Чтение онлайн

— Конечно, — произнес Мейер и поощрительно улыбнулся.

— Это должен быть пепел, — сказал Руис и улыбнулся более уверенно.

— Но откуда вы знаете так точно, что это пепел? — спросил Браун.

— Ну, вы сами сказали, что нашли пистолет на месте убийства. Разве не так?

— Да.

— Тогда я подумал, что там на полу должен был лежать пепел. Разве я не прав? — спросил он с улыбкой, повернувшись к Мейеру. — В подвале, верно? Там должен быть пепел. В зависимости от того, какого рода...

— Кто сказал, что мы нашли его в подвале? — перебил Мейер.

Он больше не улыбался.

— Ну, вы...

— Кто произнес слово «подвал»?

Руис посмотрел на Мейера с таким видом, будто родная мать ударила его ножом в сердце. Он повернулся к другим детективам. Все они были серьезны. В служебном помещении установилась полная тишина.

— Хорошо, вы сказали...

Он упорно пытался вспомнить, что они сказала. Разве они не сказали, что нашли пистолет на месте убийства? Там внизу, в подвале? Тилли был подвешен к потолку? Он был уверен в том, что они сказали об этом. Но...

— Вы хотите пригласить адвоката? — произнес Карелла.

— Я должен пригласить адвоката? — спросил Руис у Мейера.

Мейеру никто не поручал советовать Руису, но он сдержанно кивнул ему.

Часы на столе служебной комнаты показывали без десяти одиннадцать.

На улице опять пошел снег.

Улица была вся в снегу.

Они долго спали и, перед тем как подняться с постели, занялись еще раз любовью. Выйдя на улицу чуть позже полудня, они оказались в волшебном краю хрустальных гор и минаретов, домов и башен из белоснежного сахара. Город, не отличавшийся чистотой, был покрыт толстым белым ковром, который все скрыл и замаскировал. Вокруг установилась глубокая тишина, создающая ложное ощущение безмятежности. Редкие автомобили бесшумно двигались по улицам, утопая протекторами в снегу. Даже грохот поезда, шедшего по надземной трассе, доносился издали приглушенно, как будто снег на улицах, крышах и трубах и снежинки, кружившиеся в воздухе, образовали какой-то акустический кокон, в котором отчетливо был слышен только стук сердца.

Эндрю знал, что он должен убить ее. Ему заплатили за то, чтобы он убил ее. И сделать это он должен был прошлой ночью, после того, как они кончили заниматься любовью во второй раз. Убить, когда она спала на спине с довольной улыбкой. Тогда ее темные глаза были закрыты, светлые волосы рассыпаны по подушке. Он должен был убить ее тогда. Взять нож из кухни и перерезать ей горло. Вместо этого он сам заснул.

— Что-то не так? — спросила она, улыбаясь.

Она просто сияла, когда они проснулись утром, и продолжала улыбаться все время. Она повернулась к нему, ее рука обвилась вокруг его руки, брови вопросительно поднялись, ожидая ответа.

— Что-то не так? — опять спросила она. — Как ты думаешь? — Она ждала ответа.

— Я как раз размышлял обо всем, что произошло этой ночью, — сказал он.

Это в какой-то мере было правдой. Он как раз корил себя за то, что ради удовольствия забыл о деле. Прошедшая ночь была идеальной для выполнения задуманного. Боулз уехал из города, его жена находилась прямо здесь, в этой дерьмовой постели.

Удобнее не придумаешь.

— Что ты любишь больше всего? — Она сжала его руку.

— Все, — ответил он.

И это тоже было правдой.

Вне всякого сомнения он любил женщин, но обычно его тянуло домой после второго полового акта. Иногда даже сразу после первого. Он в таких случаях хотел побыстрее одеться и убежать. Конечно, при этом поблагодарить, сказать, что все было просто великолепно и они увидятся в самое ближайшее время. Если женщины приходили к нему на квартиру, он хотел больше всего на свете, чтобы они побыстрее надевали трусики и бежали искать такси. Он давал им деньги на проезд, обещал позвонить. Как-нибудь следующим летом. Этой ночью он после всего совершившегося не придумал ничего умнее, как заснуть.

— Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что тебе понравилось все? — спросила она.

Она все еще сжимала его руку. Вокруг них кружился густой снег, город погрузился в безмолвие. К ее длинному, серому, как кавалерийская шинель, пальто и голубой шерстяной шапочке быстро прилипал снег.

Темные глаза были прищурены из-за бившего в лицо снега. Лицо было свежим, сияющим и влажным.

— Поговори со мной, — сказала она.

Многим женщинам нравится, когда мужчины болтают им всякую чепуху в постели. Он знал эти речи наизусть, знал, какие непристойности им надо нашептывать на ушко, чтобы возбудить в ночной тишине. Но еще лучше вести эти разговоры за столом, среди бела дня, в то время как твоя рука находится под скатертью и под юбкой. Он прекрасно знал, как себя вести в подобных случаях. Но он не думал, что и Эмма нуждается в этой болтовне. Она не просила этого. Он не знал, чего она вообще хотела. В конце концов, его наняли, чтобы он убил эту женщину, а не развлекал ее.

— Ты проглотил свой язык? — поинтересовалась она.

Дамский разговор. Переливание из пустого в порожнее.

Она хотела этого?

— Нам еще далеко идти? — вместо ответа спросил он.

— Еще пять или шесть кварталов. Но это стоит такой прогулки.

— Надеюсь, — произнес он, — я голоден.

— Там самые лучшие вафли в городе.

— Очень длинный путь за вафлями, — заметил он.

— Но ведь сегодня выдался такой прекрасный день, — сказала она.

— Да, — согласился он.

— Я забыла спросить тебя ночью, — проговорила она и отвернулась от него, подставив лицо падавшему снегу. — Ты женат?

— Нет, — ответил он.

— Тебе нет надобности задавать мне подобный вопрос, верно?

— Нет, я знаю, что ты замужем, — сказал он.

— Тебе было бы лучше, если бы я не была замужем?

— Мне нравится так, как оно есть, — ответил он.

Он ненавидел такие разговоры.

— Ты был когда-нибудь женат? — спросила она.

— Никогда.

— Никогда не был близок к этому?

— Никогда. Никогда даже не думал об этом.

— У тебя с кем-нибудь были серьезные отношения? У тебя была серьезная связь с женщиной?

Он просто ненавидел, когда его расспрашивали о таких вещах.

— Ну, я знал женщин, многие из них мне нравились, — сказал он.

— Когда ты сказал, что...

— Мы говорили о женщинах, с которыми я был связан.

— Ты жил с ними?

— С одной женщиной жил.

— Когда это было?

— Некоторое время тому назад.

— Как долго вы жили вместе?