Чтение онлайн

Собравшиеся не видели происходящее на нашей стороне, кроме парящих в воздухе шариков, испускающих священный свет. И те, кто быстро отводил глаза от этого чуда, выдавали себя с головой. Как и те, кто сходу вступил в спор с комендантом, требуя пропустить их под купол. Ни сохранившие здравый смысл земляне, ни, тем более, местные не грубили неизвестным воинам. Проникшие в группу людей бесы прекрасно понимали, что сейчас происходит и не придумали ничего лучше, как подбить остальных на приступ.

Пока возмутители спокойствия горланили, требуя немедленно всех пропустить, на вал поднялись три арбалетчика. Комендант дважды призвал беженцев к спокойствию, а затем громко приказал всем на имперском и русском лечь на землю. Это сработало: аборигены и квази немедленно подчинились. Болты сразили одержимых крикунов, уже схвативших камни для броска, еще один рванул прочь, но «Святые стрелы» оказались быстрее. Люди завопили от страха, вжимаясь в раскаленную землю. Заклинание прожгло в спине одержимого беглеца дыру. Тот впечатался рожей в камни, заскреб пальцами и затих, источая скверну. И только сбитый с толку землянин упал на землю, когда уже все закончилось.

— Это были враги! Больше никто не умрет! — кричал уцелевшим Пабло, шагая по валу, — Успокоились! Смотрите на меня, слушайте меня! Успокоились и продолжаем!

Комендант приказал нескольким еще не прошедшим проверку квази и землянину оттащить тела сквернавцев подальше. Те исполнили несложное дело бегом. Изгои, идущие от передового поста гурьбой по склону, при виде быстрой расправы ненадолго притормозили. Часть явно хотела продолжить путь к спасительному мостику, полагая, что убитые заслужили свою участь, ведь они видели, как других напоили и пропустили под спасительный купол! Отдельные фигуры вырвались вперед и подошли к мостику, когда мы закончили просеивать первую группу.

Пользуясь коротким затишьем, Пабло провел ротацию, отправив дружинников сопровождать очередную пятерку аборигенов, а по факту немного отдохнуть под навесами. На их место поставил ополченцев посвежее. Менее опытных и оснащенных. Солнце сегодня задалось целью сварить нас заживо. Рубаха под стеганкой давно промокла насквозь, с моего лица не сходила липкая испарина. Я бы тоже не отказался от замены, но командир отдохнуть не предложил. Меня не покидало ощущение, что сейчас занимаюсь не своим делом, просто как обычно, больше некому. Половина дружины и часть ополченцев отправилась на зачистку к месту недавнего прорыва демонических тварей. Дело сулило немалую выгоду. Не все порождения Бездны стремились сгинуть в бессмысленной резне и сколько-то их сразу же разбежалось по округе, едва так называемый «пузырь» раскрылся. В свете новых обстоятельств принесенные из иного мира ресурсы — железо и камнесталь — могли легко затмить возможные трофеи с дезертиров. Поэтому Искандер стремился прибрать добро к рукам.

В общем, не повезло мне оказаться назначенным добровольцем. Надо было свалить в мастерскую, а не торчать при арсенале. Защищен и развит лучше многих других, если не я, то кто? Часть ритуалистов полные ноли в боевом плане и для этой работы не годились. Пусть они и не сидели без дела — активно нарабатывали волшебную водицу. Если бы не инициатива Сергея, община, как и во время водного аврала встретила бы нашествие изгоев со спущенными штанами. А так хотя бы есть начинающие специалисты, способные купировать проблему.

Как наиболее опытный и защищенный, занимал место в центре строя напротив моста. Поэтому хорошо видел все последующие события. С новой волной беженцев все прошло ужасно с самого начала. Шедшие первыми аборигены создали на мосту затор. Одни, насмотревшись на убитых одержимых, внезапно испугались идти к нам, другие напирали. В основном же встали как бараны у моста толпой, которую коменданту, не смотря на все свое убеждение, не удалось распределить. Изгои опасливо жались друг к другу. Наконец, отчаянная землянка, трясясь от страха, протолкнулась сквозь возникшую пробку, остальные нелепо перетаптывались на месте, ожидая своей участи.

Враги знали, что проскочить на дурачка не выйдет и начали действовать, едва изгои стянулись к мосту. Нездорового вида сорколин с подозрительно раздувшимся животом вцепился в тощего слабосильного мужика чуть выше себя и с жутким утробным звуком обдал его фонтаном черной жижи из своей пасти. Бедолага задергался, разбрасывая жирные капли вокруг, а черная пакость, словно живая, устремилась ему в рот, глаза и уши. Люди в панике разбежались в стороны, кто-то спрыгнул с моста в ров, кто-то бросился к нам. Вокруг осквернителя быстро образовалось гадкое облако; несколько тел бились в припадке на залитой нефтеподобной жижей земле. Комендант расстрелял ублюдка заклинанием, но тот уже успел запачкать множество людей, а хуже того, лопнул почти у самого моста, увеличив площадь заражения токсичной мерзостью. Что не испугало двух землян, которые бросились на мост прямо по жирной дымящейся грязи, громко моля о помощи и толкая перед собой безвольных аборигенов. Слишком неправильно для мужиков с копьями. Единственные с нормальным оружием, они не пытались защитить остальных, а спасались первыми. Поднявшееся облако скверны устремилось за ними, словно в погоню.

В дополнение к боевому режиму обновил концентрацию, и в этот момент Пабло магией сорвал с паникеров маскировку. Измененные существа атаковали нас грязным колдовством, прикрывшись аборигенами. Вдобавок их окутало догнавшее облако черноты. Практически сразу метнули в меня, как стоящего на пути, копья. Одновременно дымные щупальца ударилась в пленку Щита веры и развеялись. Одно копье отклонил телекинезом, второе принял умбоном ближайший щитоносец. Парни, словно того и ждали последний час, нахлобучили гадов боевыми заклинаниями с многократным перекрытием. Без разбора. Тела нападавших и заложников разорвало на куски, плоть бесов вспыхнула, еще не коснувшись земли. В деле поучаствовал наруч адепта, усиливая божественную магию. За секунду до небытия первый ублюдок успел выстрелить щупальцем в ополчугу без «Щита веры». Убить-не убил, но серьезно вывел из строя. В добавок ухудшили и без того неблагополучную экологическую обстановку. Другими словами, сгорели с жирной копотью, которая осела в проходе.

— Экое пидорство! — возмутился вражескому коварству дружинник, отбивший щитом бросок. Пожалуй, единственное цензурное высказывание из прозвучавших.

Раненого странным заклинанием парня натурально корежило. Его товарищ потащил к куполу.

— Еще не все! Чуйка! — крикнул нам один из стрелков, спустившийся с вала, чтобы взвести тетиву арбалета.

Пока мы принимали ряженых, Пабло уничтожил «Святыми стрелами» одержимого аборигена, который подозрительно суетился рядом с трупами смутьянов из первой волны.

Стоя в проходе, обозревал узкий сектор поля боя сквозь пелену хаотических частиц. Поэтому видел, как арбалетчики толково перестреляли собравшихся лезть на мост одержимых. Затем тех, кто после контакта с нечистотами осквернителя корчился на земле. Бойня. Настоящая бойня.

От такого «радушного» приема аборигены принялись разбегаться, но те, что рванули вправо, быстро вернулись. Но не одни. В поредевшую напуганную толпу врезались костяные гончие. Изначально твари рвались к мосту, по пути лишь опрокинув нескольких визжащих от ужаса аборигенов, но обнаружив вместо двоих полубесов облако копоти, гончие развернулись и принялись жестоко рвать ближайших людей, а самая мощная и злобная тварюга запрыгнула на вал. Сбила замешкавшегося стрелка на землю, покалечив парню руку и лицо. Подлую зверюгу, конечно, распылили в момент атаки, но раненый с воем катался, заливая припорошенный пеплом песок своей кровью. К нему на помощь бросился один из ритуалистов. А неплохо нас проредили!