Погасшие следы

— Слюшай, мы тебя не знаем, иди домой!

Невысокий кавказец смотрел на Латунина крайне недружелюбным взглядом, твёрдо уверенный, наверное, что Петрович сейчас смутится и убежит куда подальше.

Картина называлась «Здрасьте — приехали». Как будто мир крутанулся вокруг своей оси и вернулись девяностые. Латунин уже десять раз пожалел, что ввязался в эту авантюру. Ну как же! Бабла по лёгкому срубить захотелось. Говорила когда-то бабушка, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Но мы же не умеем учиться на чужих ошибках, обязательно самому надо во что-нибудь жидкое наступить.

— Эй, ты что, глюпый? Или глухой? — в голосе невысокого кавказца появилась агрессия. Эмоции крепыша буквально выплескивались из него наружу, становясь осязаемыми и непроизвольно заставляя напрягать мышцы и внимательно следить за руками оппонента.

Когда-то давно, ещё в прошлой жизни, Петрович оказался на занятиях одного профессора, который рассказывал о биотоках людей и излучаемых ими энергиях. Подробностей, конечно, Латунин не помнил, но суть лекции сводилась к тому, что некоторые люди способны буквально отталкивать своей энергетикой. Вроде бы просто разговариваешь с человеком, но тебе неуютно и даже немножечко страшно. А мозг по каким-то одному ему понятным критериям выявляет потенциальную опасность и ненавязчиво так шепчет в голове «Не лезь, не надо. Здесь опасно. Отойди».

Другой вопрос, что и Петрович уже даже не был мальчиком с улицы, так что вместо порыва сбежать он испытывал непреодолимое желание дать собеседнику в морду. Желательно не один раз. И уж совсем необязательно руками. Но приходилось стоять и просто огрызаться. Его роль пока что просто наблюдатель.

А всё Славик со своими просьбами. Бывший одноклассник, давний приятель и к тому же один из немногих людей, кто действительно не отвернулся от Петровича в период длительного запоя. Непонятно, какой профит с этого имел бывший сосед по парте, но Славик регулярно приезжал к нему домой, отмачивал под струей холодной воды, уговаривал Латунина одуматься и даже пытался однажды навести какое-то подобие порядка в квартире. После ухода жены процесс зарастания грязью действительно пошел гораздо быстрее, чем планировалось.

Так что к Славику Петрович испытывал чувство глубокой благодарности. Со дна всегда лучше видно, кто по-настоящему дорожит тобой, а кто всего лишь умеет мило улыбаться при встрече. Славик Латуниным дорожил. Если не как другом, то хотя бы, как человеком. И помогал, ничего не прося взамен. Так что, когда ему самому понадобилась помощь, Петрович просто не смог отказать.

Тем более, просьба казалась плёвой, а Славик ещё и вознаграждение обещал. Славик зарабатывал деньги перекупом машин.

— Саня, понимаешь, машина почти эксклюзив, денег стоит много, — объяснял Петровичу приятель. — Мне и одному съездить несложно, но боязно. Пятнадцать миллионов наличкой. Сам знаешь, убивали и за меньшее. По башке дадут и поминай, как звали. А так мы вдвоем. Тебе же даже и делать ничего не придется, так просто рядом посидишь в машине. А потом сядешь за руль моей и домой приедем. Легкие деньги!

Деньги и впрямь казались легкими. Настолько легкими, что Латунин подумал-подумал и прихватил с собой ствол из заначки. Старенький, но по-прежнему надежный пистолет Макарова. Так сказать, боевой трофей после истории с ранением в лесу.

Петрович тогда по осени не поленился прогуляться в Лосиный остров, но таинственный бункер отыскать так и не сумел. Зато разжился другим трофеем, который там же на полянке и прикопал до лучших времен. Кто ж знал, что пистолет и впрямь понадобится так скоро.

Стоило им отъехать от дома, как чуйка Латунина буквально зачесалась от предчувствия какой-то беды. Пришлось даже поёрзать на сидении, чтобы хоть чуть-чуть зуд утихомирить.

А вот дальше всё происходило, как в бандитском сериале. Вечер, обочина МКАД, два джипа с горящими фарами и немного трясущиеся руки у Славика.

— Фигня какая-то, — насупился приятель, разглядев машину и стоящих возле неё людей. — Машины нет. И Мурад не один почему-то. Договаривались же, чтобы без лишних…

В этот момент в двери подошел мужчина весьма специфической наружности, выдававшей его кавказское происхождение, и выразительно постучал по стеклу костяшками согнутых пальцев.

— Саня, ты в разговор не лезь главное, — предупредил приятель Петровича. — Я этого Аслана плохо знаю, но нам с ним детей не крестить. Отдам товар, забираем деньги и разъезжаемся.

Просто было на бумаге, но забыли про овраги. В таких местах со знакомыми встречаться не очень уютно, а уж сейчас в вечерних сумерках что-то, кроме неприятностей, просто не ожидалось.

Судя по всему, Славик тоже не был уверен в благополучном исходе, поэтому сумка осталась в машине. Парень вышел и сразу же прикрыл глаза от яркого света фар.

— Да погасите вы их! — крикнул Славик, но его либо не услышали, либо не захотели услышать. Из-за слепящего света Петрович видел только силуэт мужчины. Через открытое окно долетела гортанная речь. Неизвестный размахивал руками и что-то требовал от Славика, но приятель Латунина явно пытался отстоять какие-то свои условия.

«Как бы до драки не дошло». Петрович выкинул сигарету и вышел из машины на улицу. Вечерняя прохлада заставила поежиться.

— Эй, ты кто? — донесся до Латунина голос с акцентом. От джипа к нему шли ещё двое крепких парней, одетых в спортивные костюмы и кроссовки. Шедший впереди прямо на ходу сплюнул под ноги и повысил голос. — Зачем вылез?

— Тебя спросить забыл, — огрызнулся Петрович. — Разговаривайте! Я вам не мешаю!

— Слушай, мы тебя не знаем, иди домой!

Кавказец в спортивном костюме смотрел на Латунина крайне недружелюбным взглядом и постоянно переминался с ноги на ногу. Как будто примеривался для удара. Так обычно ведут себя люди, не способные справиться с ударной порцией адреналина, которая слишком резко вспрыснулась в кровь.

— Ты зачем не один приехал? Это кто такой? — Повернулся кавказец к Славику. — Ментов привел?

— Это друг мой, — пожал плечами Слава. — Не вижу никаких проблем. Вас тоже явно больше одного.

— Зато я вижу! — Всплеснул руками кавказец. — Ты что, совсем дурной? Где деньги?

Он наступал на Славку, активно жестикулируя и ругаясь на каком-то из кавказских наречий.

— Не ори! — оттолкнул собеседника Слава. — Сделки не будет. Вы должны были пригнать тачку сюда. Уговор был такой. Я не собираюсь ехать в тьму-таракань, потому что у вас что-то не получилось. Может быть, там машина вообще не на ходу.