Чтение онлайн

— Детям ласка нужна. Строгость они еще увидят в жизни. Пока они дети, пусть бы меньше плохого видели. Детство, оно как сон. Приснилось — и нет его. Слишком короткое.

— С чего взял, что худое видят? Строгость — не зло, а порядок! — насупилась баба.

— Порядок? Где он теперь?

— В семье без него неможно. Он во всем! Коль мать велит — сполни!

— Ишь ты! Как загнула! А коли мать не права?

— Такого не бывает! — нахмурилась баба.

— Еще как бывает! — не согласился Николай и помрачнел, вспомнив что-то свое — сокровенное и больное, о чем не хотелось говорить вслух.

— Вот мы и приехали, Миколай! — указала Варвара на дом, стоявший в гуще деревьев. В темноте едва проглядывалось освещенное окно.

Значит, в доме не все спали. Ждали Варвару. Беспокоились.

Едва она открыла ворота, в доме распахнулась дверь. И в освещенном проеме появилась Стешка.

— Мам! Это ты? — окликнула от порога.

— Кто ж еще?

— Чего так долго?

— Ты лучше кобылу заведи! Хлеб с телеги занеси. И гостинцы принеси, что я в районе купила.

— Объявленье на мужика дала?

— Я без него обошлась покуда. Вон, гостя принимай. Жить у нас станет! — вывела Варвара Николая из темноты и подтолкнула к порогу: — Иди в избу! Я сама здесь управлюсь.

— Э-э, нет! Я сам распрягу кобылу. Только покажи, куда все повесить и поставить, — заартачился Николай.

— Где ж ты его взяла? — подошла Стешка. И, оглядев мужика сочувственно, добавила: — Хотя разве сыщется лучший по объявленью, да еще на нашу ораву?

— Объявленье? Это о чем? — не понял мужик.

— Ну как? А мать ничего не сказала? А откуда вас взяла? — удивилась Стешка.

— Потом проскажу. Давай Шурку в стойло заводи! — заранее краснела Варвара от предстоящего разговора с дочкой.

Что греха таить? Хотелось найти мужика Стешке. Сильного, молодого, красивого. Чтоб вышиб из сердца ласками память о неудачном замужестве, чтоб стал отцом девчонкам. А и Стешке мечталось о том длинными ночами. Верила, как в сказку — в счастливую удачу. А она объявилась во дворе худющим мужиком. С серым, землистым лицом. Куда такому в мужики, в отцы. Он и для деда староват. Его за жердь спрятать можно. Какой из него хозяин и помощник в доме? Смехотища — не мужик. «И для чего его мать привезла?» — недоумевала Стешка.

Ей хотелось узнать, откуда он взялся? Неужели вот так сразу выдали его по объявленью? Если так, почему не дождалась чего-нибудь получше? Почему этого?

Оглядела Николая и, усмехнувшись, подумала:

«Его будто из морга украли… Небось решили, что в деревню и такой сойдет. Откормится. А получше да — покрасивее для своих, городских, приберегли», — зло стеганула кобылу, заводя в стойло.

— Это она Миколая нашла! — указала Варвара на клячу.

Стешка, едва продохнув от удивленья, еще ударила кобылу:

— Иди, дура! — подтолкнула к кормушке и спросила: — Это где ж она его сыскала? Уж не на погосте ли?

— На дороге он лежал…

— Кто-то обронил. А поднять поленился, — рассмеялась Стешка. И, взяв хомут из рук Николая, повесила на крюк.

— Он меня от разбойников сберег. Мальцы напали. С ножиками. Деньги хотели. Меня с телеги выкинули. Если бы не Миколай, в куски изрезали б. Он за меня вступился. А они даже Шурку ножами попороть грозились. Но спутались мужука. В кусты сбегли, что зайцы. А когда к деревне подъезжали, опять двое на дороге. Я их не признала. Закурить просили. Миколай Шурку бегом погнал мимо. Так они вслед грозились. Если б одна была, навряд воротилась бы вживе, — выдохнула Варвара.

— Откуда они все взялись? Никогда раньше не было такого на нашей дороге, — изумлялась Стешка.

— То раней. А нынче — напасть сплошная. Вот и говорю, Миколай хоть и шкелет, но мужик что надо! — повысила голос Варвара, позвала всех в дом властно, по-хозяйски. — Умойся с дороги! — предложила Николаю. И велела Стешке: — Полотенце дай!

Покуда женщины накрывали на стол, Николай огляделся.

Дом и впрямь обветшал. Долы рассохлись, прогнулся потолок. Из окон сквозило. Все двери скрипели на все голоса. Стены покрывались сырой плесенью, какую женщины частенько смывали и забеливали. Но помогало это ненадолго.

В темных углах появился грибок. Николай понял, что в доме и впрямь много лет не было хозяина. А и он сам надолго ли здесь? Вон как встретила его Стешка. Все норовит высмеять.

— А вы к нам надолго? — услышал внезапно ее вопрос.

— Не знаю. Как получится. Это не только от меня зависит, — ответил смутившись.

— А что? Вам больше некуда пойти?

— Стешка! Отвяжись от человека! — послышался голос Варвары.

— Нет. Я ничего плохого не подумала, но почему вы валялись на дороге?

— Стешка! Уймись! — вышла Варвара из кухни с тарелкой котлет. — Ешь, Миколай! Прости мою дуреху. Ведь, спасая меня от бандюг, ты и не знал, за кого тебя могли пропороть ножами. Ешь! На глупых не обижайся! — Огрела дочь злым взглядом: — Принеси сметаны!

Николай ел за обе щеки. Он забыл, когда ел в последний раз. Он стыдился признаться бабам, что не сердце подвело его, что чудом остался жив. А, оказавшись в телеге Варвары, пришел в себя от запаха хлеба. И, нащупав в мешке, вытащил буханку и съел, пока Варвара говорила с кобылой и, не оглядываясь на него, торопила клячу домой.

— Шкелет! — усмехнулся Николай, вспомнив, как назвала его Варвара.

Стешка о многом хотела спросить его. Но наткнулась на строгий взгляд матери, мигом прикусила язык.

«Сама привезла, сама и выгонит», — решила про себя, не веря, что этот чужой человек сможет надолго прижиться в их семье.

— Нынче тебе на топчане постелим. Завтра истопим баньку. Помоешься, попаришься и тогда — в постели спать станешь, — сказала Варвара.

Николай уснул, едва коснувшись головою подушки. Он не слышал, о чем тихо переговаривались за тонкой перегородкой Варвара со Стешкой.