Подруга главной героини

– Какой бред! – возмутилась я, отложив книгу в сторону.

Главный герой, у которого из достоинств имелись только красота, магия, идеальная родословная и огромное состояние, всю книгу раздражал меня своей надменностью и высокомерным отношением к окружающим. В том числе к главной героине. Но это прекрасное, кроткое, нежное создание легко прощало ему любые косяки и даже уничижительные высказывания в свой адрес.

Плюс полюбил он её лишь тогда, когда у девушки открылся какой-то редкий дар. В общем, получил всё на блюдечке, не прилагая усилий. Я бы на месте героини и автора заставила его хорошенько помучиться и о многом пожалеть! А здесь понятно, к чему всё идёт. Даже дочитывать не буду! Да и написано как-то слишком простенько, можно сказать, примитивно.

Хотя в больничной палате делать-то больше и нечего, особенно, когда ты прикована к постели, а телефон сломался и не подаёт признаков жизни. Завтра придут родственники. Попрошу принести детективы, а то любовное фэнтези у меня как-то не пошло.

С этой мыслью я провалилась в сон, а проснулась от того, что по моему телу жадно шарили чужие руки. Неприятное и пугающее ощущение, учитывая, что в палате я совершенно точно находилась одна.

Испуганно вскрикнув, я с силой оттолкнула того, кому эти руки принадлежали, и замерла, осознав, что нахожусь вовсе не в больнице.

Это было совершенно незнакомое большое, богато и вычурно обставленное помещение. Во всяком случае, массивная, белая мебель, украшенная затейливой резьбой и позолотой, вызывала именно такие ассоциации.

Вместо пижамы на мне почему-то было длинное, коричневое платье в крупную белую клетку. Сама я лежала на каком-то низком диванчике, также обтянутом белой кожей, а надо мной нависал рассерженный незнакомый парень с короткими светлыми волосами.

– Хватит уже ломаться, Листард! Сколько можно?! Сама же согласилась! На, вот, выпей ещё немного, это поможет раскрепоститься! – недовольно прошипел он, схватил с находящегося рядом столика тёмный флакон и насильно попытался влить в меня его содержимое.

Разумеется, я оказала сопротивление, и флакон улетел в сторону.

– Ты чего творишь?! Бортануть меня решила? Не выйдет! Я даже в родовой замок тебя притащил, как ты хотела! Да моего дядю удар бы хватил, если бы он тебя здесь увидел! – сердито возмущался молодой блондин, а у меня кружилась голова, и никак не складывалось понимание происходящего.

Как я здесь оказалась, если ещё недавно была в больнице? Наверное, вот это всё мне прямо сейчас снится. Других логичных объяснений не находилось. Правда, фамилия Листард показалась смутно знакомой.

– Я крепче, чем ты думаешь, дорогой племянник, и к твоим выходкам уже привык. Но если ты испортил мою мебель, то тебя точно хватит удар… плетью, – раздался чей-то холодный голос, произносящий слова с нарочитой ленцой, однако угрожающих ноток она не прикрывала.

Парень побледнел, резко выпрямился и нервно забормотал:

– Ничего я не испортил. Просто девушку пригласил, но она уже уходит. А ты почему вернулся так рано?

С трудом преодолевая слабость и головокружение, я осторожно приподнялась, села и нашла взглядом вошедшего. Это был высокий, статный длинноволосый, голубоглазый блондин лет тридцати. Довольно красивый, но надменное выражение лица портило впечатление, а элегантный белый костюм на фоне такой же белоснежной мебели казался излишне пафосным. Этакий Люциус Малфой в молодости. Только вместо трости в руках – охотничий хлыст.

– Неотложные дела возникли. И кто же наша гостья, представишь? – незнакомец скользнул по мне пренебрежительным взглядом, которым желанных гостей точно не встречают.

Так смотрят на порядком надоевших свидетелей Иеговы или назойливых представителей какой-нибудь косметической фирмы, стучащихся в ваши двери по нескольку раз в неделю.

– Розанна Листард. Учится в нашей академии, – неохотно ответил парень.

– Листард? Эта фамилия мне незнакома.

– Она стипендиатка, – после небольшой паузы ещё более неохотно признался мой спутник, и пренебрежение в глазах его дяди сменилось откровенным… презрением.

– А ты нисколько не изменился, Даниэль. В детстве тащил в дом беспородных уличных щенков и котят, а сейчас приводишь таких же безродных нищих девиц, – холодно процедил малфоеподобный сноб, обращаясь к племяннику, но глядя исключительно на меня и буквально испепеляя взглядом.

Странный сон нравился мне всё меньше.

– Я не безродная нищенка! Что вы себе позволяете! – возмутилась, вынырнув из состояния ступора и немного придя в себя. Слабость практически отступила.

– Ваши манеры свидетельствуют об обратном. Никакой выдержки и воспитания, – сухо процедил мужчина, рассердив такой наглостью. – Я не говорю уже о том, что вы в поздний час находились наедине с посторонним мужчиной.

– А ваши манеры, позволяющие оскорблять человека – значит, образец прекрасного воспитания, а не банального хамства? Да кто вы вообще такой?!

Переполняемая эмоциями, я вскочила на ноги и замерла от этого потрясающего, почти забытого ощущения – стоять на своих ногах. Уже больше пяти месяцев оно мне было недоступно – результат автомобильной аварии, в которую случайно попала.

Врачи ничего не обещали, а я настолько отчаялась, что под Новый год даже загадала желание снова пойти, хотя всегда считала это глупой детской забавой. Прошло несколько дней, и, разумеется, оно не исполнилось. Двигаться полноценно я могла теперь только во сне, как сейчас.

– Кто я? Вы это серьёзно? – вскинув брови, недоверчиво уточнил грубиян, но, картинно поклонившись, представился: – Винсент Паулинер к вашим услугам. Вы, правда, не знаете, в чьём доме находитесь?

Стоп! Кто?! Паулинер? Да ведь так звали главного героя книги, который меня жутко раздражал, вызывая порой сильнейшее желание поменяться местами с героиней и показать высокомерному нахалу, где раки зимуют! Получается, сегодня все мои мечты сбылись, правда… во сне!

Сорвавшийся с губ нервный смешок заставил хозяина дома нахмуриться и осторожно поинтересоваться у парня:

– Ты кого привёл? Она вообще нормальная?

– Была нормальной, пока ваш племянник меня какой-то дрянью не опоил! – огрызнулась я, всё ещё пытаясь разобраться в хитросплетениях своего странного сна. Точнее, вспомнить, кто такая Розанна, потому что главную героиню книги звали Виолантой или Виолой.

– Ничем я её не поил. Всего лишь глоток расслабляющего зелья предложил, – начал отпираться племянник. – Она сама сюда напросилась!

– А что же ты сам без зелья даже такую уломать не в состоянии? – обдал Паулинер презрением уже племянника и вдруг громко крикнул: – Арлиз!