Чтение онлайн

Поэтому он промолчал и сосредоточился на их разговоре.

Главная штаб-квартира УМР находится недалеко от Хайбер-роуд в западном пригороде Пешавара, что потребовало бы от внедорожников повернуть налево на Гранд-Транк, но вместо этого они продолжили движение в северный пригород. Эмблинг представил себе, что его везут в один из Бог знает скольких удаленных филиалов. УМР держала несколько конспиративных квартир, простых жилых помещений и коммерческих офисов по всему городу, чтобы они могли причинить больше неофициального вреда, чем во время официального визита в штаб-квартиру. Подозрения старшего британского эмигранта подтвердились, когда они остановились перед затемненным офисным зданием, и двое мужчин с рациями на жилетах и автоматами "Узи", висящими у них за плечами, вышли из-за стеклянной двери, чтобы поприветствовать машины.

Не говоря ни слова, около шести мужчин провели Найджела Эмблинга по тротуару, через дверной проем, а затем вверх по узкой лестнице. Его привели в темную комнату — он полностью ожидал, что это будет холодная и суровая камера для допросов, но когда кто-то включил флуоресцентное освещение, он увидел, что это хорошо используемый небольшой офис со столом и стульями, настольным компьютером, телефоном и стеной, увешанной пакистанскими военными знаменами, эмблемами и даже фотографиями игроков в крикет из национальной сборной Пакистана в рамках.

Вооруженные люди усадили Эмблинга на стул, сняли с него наручники и затем покинули комнату.

Эмблинг огляделась, удивленная тем, что осталась одна в этом маленьком, но не неуютном кабинете. Через несколько секунд сзади вошел мужчина, обошел кресло Эмблинга и скользнул за письменный стол. На нем была коричневая форма пакистанской армии, но его зеленый свитер-пуловер скрывал все знаки различия, которые могли бы дать информацию человеку, сидящему напротив него. Все, что Эмблинг смогла разглядеть, это то, что мужчине было под тридцать, с короткой бородкой и усами и румяным лицом. Он носил узкие очки без оправы, которые сидели на середине его хрящеватого носа.

— Меня зовут Мохаммед аль-Даркур. Я майор Управления межведомственной разведки.

Найджел открыл рот, чтобы спросить майора, почему его вытащили из постели и повезли через весь город для представления, но аль Даркур заговорил снова.

— А ты - Найджел Эмблинг, британский шпион.

Найджел рассмеялся. Спасибо, что сразу перешли к делу, даже если ваша информация неверна.

— Я голландец. Правда, моя мать была из Шотландии, которая технически является частью Британской империи, хотя ее семья предпочитала думать о себе как о...

— Твоя мать была из Англии, из Сассекса, - перебил аль Даркур. Ее звали Салли, и она умерла в 1988 году. Твоего отца звали Гарольд, он был родом из Лондона, и его смерть наступила на девять лет раньше смерти твоей матери.

Кустистые брови Эмблинга поползли вверх, но он ничего не сказал.

— Лгать бесполезно. Мы знаем о тебе всё. В разное время в прошлом мы держали тебя под наблюдением, и нам доподлинно известно о твоей связи с британской секретной службой.

Эмблинг взял себя в руки. Снова усмехнулся.

— Вы действительно все делаете неправильно, майор Даркур. Я, конечно, не буду учить вас, как выполнять вашу работу, но это не слишком похоже на допрос. Я считаю, что вам нужно взять несколько уроков у некоторых ваших коллег. Я сидел в нескольких застенках УМР за время моего пребывания здесь в качестве гостя вашей восхитительной страны. Держу пари, ваша организация подозревала меня в том или ином с тех пор, как вы были в пеленках. Вот как вы это делаете. Во-первых, предполагается, что сначала вы немного ущучите, может быть, начнёте с какого-нибудь приятеля ...

Это похоже на подземелье УМР?
– спросил аль Даркур.

Эмблинг снова огляделся.

— Нет. На самом деле, ваши повелители, возможно, захотят отправить вас обратно для некоторой переподготовки; вы же даже не можете избавиться от пугающей обстановки. Разве в УМР нет декораторов, которые могли бы помочь вам создать этот идеальный, вызывающий клаустрофобию образ современного ужаса ?

— Мистер Эмблинг, это не комната для допросов. Это мой кабинет.

Найджел несколько секунд разглядывал мужчину. Медленно покачал головой.

— Тогда вы действительно понятия не имеете, как выполнять свою работу, не так ли, майор аль Даркур ?

Пакистанский майор улыбнулся, словно снисходя к насмешкам старика.

— Вас задержали сегодня утром, потому что другое управление УМР попросило, чтобы вы и другие подозрительные эмигранты, подобные вам, были доставлены для допроса. После допроса мне приказано начать процесс вашей высылки из страны.

Ого, подумал Эмблинг. Что, черт возьми, происходит? — Не только я? Все эмигранты?

— Многие. Не все, но многие.

— На каком основании нам дадут пинка под зад?

— Никаких оснований. Что ж… Полагаю, мне придется что-нибудь придумать.

Эмблинг не ответил. Он все еще был ошеломлен этой информацией, и еще больше откровенностью, с которой этот человек ее излагал.

Аль-Даркур продолжил:

— В моей организации и в армии в целом есть элементы, которые ввели в действие секретный приказ военной разведки, каковой должен использоваться только во время острых внутренних конфликтов или войны, чтобы уменьшить риск появления иностранных шпионов или агентов-провокаторов в нашей стране. Мы здесь постоянно переживаем периоды острых внутренних конфликтов, в этом нет ничего нового. И мы не находимся в состоянии войны. Следовательно, их правовые основания шатки. Тем не менее, им это сходит с рук. Наше гражданское правительство не осведомлено о масштабах и направленности этой операции, и это заставляет меня задуматься .

Аль-Даркур долго колебался. Дважды он начинал говорить, но останавливал себя. Наконец он сказал:

— Этот новый указ и другие события, происходившие в моей организации в последние месяцы, дали мне повод подозревать некоторых из моих высокопоставленных коллег в планировании государственного переворота против нашего гражданского руководства.

Эмблинг понятия не имел, зачем этот незнакомый офицер рассказывает ему все это. Особенно если он действительно считал его британским шпионом.