Чтение онлайн

Нокард III, рассчитывал зажать башню черных, а заодно и насадить на копье конника, вражеского офицера, дела у белого лагеря пошли не ахти.

Соперник воспользовавшись переброской основных сил белых на правый фланг, стремительно атаковал строем пешеносцев конницу врага и нацелился на белую драконницу.

Белые стремительно подтянули башню, которая открыла огонь по пешеносцам, собрав урожай смертей. Но тут, притаившийся до момента, черный офицер, одним ударом разрушил белую башню, открыв тем самым проход прямо в лагерь к белому дракону. Уже отчаянное перестроение конника и трех пешеносцев, не могли спасти белого дракона. Они мужественно пали под ударами черной драконницы, которая удивительно точно заняла позицию, словно знала, что так все и будет.

— Повелитель, — сказал мягко чужемирец, — пришло время белым, выбросить белый флаг!

— Никогда, мой дорогой друг! Я буду биться до конца!

Имени чужемирца, Нокард III не знал. По устоявшему кодексу бороздивших Путь, истинными именами не интересовались. Дурной тон. Захочет, скажет. А нет, так нет!

— Ну тогда вам Смерть! — и с этими словами, черная драконица разрушив вторую башню нанесла смертельный удар в сердце белого дракона. Он вскрикнул и разбился на куски.

В один миг, с жалобными вскриками, рассыплись в прах оставшиеся войны. Последней истаяла белая драконица.

— Повелитель, с вами все в порядке? — участливо спросил чужемирец, тронув Нокарда III за запястье.

— Да, мой дорогой друг, со мной все в порядке. Вы опять разбили меня. Да так искусно, что мне бы очень не хотелось встретится с вами в настоящей битве, — сказал он очнувшись от видения.

Ибо в тот момент, когда белый дракон закричал, когда его пронзила черная драконица, перед его глазами встал момент, когда кричал его брат, корчась от ударов Безликих и от его собственных.

— Вы что-то вспомнили нехорошее?

— Нет, ничего! Еще партию?

Уже на излете весны, которая была дивна хороша в этом месте Контура, чужемирец, который так и не пожелал назвать свое имя, запросил наивысшего позволения покинуть сей благословенный край.

На прощальном обеде, где они уже в который раз сразились в Битве и на этот раз к большой радости Повелителя, ему удалось одержать победу, зашел разговор о знаниях, которые могут быть навсегда потеряны из-за того, что древние языки и наречия уходят и забываются ныне живущими.

На это чужемирец согласился и скромно добавил, что он знает несколько мертвых языков, которые уже не используется в нынешнее время. Но на которых написано немало древних трактатов.

Нокард III решился и показал пергамент незнакомцу. Он живо заинтересовался древним документом. Определить эпоху к которому относился документ он не смог. И в переводе чуда не произошло. Он смог расшифровать лишь малую часть из текста. И понять еще то, что это только часть книги. Но и эта малая часть, давала пищу для размышлений.

Речь шла о Драконах, Зерне Любви, и нарождения нового Пожирателя Хаоса или Порядка, в зависимости от того, кто будет Жезлом в лоне Любви.

Потом шли целые строчки загадочных символов, которых так и не удалось расшифровать. А в конце, так сказать для придания пущей «ясности» были написана дата. И до этой даты оставалось всего ничего — пять песков из Хрустальной Склянки Времени.

Он не показал тогда пергамент Создателю. А после частичной расшифровки и подавно. Слишком опасным это могло быть. Возможно этот пергамент, вернее книга, из которой был вырван и сохранен этот документ и сгубила его брата.

Потому что, он его нашел в еще дымящихся руинах Замка Эль Кана Нокарда. Замок представлявший собой некогда прекраснейшее произведение зодчества, был разрушен в угоду воле Создателя.

А ведь именно тогда, впервые Создатель сказал о Книге. Он не назвал ее никак. Просто книга. Вернее Книга. С большой буквы. Его Безликие обыскали все. Протрясли каждую пылинку, но ничего не нашли.

А он нашел. Вернее не он, а его. Он ничего не искал. Просто бездумно бродил по развалинам некогда любимого места, где они с семьей проводили много времени. И это место, всегда ассоциировалось с радостью. А теперь здесь поселилась смерть!

Он бродил, пытаясь, уже в который раз оправдать свое ужасное деяние — братоубийство! Но не мог. И он все бродил, как заведенный, ища и одновременно страшась найти останки любимого брата. И тут его взору, под неведомо как сохранившийся каменной кладки, предстал пергамент.

Потом, под пытливым взором Создателя, он судорожно пытался забыть про этот листок. У него получилось. Создатель ему поверил.

Нокард III спрятал его так хитро, как только смог. И забыл про него на долгие годы. До того мгновения, как в очередной раз не сходил с ума в зале Зеркал. Он тогда опять в приступе яростного гнева крушил все кругом, уничтожая двойников своей любимой и враз остыл, когда его могучий хвост разбил стену и разворотил тайник. И оттуда, легким пером, плавно и завораживающие, опустился черный пергамент.

И он спас его от безумия. Загадочные надписи, манили, волновали и требовали себя прочесть. Жажда узнать что же там написано и почему Создатель так хотел получить эту Книгу, не давала ему вновь упасть в пучины зазеркальной жизни.

Он аккуратно положил пергамент обратно, мимоходом взглянув на дату в конце. Прошло уже три песка из Хрустальной Склянки времени. Осталось два.

— Не спиться? — в палатку к Роланду тенью скользнул Хант.

Роланд в это время сидел в позе лотоса и тщетно пытался войти в Астрал. Впрочем, это ему всегда с трудом удавалось. Но Ректор говорил, что это жизненно необходимое умение. И ему, Жнецу Душ, ЛОХу седьмого эскалона, заслуженному оперу Ректората, старому соратнику и прочая, прочая, прочая, стыдно не уметь делать это. Причем вход в Астрал, дисциплина, которая преподавалось на втором курсе Института. И последний троечник, худо-бедно это делал.

А вот у него ничего не выходило. Что он только не делал. И медитировал, и грибы жрал. Но не пускало его что-то, хоть тресни. Конечно, пару тройку раз, ему удавалось подняться к небесным вратам. И то по большой пьяни. А так чтобы на щелчок пальцев — не фига.