Чтение онлайн

— Вы перенесли тяжелое потрясение, — кивнул Алан. — Что естественно, когда так сильно любишь.

Губы судорожно дернулись.

— Теперь спросите, не я ли убил ее.

— Не вы?

— Нет. Не смог бы убить женщину, полную жизни, которая для меня столько значила.

— Даже если б она решила разорвать отношения?

— Что бы ни сделала! — с силой выпалил Берк. — Но Соня вовсе не собиралась со мной расставаться. По-моему, для нее это было жизненно важно. Даже не представляете, как ей было плохо на ферме.

— Когда вы ее видели в последний раз?

Берк сразу сник, словно выдохся, и глухо ответил:

— За день до… до… Во вторник.

— За день до убийства?

— Да. Обязательно надо так грубо?

— Обязательно, — кивнул Алан. — Потому что ни в моих вопросах, ни в ваших ответах не должно быть ничего неопределенного и недопонятого. Кто вам сказал, что она погибла вечером в среду? Вообще, кто сказал, что мертва?

Питер сверкнул на него глазами:

— Уолли Сквайрс, если хотите. Старик из коттеджа перед моей мастерской. Целыми днями торчит у калитки, наблюдает за жизнью в Лисьем углу. Наверно, не стоит его упрекать. Ему больше нечем заняться. Поспешил известить меня о несчастье.

Он помолчал, задумавшись.

— Старик Уолли ничего не упустит. Видел, как Соня приезжала. Должно быть, догадался, что нас связывает не только мебель. Так или иначе, не мог дождаться, спешил рассказать. — Берк сымитировал дрожащий, но вдохновенный старческий голос: — «Нашли в кустах у железной дороги. Говорят, всю ночь пролежала. Интересно, что в тех кустах делала?» — и добавил нормальным тоном: — Скотина старая. Стоял и смотрел на меня, ждал реакции.

Маркби поднялся, отнес пустую пивную бутылку к захламленному кухонному столику, поставил рядом с другими.

— Спасибо за пиво. Я пришлю сотрудника снять показания. Не возражаете?

— Присылайте кого пожелаете. Не знаю, о чем рассказывать. Во вторник, когда я ее видел, она была в бодром, приподнятом настроении. Ездила за покупками в Бамфорд, на обратном пути заглянула около половины одиннадцатого. Недолго пробыла. — Берк безжизненно взглянул на суперинтендента. — Не так долго, чтоб подняться наверх, полюбоваться средневековой конструкцией и так далее. Просто поздоровалась, выпила кофе.

— Так и скажете, добавив все, что считаете нужным.

Берк встал, пошел провожать визитера. Когда тот наклонился под притолокой, сказал:

— Я любил ее. До сих пор люблю. Пока не добрался до убийцы, поторопитесь посадить его в камеру ради целости и сохранности.

— Кого? — оглянулся суперинтендент, не видя из-за низкой двери коттеджа лицо хозяина.

— Хью Франклина, — произнес голос из-за плетеной глиняной стены.

На смену ближайшим угловым магазинчикам пришли заправочные станции.

Мередит мысленно перенеслась в солнечное хлопотливое детство, вспоминая, как отец вел семейную машину к деревенской бензоколонке. Там распоряжался дородный мужчина в промасленном синем комбинезоне. Его звали мистер Перро, и ее особенно восхищали его ногти, такие черные и грязные, что не поддавались уже никакой чистке.

Бензин отпускал и деньги принимал либо мистер Перро, либо долговязый юнец, который называл его «папой», хотя из обрывков разговоров взрослых маленькой Мередит было известно, что в этом есть некоторые сомнения. Ее отец с разумного расстояния бросал в руку мистера Перро монеты, после чего заправщик исчезал в покосившемся бывшем бунгало за колонками, служившем одновременно конторой и складом, откуда выносил сдачу. Считал он плоховато, всегда требовал от клиентов точную сумму, ворчливо заявляя, что не обязан давать сдачу бумажками крупнее фунта. С чеками вообще отказывался иметь дело. Клиенты неохотно принимали фунтовые бумажки мистера Перро, потому что на них обязательно красовался отпечаток его большого пальца рядом с подписью казначея Английского банка. Вероятно, все вздохнули с облегчением, когда фунтовые бумажки сменились монетами. К этому, как и ко всем прочим новшествам в своей жизни, мистер Перро отнесся с большим подозрением.

В конце концов настал день, когда он под давлением новой крупной станции обслуживания, открывшейся всего за четверть мили, был вынужден взяться за модернизацию. Открыл маленькое помещение в передней части бывшего бунгало, прорубив дверь на месте окна. Внутри устроил прилавок с электрическим кассовым аппаратом. За прилавком располагалась полка с небогатым ассортиментом сигарет, охраняемая крашеной блондинкой — невесткой мистера Перро и кассиршей по совместительству. На другой полке находились товары, необходимые автолюбителям, под которыми хозяин соответственно времени года выставлял пакеты с растопкой для барбекю. Самым грандиозным новшеством была вращающаяся стойка с крючочками, на которых висели пакетики с карамелью. Помнится, Мередит стояла перед ней, замирая в восторге от разноцветного ячменного сахара, фруктовых ароматов, лимонного шербета, полосатых мятных тянучек, пока отец расплачивался с мистером Перро-младшим.

«Пошли», — неизменно приказывал он, уводя дочку. Сам решал, её не спрашивал. Она страстно жаждала получить пакетик — не съесть, а просто взять в руки чудесные полупрозрачные кубики, шарики оранжевого, ядовито-розового, ярко-желтого цвета. «Зубы испортишь», — говорил отец.

Как ни странно, насколько всем было известно, мистер Перро никогда ногой не ступал в свой новый «магазин». Сидел в пристройке из рифленого железа к дальней части бунгало, составляя счета за ремонт и, должно быть, все сильнее сокрушаясь.

Мередит с грустью гадала, что стало за прошедшие годы с уникальной независимой бензоколонкой мистера Перро. Вероятно, давно закрыта или превратилась в светящийся филиал какой-нибудь международной сети.

Местная заправочная станция, куда она сейчас заскочила, вполне может поспорить с ближайшим супермаркетом. Всевозможные напитки с корнуоллскими пирожками в придачу по желанию покупателя; консервы, молоко, деликатесы, газеты, для любителей менее жуткого чтения — широкий выбор романов в бумажных обложках; даже штабель проволочных корзинок для укладки покупок. Мистер Перро никогда не пошел бы на это. Впрочем, нечего спорить — удобно не только для современных проезжих, но и для местных жителей, которым заправка часто служит подручным магазином.

Мередит взяла пакет молока, свежий рогалик, две банки супа, направилась к кассе.

Стоявшая перед ней женщина расплачивалась кредиткой за бензин с кассиром, веселым юнцом. Мистер Перро никогда не признал бы кредитные карточки, хотя почти наверняка отошел от дела до их появления. Держа в руках покупки, она ждала своей очереди с хладнокровием, встроенным в британские гены, равно как отказ от проволочной корзинки, когда мало чего покупаешь.

— Счастливого пути! — радостно пожелал юнец, передавая женщине чек и кредитку.