Чтение онлайн

— От них ничего не осталось бы, если бы они умерли в соленой воде, но холодная пресная вода озера Флетхед сохранила их. То; что ты видишь, представляет собой жировую ткань. Со временем при погружении в воду она разлагается, придавая телу восковой вид, — это называется омылением.

— Нам нужно вызвать сюда шерифа и коронера.

— Это приведет к задержке операции? — спросил незнакомец.

Кауфман отрицательно покачал головой.

— Нет. Это не вызовет никаких задержек. Как только водолазы закрепят подъемные тросы, мы поднимем угольный тендер.

— Мне важно посмотреть, что находится в прицепленном вагоне.

— Посмотришь. — Кауфман взглянул на мужчину, тщетно пытаясь прочитать его мысли. — Для упрощения дела мы сначала разберемся с тендером. Если мы не отцепим вагон от тендера, то последствия могут оказаться катастрофическими. Он, должно быть, не такой тяжелый, как локомотив, но, если мы не будем соблюдать все меры предосторожности, он может рассыпаться на части. Это значительно осложнит операцию. К тому же передняя часть багажного вагона наполовину похоронена под тендером.

— Это не багажный вагон. Это крытый товарный вагон.

— Откуда ты знаешь?

Наблюдатель не ответил.

— Подними сначала угольный тендер. Ты отвечаешь за операцию.

Кауфман пристально рассматривал безобразные кучки, которые некогда были людьми.

— Как они попали сюда? Почему поезд оставался ненайденным посреди озера все эти годы?

Высокий мужчина осматривал голубую гладь.

— Сорок четыре года назад здесь бы паром, на котором перевозили через озеро железнодорожные вагоны с лесоматериалами.

— Всё это очень странно, — медленно произнес Кауфман. — Газеты и чиновники компании «Саузерн Пасифик» сообщали, что поезд похищен. Насколько я помню, это произошло 21 апреля 1906 года.

Старик улыбнулся.

— Такую информацию распространяла компания. Поезд не был похищен. Железнодорожного диспетчера подкупили, чтобы он зафрахтовал паровоз.

— Наверное, в товарном вагоне было что-то ценное, за что можно было убить, — сказал Кауфман. — Например, груз золота.

Старик кивнул.

— Ходили слухи, что в поезде везли золото. Но на самом деле это было не золото, а твердая валюта.

— Сорок четыре года, — медленно сказал Кауфман. — Слишком большой срок для поезда, пропавшего без вести. Возможно, деньги по-прежнему в вагоне.

— Возможно, — ответил высокий мужчина, глядя в сторону горизонта на что-то, видимое только ему одному. — Может быть, мы получим ответы, когда попадем внутрь.

10 января 1906 года

Бисби, штат Аризона

Любой, увидев старого пьянчужку, который, шатаясь, медленно брел в тот день по Мун-авеню города Бисби, мог бы ошибочно принять его за того, кем он никогда не был, — за человека, рано состарившегося на работах в шахтах, расположенных в горах возле города. Рубашка на нем была грязная, от бродяги исходил запах человека, который забыл, когда он мылся. Одна лямка подтяжек порвалась, поношенные брюки заправлены в потрепанные, дырявые сапоги, которые давным-давно пора выбросить на свалку.

Нечесаные грязные волосы падали на плечи и путались с нестриженой бородой, доходившей до середины груди. Темно-карие глаза казались почти черными. Они были холодными и свирепыми. Руки, никогда не знавшие ни кирки, ни лопаты, скрывали рабочие перчатки.

Под мышкой у бродяги болтался старый джутовый мешок, казавшийся пустым. Как это ни невероятно, но на дряхлой ткани осталась надпись: «Компания „Дуглас Фид и Грейн“, Омаха, штат Небраска».

На углу Мун-авеню и Тумстоун-Каньон-роуд старик, пошатываясь, остановился перед скамейкой и сел на нее. Позади находился салун, который сейчас был почти пуст: в это время большинство его завсегдатаев усердно трудились на шахтах. Люди, идущие мимо за покупками в магазины, почти не обращали на бродягу внимания, изредка бросая быстрый взгляд, выражавший лишь отвращение. Когда они проходили мимо него, он вытаскивал из кармана брюк бутылку виски, жадно пил, потом закрывал ее и возвращал на место. Никому не могло бы прийти в голову, что в бутылке не виски, а чай.

Стояла теплая для июня погода. Возможно, температура поднялась выше девяноста градусов. Он устроился поудобнее и осмотрел улицы. Мимо проехала конка, запряженная дряхлыми лошадьми. Электрических трамваев в Бисби еще не было. По улицам, в основном, ездили вагоны конки или кабриолеты. В городе существовало несколько автомобилей и грузовиков для доставки товаров, но ни одного из них не было видно.

Бродяга знал о городе вполне достаточно: основан в 1880 году и назван в честь судьи Уитта Бисби, одного из инвесторов медного рудника «Копер куин майн». Город довольно внушительного размера, численность населения — двадцать тысяч человек; один из крупнейших городов между Сан-Франциско и Сент-Луисом. Несмотря на то что семьи многих шахтеров ютились в деревянных лачугах, основной доход городу приносили салуны и небольшая армия проституток.

Голова бродяги упала на грудь; он стал похож на уснувшего пьяницу. Но это была игра. Он чутко воспринимал каждое движение вокруг. Время от времени он бросал взгляд на Национальный банк Бисби, расположенный напротив. Он с интересом наблюдал из-под полуопущенных век за тем, как к банку подъехал грузовик с цепным приводом и массивными колесами. В нем был всего один охранник, который вышел из грузовика и понес в банк огромный мешок с только что напечатанными банкнотами. Через несколько минут он вдвоем с кассиром вынес из дверей банка тяжелый сундук, который погрузили в кузов.

Бродяге было известно, что это груз золота, добытого на местных шахтах, весом в три миллиона унций. Но его привлекало не золото. Оно было слишком тяжелым, а вся операция — слишком рискованной для одного человека. В Бисби его привели наличные деньги, а не хваленый желтый металл.

Он наблюдал за тем, как грузовик уехал, а из банка вышли два человека, в которых он узнал охранников из службы безопасности гигантской компании «Фелпс Додж майнинг». Охранники доставили наличные деньги, предназначенные для выдачи зарплаты рабочим и служащим горной компании. Бродяга улыбнулся про себя: активы Национального банка Бисби поднялись на новый уровень.