на широкий подоконник, помог мне вспомнить.