Чтение онлайн

У него также был ярко-красный гоночный мотоцикл последней модели с двигателем с V-образным расположением цилиндров, мощностью три с половиной лошадиных силы. Он был оснащен новейшей моделью дроссельного клапана, весил всего сто двадцать фунтов и развивал на дорогах скорость почти шестьдесят миль в час.

Когда трамвай подошел к остановке на углу улиц Калифорнии и Семнадцатой, Белл вышел из трамвая. Прошло уже три года с тех пор, как он был в Денвере в последний раз. Высотные здания стояли на углу почти каждой улицы, похоже было, что строительство никогда не закончится. Он прошел квартал до девятиэтажного здания из коричневого камня на углу улиц Калифорнии и Шестнадцатой.

Над высокими окнами были натянуты тенты в тон коричневому цвету стен. Выступ над верхним этажом шириной в десять футов почти полностью перекрывал тротуар внизу. Компания «Хеджкок Джоунз и Браман Клоутинг» занимала первый этаж. Над ними располагались другие учреждения, включая фондовую страховую пожарную компанию и детективное агентство Ван Дорна.

Белл направился в вестибюль, пол, стены и потолок которого были выполнены из прекрасного итальянского мрамора цвета нефрита. Молодой человек прошел через группу офисных служащих, выходивших из здания на обеденный перерыв, вошел в лифт вслед за двумя юными леди и прошел в самый конец кабины, как только лифтер закрыл стальные двери. Белл, как обычно, повел себя по-джентльменски и снял шляпу.

Лифтер повернул ручку, отправляя лифт на верхние этажи. Женщины вышли на шестом, весело болтая. Они одновременно повернулись и, прежде чем исчезнуть в холле, наградили Белла смущенным взглядом.

Лифтер остановил лифт и открыл дверь.

— Девятый этаж, всего хорошего, сэр, — сказал он.

— Того же и вам, — ответил Белл.

Он вошел в холл, стены которого до половины были облицованы панелями орехового дерева, а наверху выкрашены в мексиканский красный цвет. Белл повернул направо и подошел к двери, на стекле которой вверху было выгравировано: «Детективное агентство Ван Дорна». А ниже — девиз агентства: «Мы никогда не сдаемся, никогда!»

В приемной с белыми стенами стояли два мягких деревянных кресла и письменный стол, за которым на вращающемся стуле сидела молодая женщина. Ван Дорн не относился к разряду людей, которые тратят деньги на показную роскошь. Единственным украшением была фотография головы мужчины, висевшая на стене позади секретаря.

Женщина взглянула на хорошо одетого мужчину и приветливо улыбнулась. Она была привлекательна: широкоплечая, с мягкими карими глазами.

— Могу я чем-нибудь помочь вам, сэр?

— Да. Мне хотелось бы увидеться с Артуром Кертисом и Тленом Ирвином.

— Они ждут вас?

— Пожалуйста, сообщите им, что здесь Исаак Белл.

Она сделала глубокий вдох.

— О, мистер Белл! Я должна была догадаться. Мистер Кертис и мистер Ирвин ждут вас только завтра.

— Мне удалось попасть на поезд, отбывавший из Индепенденса раньше. — Белл посмотрел на табличку на ее письменном столе. — Вы мисс Агнесса Мерфи?

Она протянула левую руку с обручальным кольцом.

— Миссис Мерфи.

Белл улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой.

— Надеюсь, ты не станешь возражать, если я стану называть тебя просто Агнес, так как предполагаю работать здесь некоторое время.

— Конечно.

Она встала из-за стола. Он увидел, что на ней плиссированная синяя юбка и белая воздушная блузка. Волосы собраны в узел в стиле девушек Гибсона, очень популярных в те времена. Ее нижние юбки зашелестели, когда она пошла к дверям, ведущим во внутренние помещения офиса.

Белл, отличавшийся любопытством, обошел письменный стол и взглянул на письмо, которое миссис Мерфи печатала на пишущей машинке «Ремингтон». Оно было адресовано Ван Дорну, и в нем сообщалось, что управляющий офисом западных штатов недоволен прибытием Белла, который должен возглавить расследование нераскрытого преступления. Белл не был знаком с Николсом Александером, возглавлявшим офис Денвера, но решил быть любезным и вежливым с этим человеком, несмотря на его неприязнь.

Белл отошел от письменного стола и встал перед окном, рассматривая крыши города; в приемную вошел Александер. Он был похож скорее на служащего похоронного бюро, чем на главного следователя, раскрывшего множество преступлений и передавшего злодеев, совершивших их, в руки правосудия. Это был человек невысокого роста, его голова едва доходила Беллу до плеча. Куртка Александера была велика ему, а мешковатые брюки пузырились на коленках. На высоком воротнике рубашки бросались в глаза потертости и пятна пота. Волосы сохранились только на висках и на затылке. Серо-зеленые глаза производили впечатление почти печальных. Портрет дополняло пенсне.

Александер протянул руку, и губы его растянулись в улыбке, совершенно лишенной приветливости.

— Мистер Белл, почту за честь приветствовать лучшего агента Ван Дорна.

Белл не поддался на комплимент, в котором не было и намека на доброжелательность.

— Это я должен гордиться знакомством с вами, — ответил Белл сдержанно.

Совершенно очевидно, Александер считал Белла просто незваным гостем, незаконно проникшим в его частные владения.

— Прошу немного задержаться. Прежде чем я покажу вам ваш новый офис, мы побеседуем.

Александер резко повернулся и неуклюже пошел в дверь, ведущую во внутренние офисы. Миссис Мерфи отступила в сторону и приветливо улыбалась, пока они проходили мимо нее.

Офис Александера располагался в углу, из его окон открывался вид на горы. Остальные офисы были небольшими, без окон. В них не было и дверей, что почти лишало возможности уединения. Кабинет Александера был уставлен диванами и креслами, покрытыми воловьими шкурами. На огромном письменном столе не было ни одной бумажки. Хотя костюм плохо сидел на Алексадере, но в работе босс отличался привередливостью.

Он сел за письменный стол в кресло с высокой спинкой и жестом указал Беллу на жесткий деревянный стул напротив. Для устрашения, подумал Белл, не хватает лишь платформы, с которой Александер мог бы взирать на своих сотрудников и посетителей, подобно богу с Олимпа.

— Нет, благодарю, — тихо произнес Белл. — После двух дней, проведенных в поезде, я предпочитаю более мягкое сиденье.

Он опустил свое длинное тело на один из диванов.

— Как пожелаете, — сказал Александер, недовольный самоуправством Белла.