Чтение онлайн

Едем назад, в свой НИИ, надо ж и на рабочем месте показаться. Сошел возле гостиницы «Волжский откос», отсюда ближе, да и по дороге можно в бывший универсам зайти, иду значит, никого не трогаю – навстречу мне от Кремля удивительно знакомое лицо… ба, да это же сам… они ж тут у нас строгают какую-то там программу по выходу из кризиса… кстати вроде настрогали достаточно удачно, кризис наличного оборота удалось преодолеть…

– Здравствуйте, Григорий Алексеич, как здоровье?

Яблонский удивленно посмотрел на меня и ответил:

– Мы знакомы?

– Пока еще нет, но, надеюсь, в дальнейшем будем – меня зовут Леонид Молодцов. Успехов вам в вашей тяжелой деятельности, – ответил я и почесал дальше к универсаму.

А в универсам тоже пришли новые трудные времена, систему самообслуживания отменили уже год как, каждый прилавок теперь торговал самостоятельно, чеки они тоже пробивали только для себя, так что если ты хотел взять, допустим, хлеб, молоко и рыбу, то три разных чека тебе пробивали… ладно хоть очередей нет, они в прошлом остались, сейчас у нас дефицит не товаров, а денег. Рыбу брать не стал, молоко тоже, купил конфет и пряников к чаю.

А на самом входе в наш институт меня поймал заведующий всем нашим отделением автоматизации Андрей Наумыч Гинденбург (ага, как дирижабль… про него даже песня такая была, на мотив «В гостях у сказки» – «это настоящий жмот говорящий, он на цепи сидит Наумыч-змей»). Был он в благодушном настроении и кличку свою на этот раз не оправдал – предложил мне поучаствовать в обслуживании учебных компьютерных классов, под патронажем нашего НИИ закупили их штук пять в разные школы района, есть клетка под сисадмина, половину могу тебе дать… 10 тыщ в месяц… часа 2 в день займет… договорились.

А только я вошел в свою лабораторию, звонок еще по мою душу грянул – это был Паша Коверин, одноклассник и человек трудной судьбы, ему позарез нужен был блок управления игрушечными автомобилями, вот прям завтра, и чтоб с защитой от короткого замыкания, деньги против блока, 10 тыщ. Согласился, чо, хоть и не совсем мой профиль, но сделаем как-нибудь, надо ж, день какой удачный… но тут я вспомнил о Юрике и загрустил – надо идти к нему с нехорошими новостями. Что делали в средние века с гонцами, приносившими дурные вести, думать не хотелось – надеюсь, не сварит он меня в кипящем трансформаторном масле…

Юрик выслушал мою сбивчивую речь молча, глядя в экран с Юниксом, уточнил только одну деталь:

– Как, говоришь, их звали-то?

– Того, кто поумнее Бакс, второго Башка. Сказали, что они ворошиловские оба…

Юра побарабанил пальцами по столу, потом начал орать, брызгая слюной… никогда я его в таком состоянии не видел – я оказался виноват и в том, что сразу не позвонил, и что не свалил, пока они с Гришей там разбирались, и что вообще поехал туда, это тоже оказалась моя дурацкая инициатива по его мнению. Итогом его ора стал листок бумаги на соседнем столе:

– Пиши заявление по собственному, мне такие работники нах не сдались!

Пожал плечами, сел и накатал, не очень и жалко-то, времени больше свободного останется. Спросил, на выходе:

– На стрелу-то пойдешь или как?

Юрик ничего не ответил, опять уставившись в экран с Юниксом. Ну это уже не мои проблемы, подумал я и решил заскочить в страховую компанию, бумажки отдать и новый может какой заказ взять. Они недалеко от нас сидели, на набережной, отжали помещение у какого-то проектного института. При входе две памятные досочки висят, одна Попову Александр Степанычу, другая Бонч-Бруевичу, они здесь поднимали отечественную радиоэлектронику в далекие революционные годы. Захожу в приемную к Степан Андреичу, да, у него уже и приемная своя есть, а фамилия у него довольно редкая – Булгар… не Булгаров и не Булгарин, а вот так, окончание отвалилось где-то по дороге.

В приемной столпотворение, человек десять сотрудников по разным углам сидят и напряженно о чем-то размышляют.

– Степан Андреич на месте? – шепотом спрашиваю секретаршу Надю.

– Не будет его сегодня, – таким же шепотом отвечает мне Надюша.

– А что это у вас тут такое? – продолжаю допытываться я.

– Мозговой штурм… слоган для нашей компании сочиняем…

Тут встает, значит, у дальней стены паренек в очках и начинает декламировать:

– Посреди родных берез встал как якорь наш Утес.

– А почему как якорь? – спрашивают у него, – он что, вперед не двигается совсем и других тормозит?

Паренек смешался и сел. На смену ему пришла девочка в джинсовом комбинезоне от окна:

– Если ты расквасил нос, обращайся к нам в Утес.

– Слабо, – сказала Надя, – ну что это за слоган с носом? Ты еще уши предложи.

– Тогда так, – попробовала исправиться девочка:

– Если в нос заехал босс, ты скорей беги в Утес.

На девочку замахали руками, она села. Тут я решил прийти на помощь людям, видя как они мучаются:

– А если так: Есть на Волге Утес…

– Начало хорошее, – сказали от двери.

– Весь он мохом порос…

– Еще лучше, – добавили от двери, – давай дальше.

– А с Утеса Болгар сиганул, как Икар, – закончил я.

– Да пошел ты, – заорали со всех сторон сразу, – все бы тебе шутки шутить.

И я поспешил скрыться за дверью. Выходя, услышал очередной вариант:

– В мире, где стоит Утес, быть не может горьких слез… – ну да, это Степан Андреичу должно понравиться, подумал я, скатываясь по лестнице. А вечером у меня ведь свиданка с Лизонькой из центра занятости, надо же привести себя в порядок до семи-то часов…

Пока приводил себя в порядок, телефон в прихожей разрывался на части, всем я понадобился почему-то. Дима звонил с попреками, чего я его вчера бросил, ну рассказал про ментовку, мол форс-мажор случился, извиняй, братан, как там у тебя прошло с Таней-то? Ну еще раз извини, кто ж знал, что у меня соседа убьют именно в это время…

Потом человек сложной судьбы Паша напомнил про блок управления… вот черт, я и забыл совсем, хорошо, что напомнил… условились, что в пятницу я ему приношу блок и документацию, он тут недалеко живет в частном секторе, а дальше видно будет… ну или не видно, одно из двух.