Чтение онлайн

–Прости меня, – сказала она. – Я веду себя совершенно недопустимо…

–Ничего, – быстро сказал он. – Это ты должна меня простить. Мне не следовало тебя касаться.

–Это было так ужасно, я потрясена до глубины души… – Голос у нее сорвался, и она не смогла скрыть охватившее ее волнение.

Лука демонстративно заложил руки за спину, показывая этим, что более ни в коем случае к ней не прикоснется.

–Тебе бы нужно немного отдохнуть, – сказал он, понимая всю бессмысленность этого предложения. – Такое зрелище чересчур для любой женщины.

–Я не могу сейчас отдыхать, – надломленным голосом промолвила сестра Урсула. – Я обязана поскорее восстановить здесь порядок. Недопустимо, чтобы сестры стали свидетельницами столь ужасного зрелища и узнали, что тут произошло. Я позову мирянок, и они под моим присмотром все уберут и все приведут в порядок. А потом я встану во главе своих сестер и сумею вывести их на праведный путь; я сумею объяснить им, как сойти с дороги, ведущей во тьму, и устремиться к свету! – Она отряхнула и разгладила свое платье, и Лука явственно услыхал соблазнительный шелест шелковых нижних юбок. Потом она повернулась и быстро пошла прочь, дабы немедленно заняться делом.

Но на пороге больницы вдруг остановилась, оглянулась и успела заметить, что Лука смотрит ей вслед.

–Спасибо тебе, – сказала она с легкой улыбкой. – Ни один мужчина никогда не держал меня в объятиях. Ни одного раза за всю мою предшествующую жизнь! Я рада, ибо узнала, что такое мужская доброта. Я, скорее всего, проживу в этом монастыре, среди сестер нашего ордена, до конца своих дней и, возможно, стану здешней настоятельницей, но я никогда не забуду, как ты был добр ко мне в трудную минуту.

Лука чуть не шагнул к ней, чуть снова не обнял ее, ибо она еще несколько мгновений стояла там, глядя ему прямо в глаза, а потом резко повернулась и исчезла за дверью.

А Лука, глубоко потрясенный, так и остался стоять посреди вымощенного булыжником двора, пока к нему не подошли Фрейзе и Пьетро.

–Надежно ли вы заперли этих преступниц? – спросил у них Лука.

–Да у них там самая настоящая тюрьма! – сказал ему Фрейзе. – Там и цепи есть, в стену вмурованные, и наручники, и кандалы. Брат Пьетро настоял, чтобы мы их обеих в железо заковали, я и надел на них кандалы, точно обе они рабыни.

–В кандалах они пробудут только до приезда дона Лукретили, – защищаясь, пояснил брат Пьетро, – а если бы мы их всего лишь веревками связали, они наверняка сумели бы освободиться. Как бы ты тогда заговорил? И что бы мы тогда делали?

–Снова поймали бы их. Им ведь еще и крышку запертого люка поднять надо было бы, – нашелся Фрейзе и, повернувшись к Луке, сказал: – Там, под надвратной башней, такой округлый подвал, из которого можно выбраться только через люк в потолке, но до потолка им не достать, и через люк они смогут вылезти, только если его открыть и спустить им лестницу. Там и стены-то не просто из камня сложены, а вырублены в скальной породе. Так что наши милые пташки заперты там столь же надежно, как пара мышей в мышеловке. А он все-таки заставил меня их в кандалы заковать, точно пиратов!

И Лука, глянув на клирика, понял, что тот до смерти перепуган загадочной и ужасной природой этих двух женщин, которые кажутся ему воплощением вселенского Зла.

–Ничего, Пьетро, ты поступил правильно, проявив осторожность, – сказал он, желая подбодрить клирика. – Откуда нам знать, каким могуществом обладают эти ведьмы.

–Великий Боже, когда я увидел их руки, по локоть выпачканные в крови!.. И вид у них при этом был самый невинный, точно у детишек за школьной партой! Чем же они все-таки там занимались? Какую дьявольскую работу выполняли? Неужели и впрямь отправляли дьявольскую мессу? Неужели и правда пожирали плоть этой несчастной и пили ее кровь?

–Не знаю, – сказал Лука и невольно прижал руку ко лбу. – Мне и подумать об этом страшно…

–Посмотрел бы ты на себя сейчас! – воскликнул Фрейзе. – Тебе бы в постели лежать следовало! Ты же на ногах еле стоишь! Господь свидетель, я и сам отвратительно себя чувствую, так что пойдем-ка лучше в больницу, тебе отдохнуть надо…

Лука так и отпрянул от него:

–Нет! Только не туда! Туда я больше ни за что не пойду. Отведи меня в мою комнату. Я постараюсь немного поспать, пока не прибудет дон Лукретили. Но как только он появится, сразу же меня разбуди.

А молодые женщины, оказавшись в подвале, точно саваном окутанном тьмой, чувствовали себя заживо похороненными. Обе тщетно моргали, изо всех сил напрягая зрение, но все было напрасно: они ничего не могли разглядеть в непроницаемом мраке подземелья.

–Я даже тебя не вижу, – со слезами в голосе сказала Изольда.

–А я тебя вижу, – спокойно ответила Ишрак. – И потом, я даже в такой темноте всегда чувствую, если ты рядом.

–Мы должны непременно объясниться с этим следователем. Надо отыскать какой-нибудь предлог, чтобы он согласился с нами побеседовать.

–Это верно.

–Они сейчас пошлют за моим братом, и он предаст нас суду.

Ишрак промолчала.

–Ах, Ишрак, – продолжала Изольда, – мне бы следовало быть уверенной, что Джорджо, мой родной брат, услышит меня и поймет, что он поверит моим словам и освободит нас; но я все чаще прихожу к мысли о том, что он давно уже меня предал. Это ведь он внушил принцу Роберто мысль, что тот может запросто явиться ночью ко мне в спальню; это он не оставил мне иного выбора и вынудил стать настоятельницей монастыря. Что, если все это было вызвано лишь его желанием навсегда изгнать меня из моего родного дома и лишить наследства? Что, если он попросту старался меня уничтожить?

–Вот именно. И у меня нет в этом ни малейших сомнений, – ровным голосом ответила Ишрак. – Ни малейших сомнений!

Некоторое время обе молчали; Изольда мучительно осознавала впервые высказанное ею вслух страшное предположение.

–Как он мог оказаться таким лживым? Таким… подлым?

Звякнули цепи – это Ишрак в темноте молча пожала плечами.

–И что же нам теперь делать? – безнадежным тоном спросила Изольда.

–Тише…

–Тише? Но почему? Чем это ты занята?

–Тише. Я формулирую свое желание…