Чтение онлайн

– И поэтому, – быстро продолжал Бобби, – нам хотелось связаться с ним, получить от него указания. А он не оставил адреса, и я, поскольку однажды слышал, как он говорил, что вы его друзья, подумал, что вы могли получить от него весточку.

– Ага, ясно, – сказала миссис Ривингтон, вполне удовлетворенная. – Какая жалость. Но он всегда выражается так уклончиво…

– Это уж точно, – сказал Бобби, вставая. – Ну-с, извините, что отнял у вас столько времени.

– Ах, ну что вы! – воскликнула миссис Ривингтон. – Так интересно было узнать, что Долли Матраверс действительно, как вы говорите…

– Я не говорил ничего подобного, – сказал Бобби.

– Да, но ведь адвокаты так сдержанны в выражениях, разве нет? – спросила миссис Ривингтон и хихикнула.

«Значит, так тому и быть, – думал Бобби, шагая по улице. – Похоже, я навсегда лишил Долли… как ее там… доброго имени, но, смею сказать, поделом ей. А эта очаровательная идиотка так никогда и не докумекает, почему я не позвонил по телефону, если мне нужен всего лишь адрес Карстэрса».

Когда он вернулся на Брук-стрит, они с Фрэнки устроили всестороннее обсуждение дела.

– Похоже, к Бэссингтон-ффренчам его действительно привела чистая случайность, – задумчиво сказала Фрэнки.

– Но, очевидно, когда он был там, оброненное кем-то замечание привлекло его внимание к Николсонам.

– Так что на самом деле средоточие тайны – Николсон, а не Бэссингтон-ффренчи?

Бобби посмотрел на нее холодно и спросил:

– Ты по-прежнему хочешь обелить своего героя?

– Дорогой мой, я лишь обвожу контуры картины. Именно упоминание о Николсоне и лечебнице привело Карстэрса в волнение. То, что его привезли к Бэссингтон-ффренчам, было чистой случайностью, ты должен признать это.

– Похоже.

– Почему только «похоже»?

– Есть еще одна возможность. Каким-то образом Карстэрс мог узнать, что Ривингтоны собираются к Бэссингтон-ффренчам на ленч. Возможно, он случайно услышал об этом, скажем, в ресторане в «Савое». Поэтому он звонит. Ему срочно нужно повидать их, и его расчет оправдывается. Они очень заняты и предлагают ему съездить с ними. Их друзья не будут возражать, а им «так хочется повидать его». Это возможно, Фрэнки.

– Наверное, возможно, но какой-то очень уж окольный путь.

– Не более окольный, чем твоя авария, – сказал Бобби. Он снял платье лорда Марчингтона и, водворив его на место, вновь облачился в свою шоферскую ливрею. Вскоре они мчались обратно в Стейверли.

– Если Роджер действительно влюбился в меня, – с наигранной скромностью сказала Фрэнки, – он будет рад моему скорому возвращению. Подумает, что я не могу долго оставаться вдали от него.

– Не уверен, что ты сама можешь вынести эту разлуку, – заявил Бобби. – Я слышал, что по-настоящему опасные преступники всегда были исключительно привлекательны.

– Я почему-то не могу поверить, что он преступник.

– Ты это уже говорила.

– У меня такое чувство.

– От фотографии никуда не деться.

– Черт бы побрал эту фотографию! – вспылила Фрэнки.

Бобби молча проехал по аллее. Фрэнки выскочила из машины и, не оглянувшись, вошла в дом. Бобби укатил.

В доме было очень тихо. Фрэнки бросила взгляд на часы. Половина третьего. «Они думают, я приеду через несколько часов. Интересно, где они?» – размышляла Фрэнки. Она открыла дверь библиотеки и вошла, но замерла на пороге. На софе, сжимая в ладонях руки Сильвии Бэссингтон-ффренч, сидел доктор Николсон.

Сильвия вскочила на ноги и подошла к Фрэнки.

– Он мне все рассказал, – проговорила она. Голос ее звучал глухо. Она поднесла руки к лицу, словно желая заслониться от взглядов. – Это так ужасно! – Сильвия всхлипнула и выбежала из комнаты, задев Фрэнки.

Доктор Николсон уже встал. Фрэнки сделала шаг или два в его сторону. По обыкновению настороженный взгляд врача встретился со взглядом девушки.

– Бедняжка, – мягко сказал Николсон. – Такой страшный удар.

Уголки его рта дрогнули, и Фрэнки на миг показалось, что он забавляется. Однако потом она внезапно поняла, что доктор испытывает совсем другое чувство. Этот человек был в ярости. Он сдерживал себя, прятал свой гнев за учтивой маской, но был бессилен скрыть его.

– Пусть уж лучше миссис Бэссингтон-ффренч знает правду, – сказал доктор после мимолетной паузы. – Я хочу убедить ее передать мужа под мою опеку.

– Боюсь, я вам помешала, – мягко сказала Фрэнки. Она помолчала. – Я вернулась раньше, чем планировала.

Когда Бобби вернулся в гостиницу, вместо приветствия ему сообщили о приходе посетителя.

– Это дама. Вы найдете ее в маленькой гостиной мистера Эскью.

Слегка озадаченный, Бобби отправился туда. Он не понимал, как Фрэнки могла добраться до «Энглерс-Армз» раньше его, если только не летела на крыльях. А что прийти мог кто-то другой, ему было невдомек.

Он открыл дверь комнатки, служившей мистеру Эскью личной гостиной. В кресле сидела неестественно прямая фигура, облаченная в черное. Это была девушка с фотографии.

Бобби до того опешил, что на миг утратил дар речи. Потом он заметил, что девушка страшно нервничает. Ее руки дрожали, то и дело сжимая один из подлокотников кресла. Казалось, она до того взволнована, что не может вымолвить ни слова. Но ее большие испуганные глаза молили о помощи.

– Значит, это вы? – проговорил наконец Бобби.

Он закрыл за собой дверь и прошел к столу. Девушка по-прежнему молчала. Огромные, полные страха глаза смотрели прямо в глаза Бобби. Наконец дошло и до слов, но это был всего лишь хриплый шепот:

– Вы говорили, что поможете мне. Возможно, мне не следовало приходить…

Бобби разом обрел и голос, и уверенность в себе.

– Не следовало приходить? Вздор! Вы совершенно правильно сделали, что пришли. Так и надо. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам. Не пугайтесь. Теперь вы в полной безопасности.