Чтение онлайн

Еще Дуг заметил, что на каждом столе лежат стопки нераспечатанных писем. Но к ним боялись даже прикасаться, не то что читать.

Майк положил трубку и поспешил к Дугу.

– Ну наконец-то. Как ваш сын?

– Все нормально, – кивнул Дуг.

– А ваша жена?

– Нормально.

– Хорошо. – Майк протянул Дугу конверт, который держал в руке. – Прочтите.

На листе бумаги жирным карандашом была коряво выведена одна фраза:

ВАШИ УСЛУГИ БОЛЬШЕ НЕ ТРЕБУЮТСЯ

Ни даты, ни подписи.

– Мы обнаружили это в руке у шефа.

– Где?.. – начал Дуг.

– Пойдемте. – Майк быстрым шагом двинулся через холл к запертому кабинету в дальнем конце коридора. Открывая дверь, он предупредил:

– Соберитесь с духом.

Кэтфилд сидел за столом, лицом к двери.

Точнее говоря, тем, что осталось от его лица.

Вся стена за ним была покрыта густыми желто-красными потеками. Выстрел из дробовика, лежащего сейчас на столе, снес всю верхнюю часть черепа шефа полиции. Из кровавой каши, заполнившей то, что еще недавно было ртом, дико торчали зубы нижней челюсти.

– О Господи, – выдохнул Дуг. – Вы меня ждали?

– Нет, – признался Майк. – Просто не хотелось спорить. Мы уже были на почте. Никого там не обнаружили. Сейчас пятеро моих людей и шесть добровольцев прочесывают город.

– А у Ховарда дома были? Он вроде бы живет там.

– Вот сейчас мы туда и направимся.

– Тогда поехали, – нетерпеливо проговорил Дуг, покидая кабинет шефа полиции.

Машины почтальона перед домом Ховарда не было, но две полицейские легковушки и два пикапа на всякий случай перекрыли улицу с обеих сторон, исключая любую возможность бегства. Дом выглядел еще хуже, чем в последний раз, когда Дуг приезжал сюда. Краска не облезла, крыта не провалилась, но дом оставлял впечатление такой ветхости, что казалось, произошло и то, и другое. Газон представлял собой бурые заросли сорняков.

Все вышли из машин и двинулись к дому.

Впереди шли два полисмена с оружием наготове. Жители соседних домов на улице не показывались. Неясно было, уехали они, умерли или просто боятся высовываться.

Полисмен нажал кнопку звонка, потом забарабанил в дверь. Ответа не последовало. Тогда при помощи отмычки замок открыли, и все вошли внутрь.

В доме царил абсолютный мрак. Единственным источником света служил дверной проем. В Тяжелом неподвижном воздухе плавал густой запах разложения и гнили. Дуг изо всех сил зажал пальцами нос, пытаясь избавиться от этой вонищи. Он огляделся. Лестничная площадка показалась ему уже, чем раньше, стена – грубее.

Он протянул руку, чтобы потрогать ее. Пальцы нащупали плотную бумагу.

– О Боже, – прошептал он.

Вдоль всей стены, от пола до потолка, занимая каждый квадратный дюйм площади, заслоняя все окна, громоздились стопки писем. Конвертов было так много, что они спрессовались и стали выполнять функцию внутренней стены.

Двое полисменов отправились к машине за фонарями. Все остальные, не двигаясь с места, терпеливо ждали их возвращения. Глаза Дуга постепенно привыкли к темноте. Он уже мог рассмотреть обстановку гостиной. Судя по всему, мебель осталась нетронутой. Диваны и столы стояли на своих местах, но все остальные стены были полной копией той, на которую он наткнулся у входа. А стопки писем на полу посередине комнаты представляли собой объемные скульптуры пирамидальных и прочих геометрических форм.

Мощные галогеновые лампы полицейских фонарей разогнали мрак и позволили как следует рассмотреть жилище Ховарда. Целенаправленное помешательство почтальона предстало теперь перед ними в полном объеме. Дуг разглядывал стены из подобранных по цвету и формату конвертов и почему-то вспоминал ацтеков, инков или майя, словом, представителей древней индейской цивилизации, которые умели подгонять камни один к другому с такой тщательностью, что их сооружения без извести и цемента сохранились до настоящего времени.

Они медленно двинулись вперед.

– Мистер Смит! – громко произнес Майк. – Мистер Смит вы здесь?

В доме стояла гробовая тишина, не считая звука шагов и дыхания полицейских. Они миновали гостиную, общую комнату столовую, кухню... Все помещения были отмечены теми же безумными инновациями почтальона. По мере продвижения вперед жуткий тошнотворный запах становился сильнее. Майк, оказавшийся впереди, толкнул дверь, ведущую в спальню.

И обнаружил Ховарда.

По интенсивности зловония, тошнотворно едкой смеси запаха желчи, газа и фекальных масс было ясно, что труп Ховарда уже давно начал разлагаться, но, как ни странно, его лицо отлично сохранилось. Почтальон жирно намазал губы Ховарда красной помадой. Веки широко распахнутых остекленевших глаз – синими тенями. Мертвенно бледные провалившиеся щеки – густыми румянами. Волосы почтмейстера продолжали расти после смерти, так что на голове у него теперь красовался закрученный женский пучок, удерживаемый в нужном положении жирным косметическим кремом.

Ногти на руках и ногах тоже отросли до неимоверной длины. Их почтальон тоже раскрасил ярко-красным цветом.

Ховард сидел в кресле посередине комнаты. Глаза уставились в неработающий экран телевизора – единственный, не считая кресла, предмет обстановки в спальне. На полу валялись засохшие корки хлеба, обертки шоколадок «Твинки» и скелеты крыс.

Майк взял у одного из полицейских радиопередатчик, сообщил патрульной машине об ужасной находке и потребовал вызвать в дом Ховарда коронера, как только тот завершит свои дела у бывшего шефа полиции.

Дуг вышел из спальни, миновал холл, гостиную и вышел на улицу перевести дух. От тяжелого запаха гниения кружилась голова, а зрелище того, что сталось с почтмейстером, вызывало мучительные желудочные спазмы. Одна половина сознания требовала вернуться, схватить за шкирку Майка и бросить ему в лицо: «Я же тебя предупреждал!» – но другая твердила, что это глупо, по-детски, и сейчас совсем не время для подобных выходок.

Он стоял на иссохшем газоне, подняв голову к небу, и глубоко дышал. Дело близилось к вечеру. Солнце опускалось все ниже, тени вытягивались, густели. В других городах штата, в городах всей страны люди садились ужинать, беседовали, смотрели новости. Но здесь такая обычная жизнь казалась уже историей.

Он ощутил у себя на плече чью-то руку. Майк.

– Патрули сообщают, его не нашли. У вас есть соображения, где он может быть?

«У ручья», – хотел сказать Дуг, но увидел над горизонтом бледное пятно восходящей луны и тут же вспомнил безумные пляски торжествующего почтальона.

– Я знаю, где он, – уверенно заявил Дуг, глядя в глаза молодому полисмену. – Собирай всех. Всех до единого. На этот раз мы не дадим ему уйти.

– Он никуда не уйдет, – негромко произнес Майк, похлопал Дуга по плечу и вернулся обратно в дом. Дуг слышал его голос, но не мог разобрать ни слова. Спустя несколько секунд послышался звук торопливых тяжелых шагов.