Чтение онлайн

Обмениваясь замечаниями по поводу тупоголовости представителей сильной половины человечества в целом, они закончили наводить порядок на кухне. В гостиной мужчины с головой погрузились в беседу о бизнесе. Ричард что-то показывал Блейку на светокопиях чертежей. Женщины посмотрели друг на друга и пожали плечами. Скинув туфли, они уселись поудобнее, и Серена включила телевизор, на экране футболисты двух команд неистово набрасывались друг на друга.

Минут через десять трудоголики оставили умные разговоры и присоединились к прекрасным дамам. Диона любила футбол и не возражала против просмотра матча. Очевидно, хозяйка разделяла ее интерес к этому виду спорта. Поначалу Диона не обращала внимания на руку, которая небрежно легла ей на плечо и свободно повисла так, что пальцы касались ключицы. Однако вскоре положение изменилось: нажим усилился, Диону потянуло назад. Не понимая, как это произошло, она обнаружила, что наполовину лежит в объятьях Блейка, и он крепко прижимает ее к твердой груди.

Удивленный рывок Дионы вызвал понимающую улыбку на его губах. Блейк не дал ей отодвинуться:

–  Тсс, просто наслаждайся игрой, - пробормотал он.

У нее так зашумело в голове, что перипетии матча перестали достигать сознания, но постепенно тепло его тела подействовало успокаивающе. На людях Блейк не посмеет вести себя неприлично, поэтому Диона позволила себе наслаждаться ощущениями, погрузиться в опьяняющий аромат его кожи. Совсем скоро ей только и останется, что перебирать и смаковать воспоминания.

Время летело очень быстро. Невероятно, но все снова проголодались и по очереди совершили набег на холодильник, сооружая впечатляющие сэндвичи с индейкой, луком, помидорами и прочими подвернувшимися продуктами. Сладкоежка Блейк добрался до клубничного пирога, после чего от десерта остались одни крошки. Все чувствовали себя легко и уютно. Блейк сказал об этом Дионе, когда они поздно вечером возвращались домой.

–  Похоже, Серена и Ричард почти уладили разногласия, - заметил он, пристально глядя на спутницу в тусклом свете приборной доски.

–  Думаю, они далеко продвинулись, - вежливо согласилась Диона.

Она не собиралась выдавать секреты Серены.

Подъехав к особняку, Диона посмотрела Блейку прямо в глаза и улыбнулась.

–  Кажется, больше нет необходимости подтыкать тебе одеяло, - сладко пропела она.
– Теперь ты сам со всем справишься. Увидимся утром. Спокойной ночи!

Находясь в своей комнате, она услышала превосходную имитацию кудахтанья и прикусила губу, чтобы сдержать смех. Изверг!

Но когда через несколько часов Блейк позвал ее, вырывая из глубокого сна, она ни секунды не колебалась. Диона поспешила в его спальню и щелкнула выключателем. Пациент лежал на животе, безнадежно запутавшись в простынях, и тщетно пытался дотянуться до левой ноги.

–  Расслабься, - уговаривала она, находя узел и энергично разминая бедро обеими ладонями. Боль отступила, и Блейк бессильно обмяк.

–  Сколько еще это будет продолжаться?
– проворчал он в подушку.

–  Пока мышцы не привыкнут к нагрузкам, которые ты задаешь, - объяснила Диона.
– Судороги уже слабее, чем раньше, а правую ногу они почти перестали беспокоить.

–  Я заметил. С левой мне труднее справляться, чем с правой. Я навсегда останусь хромым, да?

–  Кто знает? Но это и не важно. Вышагивая с тросточкой, ты будешь разить наповал.

Блейк рассмеялся и перевернулся на спину, еще сильнее запутываясь в простынях. Вопреки тому что Диона говорила несколько часов назад, она непроизвольно нагнулась над ним и начала поправлять одеяло.

–  Твоя кровать походит на зону боевых действий.

–  Мне сегодня не спалось, - ответил он неожиданно напряженным тоном.

Диона взглянула на Блейка и застыла. Он пристально смотрел на нее, вернее, на ее грудь. Горящие глаза светились таким голодом, что она убежала бы, если бы в ногах нашлась хоть капля силы. Словно зачарованная, Диона продолжала сидеть на краешке постели, пока его взгляд с тоской и нежностью блуждал по женственным изгибам.

–  Леди, то, что вы со мной творите, следует считать преступлением, - простонал Блейк.

Стеснение в груди заставило Диону прикрыть веки.

–  Я пойду, - еле слышно промямлила она, но даже ради спасения жизни не смогла бы пошевельнуться.

–  Нет, не уходи, - взмолился Блейк.
– Позволь мне прикоснуться к тебе… Боже, я должен дотронуться до тебя!

Пальцы Блейка легко скользнули по ее груди. Диона не сдержала всхлип и еще крепче зажмурилась. На мгновение забытая интимность мужского прикосновения напомнила о кошмарной боли и унижении, и Диона захлебнулась возгласом протеста.

–  Ди, милая, открой глаза. Посмотри, как меня трясет. Трогаю тебя, а у самого голова идет кругом, - отчаянно шептал он.
– Я пьянею от одного твоего запаха.

Ресницы Дионы затрепетали, и она взглянула на Блейка. Он придвинулся еще ближе, так что она видела только его лицо. Лицо Блейка, не Скотта. Темно-синие, цвета штормового моря глаза, полные невероятного желания. Его подрагивающие ладони все еще осторожно кружили по ее упругим холмикам. Исходящей от них жар обжигал даже сквозь ночную рубашку.

–  Не надо… хватит, - попросила она тонким срывающимся голосом.
– Это неправильно.

–  Ты нужна мне, - уговаривал Блейк.
– Столько дней… Не могу описать, как ты нужна мне. Пожалуйста. Позволь прикоснуться к тебе по-настоящему, расстегнуть это старушечье одеяние и посмотреть на тебя.

Слова еще не успели сорваться с его губ, а проворные мужские пальцы уже проталкивали через петли маленькие пуговки длинной сорочки. Застежки спускались до талии, и он расстегнул их одна за другой. Диона беспомощно наблюдала, прикованная к месту примитивным зовом его страсти. Очень медленно, полностью поглощенный своими действиями, Блейк развел полы ее ночнушки, спустил с загорелых плеч и освободил ее руки, обнажив до пояса.

–  Как я мечтал об этом, - хрипло признался он.
– Тем утром, когда увидел тебя… такое совершенное, чертовски женственное тело, что я едва мог дышать.

Он нежно поднял ладонью ее грудь, словно взвешивая. Диона задрожала. По всему телу прокатилось ощущение покалывания. Она не понимала, что делать и как с этим справиться. Кроме мужа, она не знала других мужчин, а отношения с ним с начала до самого конца были нескончаемым кошмаром. Ничего похожего на сладкую боль от ласк Блейка. Сладкая, да… но не боль. Невообразимо. Незнакомо. По венам струилось дикое ликование, кровь вскипала, и Диона почувствовала себя счастливой, слабой, глупой. Хотелось лечь рядом с ним, но она не могла себе такого позволить. Несмотря на испытываемое наслаждение, сознание отрицало саму возможность подобного.