Чтение онлайн

— Как пишется «чемпионат»? — спросил Василек.

— Мисс Ларнер ни разу не говорила мне этого слова, — ответил Артур Стюарт.

— А ты сам догадайся, — предложил Элвин.

— Ч-Е-М, — начал Артур. — П-Е-О-Н-А-Т.

— Вроде правильно, — пожал плечами Василек.

— У тебя всегда были нелады с правописанием, — хмыкнул Мартин.

— А у тебя что, лучше выйдет? — спросил Вандервурт.

— Ну, зато я соревноваться не лезу, — отбрехался Мартин.

— А что такое соревнование по правописанию? — поинтересовался Артур Стюарт.

— Нам пора ехать, — перебил его Элвин, потому что знал: поскольку Артур Стюарт официально не учится в Хатракской грамматической школе, на соревнования ему ход закрыт. — Да, мистер Вандервурт, я съел у вас две печенины, сколько я должен?

— Ну, не буду же я с друзей брать деньги за какие-то две печенины, — улыбнулся Вандервурт.

— Я очень рад, сэр, что вы считаете меня своим другом, — искренне признался Элвин.

Чтобы вернуть хорошего человека на путь истинный, нужно сначала поймать его на чем-нибудь дурном, после чего все повернуть и назвать его своим другом. Этой истине Элвин научился давным-давно.

Элвин вновь замотал Артура Стюарта в шарфы, потом закутался сам и вывалился на мороз, сгибаясь под тяжелым мешком, в который были сложены товары, купленные у Вандервурта. Засунув мешок под скамейку, чтобы не занесло снегом, Элвин подсадил на повозку Артура Стюарта и вскарабкался следом. Лошади с веселым ржанием пустились вскачь — им тоже не улыбалось стоять на одном" месте и мерзнуть.

Возвращаясь в гостиницу, они снова встретили Мока Берри и подкинули его до дому. Ни словом они не обмолвились о происшедшем в магазине, но Элвин понимал. Мок молчит вовсе не потому, что не оценил помощь Элвина. Наверное, Мока Берри просто пристыдил тот факт, что какой-то восемнадцатилетний подмастерье вступился за него и заставил Вандервурта назвать честную цену. А Вандервурт отступил только потому, что подмастерье был белым… О таком не всякий захочет лишний раз вспоминать.

— Передайте привет тетушке Берри, — сказал на прощание Элвин, когда Мок спрыгнул с повозки рядом с тропинкой, ведущей к его дому.

— Непременно передам, — кивнул Мок. — Спасибо, что довез.

Развернувшись, Мок Берри скрылся за пеленой бушующего снега. Метель ярилась все сильнее и сильнее.

Закинув покупки в гостиницу, Элвин обнаружил, что пришло время занятий в домике у мисс Ларнер, поэтому они с Артуром направились прямиком туда, перекидываясь снежками. Элвин заскочил в кузницу, чтобы отдать Миротворцу его амбарную книгу, однако кузнеца там не оказалось — видимо, решил пораньше закончить дело. Оглядевшись, Элвин сунул книгу на полку у двери, где Миротворец найдет ее. Затем он и Артур снова принялись играть в снежки, ожидая, когда мисс Ларнер вернется из школы.

Доктор Уитли Лекаринг подвез ее в своей крытой коляске и проводил до самых дверей дома. Однако, заметив ждущих неподалеку Элвина и Артура, он сердито нахмурился.

— Ребята, вам не кажется, что в такой ненастный день стоит дать мисс Ларнер немножко отдохнуть от учебы?

Мисс Ларнер положила ладонь на руку доктора Лекаринга.

— Спасибо, что подвезли меня до дому, доктор Лекаринг, — поблагодарила она.

— Прошу вас, зовите меня Уитли.

— Вы очень добры, доктор Лекаринг, но мне кажется, ваш почетный титул звучит лучше. Что же касается моих учеников, то, как я недавно открыла, их обучение в ненастную погоду продвигается куда успешнее, поскольку они не терзаются желанием сбежать побыстрее да искупаться.

— Я никогда не сбегаю с уроков! — закричал Артур Стюарт. — А как пишется слово «чемпионат»?

— Ч-Е-М-П-И-О-Н-А-Т, — произнесла по буквам мисс Ларнер. — Но где ты его услышал?

— Ч-Е-М-П-И-О-Н-А-Т, — повторил Артур Стюарт голосом мисс Ларнер.

— Этот мальчик нечто, — заметил Лекаринг. — Настоящий пересмешник.

— Пересмешник бессознательно копирует песенки других птиц, — возразила мисс Ларнер. — Артур Стюарт, конечно, повторяет слова моим голосом, но он запоминает их, может потом написать и прочитать.

— Я не пересмешник, — заявил Артур Стюарт. — Я буду участвовать в чемпионате по правописанию.

Доктор Лекаринг и мисс Ларнер обменялись взглядами, за которыми явно что-то стояло, только что — Элвин не понял.

— Вот и замечательно, — кивнул доктор Лекаринг. — Поскольку я все-таки внес его имя в списки — по вашему настоянию, мисс Ларнер, — он действительно может принять участие в чемпионате по правописанию. Но вряд ли вам следует ожидать от него особых результатов, мисс Ларнер!

— Ваши доводы были разумны и логичны, доктор Лекаринг, и я с вами согласилась. Но мои доводы…

— Ваши доводы сметают все преграды, мисс Ларнер. Я уже представляю, как оцепенеют те члены комиссии, которые старались не пустить Артура Стюарта в школу. Ведь они убедятся: он сейчас знает то, что проходят дети в два раза старше его.

— Оцепенение, Артур Стюарт, — сказала мисс Ларнер.

— Оцепенение, — повторил Артур. — О-Ц-Е-П-Е-Н-Е-Н-И-Е.

— Доброго вам вечера, доктор Лекаринг. Так, ребята, заходите в дом. Пора начинать занятия.

Артур Стюарт победил на чемпионате по правописанию, правильно написав слово «празднество». Однако от дальнейших соревнований мисс Ларнер его отстранила, и в результате на чемпионате штата победил другой мальчик. Поэтому Артура Стюарта почти никто не заметил, за исключением, разве что, горожан самого Хатрака. В местной газете даже появилась маленькая заметка про него.

Шериф Поли Умник сложил страничку газеты вдвое и положил ее в конверт, адресованный преподобному Филадельфии Троуэру, Воббская долина, Карфаген-сити, улица Гаррисона, 44, «Восстановление Утраченной Собственности». Не прошло и двух недель, как эта страничка легла на стол Троуэра вместе с краткой запиской, в которой говорилось:

«Мальчик нескольких недель от роду объявился здесь летом 1811 года. Живет в гостинице Горация Гестера что в Хатраке. Усыновление явно фальшивка так что не удивлюсь если мальчишка беглый раб».

Подпись отсутствовала, но к такому Троуэр привык, хотя и не понимал этого. Почему люди скрывают свои имена, ведь они участвуют в богоугодном, праведном деле? Он написал письмо и отослал его на юг.

Месяцем спустя Кэвил Плантер зачитывал письмо Троуэра двум ловчим. Закончив читать, он вручил им обрезки ногтей и локоны волос, принадлежавшие Агарь и ее пропавшему сыну Измаилу.

— Мы вернемся к лету, — сказал темноволосый ловчий. — Если этот мальчик ваш, мы приведем его.

— И получите свои законные деньги, к которым я прибавлю хорошую премию, — пообещал Кэвил Плантер.