Чтение онлайн

— Мы пытаемся найти мир, из которого люди пришли на Тарлаон, — Леренна изложила суть дела.

— Летописи? В дворцовой библиотеке таких старинных нет. Может быть, отец Мехпаал подскажет? — король постучал в дверь кабинетика.

— Входи, сын мой! — отозвался архиепископ.

— Тогда уж «дочь моя», — подмигнул Шаневих, пропуская Леренну.

— Из какого именно мира — я не знаю, но точно не с Омвера, — отец Мехпаал очень быстро понял вопрос. — Во-первых, несколько тысяч переселенцев можно было перенести только сильной магией, а в нашем мире никогда не было магов. Во-вторых, и это главное, тарлаонский язык не имеет ничего общего ни с одним из языков Омвера, кроме нескольких заимствованных слов. Леренна, дочь моя, ты что, надеялась так сразу и найти? — добавил он, заметив огорчение на лице Лесной Сестры. — Продолжай поиски, тем более что с тобой такие друзья!

— Сестра Ормаиль, — спросил тем временем Артур, вспомнив ещё одну тайну, — это ведь ты посвящала Меллеан в полные сёстры ордена? А как вы с Первой сестрой попали тогда на Тарлаон?

— Нас перенёс Странник, — вспомнила Ормаиль. — Кто он такой и откуда — я не знаю, просто пришёл однажды утром и сказал: «Ученица в соседнем мире сегодня должна стать сестрой двух колец». Перенёс нас и исчез.

— А обратно вы по медальонам вернулись?

— Да, конечно. Кстати, Первая сестра потом сказала, что в ученицы Меллеан посвящала тоже она, и оказалась тогда на Тарлаоне тем же образом. А меня — сёстры с Ша’аля, но как они пришли на Омвер — не знаю, не спросила. Может быть, опять же со Странником?

— Как он выглядит-то, этот Странник?

— Как все — и как никто, — Ормаиль казалась удивлённой. — Я вот пытаюсь сказать словами, но получается только так.

— Что ж, — вздохнула вернувшаяся в кабинет Малого Совета Леренна, — мы немного помогли Омверу, и ещё поможем, но наша загадка пока так и не разгадана. Ну что, уходим на Ша’аль?

— До свидания, сестра! — обняла её Ормаиль. — Возвращайтесь!

— Возвращайтесь! — король с надеждой посмотрел на Виктора.

— Возвращайся, дочь моя! — благословил Алину архиепископ.

* * *

Круглая комната метров пяти в диаметре была даже не выдолблена в дереве — она образовалась в нём каким-то естественным образом. Гладкие стены с красивым узором из жилок, возвышающиеся к высокому полусферическому потолку, покрытый густой невысокой травой пол, у стен поднимающийся неким подобием лавок, несколько окон, занавешенных переплетением цветущих лиан. Была и высокая дверь, тоже занавешенная лианами, а на стене в нескольких местах расположились громадные светляки. Такой же светляк сидел и на росшем прямо из пола столе, за которым неопределённого возраста женщина в платье Лесной Сестры писала что-то в длинном свитке.

— Сестра?.. — фея удивлённо подняла голову, а затем встала из-за стола и обнялась с Леренной. — Доброй ночи, сестра Леренна! Кто с тобой? Сёстры с Тарлаона? И… Стихиали? — она с любопытством смотрела на землян.

— Доброй ночи, сестра Асфиоль! — Лесные Сёстры говорили на совершенно непонятном языке, но даже нетерпеливая Аня не торопилась просить Леренну перевести. — Не с Тарлаона, за Тарлаоном открылся ещё один мир. Сестра Наталия, она тоже стихиаль Земли, — при этих словах Асфиоль, радостно улыбнувшись, подошла к Нате и обняла её. — Сестра Анна. Виктор, стихиаль Огня, и Роман, ученик его.

— И конечно же, Страж Вихрей и Ледяная Дева! — Асфиоль весело подмигнула Артуру. — Вас, шутников, я и без перстней сразу вижу! — теперь она говорила по-тарлаонски. — Да и фею Воды ни с кем не спутаешь. Зовут-то вас как?.. Меня, как вы уже поняли, Асфиоль. Простите, я пока не знаю вашего языка, но вы, наверное, знаете тарлаонский?

— Наталия и Анна — очень плохо, — ответил Артур. — Но Леренна может перевести.

— Понятно. Угощайтесь, — ша’альская фея начала срывать какие-то плоды, росшие прямо из стены, и класть их на стол. — Название вам ничего не скажет, но это мои любимые, я потому и поселилась в дереве, которое их приносит.

— Спасибо, — Алина разглядывала незнакомый фрукт — бледно-жёлтый с чуть проступающими зеленоватыми полосками, размером с земное манго. — А как их есть? Мыть не надо?

— Нет, конечно! Просто бери и ешь. Или ты руки вымыть хотела? Тогда… — Асфиоль подвела Ледяную Деву к незаметной нише в стене, в глубине которой струилась сверху вниз вода. — Потри ладони о стенки ниши, потом смывай водой.

— Я тоже, с твоего позволения, — следующим подошёл Артур, а за ним подтянулись и остальные. — Линка, ну и как на вкус?

— Сладкий, но с какой-то хлебной сытностью, — Алина показала кремовую мякоть фрукта. — Чего-то в этом роде я и ожидала, поскольку мясо здесь, скорее всего, не едят.

— Да, — подтвердила Леренна. — На Ша’але даже драконы не питаются мясом.

— Драконы? — возбуждённо подхватилась Аня. — Здесь есть драконы?!

— Есть! — Леренна рассмеялась, а затем перевела Асфиоль разговор — между собой земляне говорили по-русски.

— Мясо мы иногда едим только в иных мирах, да и то если угощают, — объяснила ша’альская фея. — Ледяная Дева всё поняла правильно — наши деревья приносят очень сытные плоды, так что в мясе необходимости нет, да и зверей здесь не водится.

— А драконы что тогда едят? — поинтересовался Виктор.

— Ну вот, Страж Драконов, а не знаешь! — пошутила Асфиоль. — Они едят особые камни, которые растут из земли.

— Именно «растут»? Камни?

— Да, драконьи камни — именно растут.

— А вы на драконах летаете? — лихорадочно выпалила Аня.

— Летаем. Тебе, я так понимаю, тоже очень хочется? Сестра Анна, имей терпение, ночь же!

— Кстати, насчёт ночи, — вспомнила Алина. — Есть где помыться и поспать?

— Здешние сёстры спят на этой траве, она мягкая и тёплая, — ответила Леренна, несколько раз ночевавшая на Ша’але. — А платье кладут рядом, за ночь та же трава почистит его.

— А курить где можно? — Артур полез в карман за сигаретами.

— Курить? — Асфиоль недовольно поморщилась. — Вы употребляете возбуждающие растения таким способом? Видела я нечто подобное в нескольких мирах… Появись за дверью, только пусть Огонь потом испепелит все остатки.

— Понял, — Страж Вихрей взял за руку Алину, и они вместе с Виктором перенеслись за стену — в совершенно непроглядную тьму, в которой светились лишь три огонька их сигарет.