Чтение онлайн

– Мы тоже пойдём?

– Ну да, наверное. Тогда я сейчас в душ схожу.

– Только быстрее давай, мне тоже надо искупаться.

Лёша разделся, залез в ванну и включил душ. Нежась под струями воды, он не мог до конца поверить, что это по-настоящему. Он уже и думать забыл, что в этом Мире могут существовать блага цивилизации и сложные технологии, не считая автоматов. А тут и ванная с прочей сантехникой, и отопление, и плиты, на которых можно готовить еду (правда, топить их всё же приходилось углём), и холодильники. Ещё здесь работали граммофоны, примитивные магнитофоны и, главное, электрические лампочки. Говорили, что уже давно собирались протянуть радио. Разве в такое можно сразу поверить?

Несколько месяцев назад он жил в обустроенной квартире на Земле, с компьютером и музыкальным центром, затем пару недель прожил в пещерах нелюдей, а теперь оказался здесь – в общежитии Колонии. Всё это не укладывалось в голове.

Таня недавно его обрадовала: сказала, что если её примут в Профсоюз магов и она будет успешно заниматься, то им выделят отдельную квартиру. Это, конечно, было хорошей новостью, да только все эти занятия Тани магией не радовали Лёшу. Она им уделяла всё больше и больше времени, занималась какими-то непонятными делами. Появились у неё и другие интересы, и Лёше казалось, что она всё больше отдалялась от него.

– Нет, хватит, – юноша отбросил дурные мысли, резко завернул кран и позвал: – Таня, иди сюда, ванная свободна.

Приняв ванну, молодая пара быстро оделась и отправилась к Северным воротам встречать солдат Колонии.

Народу на площади была тьма-тьмущая. Лёша тащил за собой Таню, распихивая людей. Прямо как тогда, на выходе из парка, перед тем как они попали в Мир Колоний.

Таня шла за Лёшей и смотрела на ликовавшую толпу. Она понимала, чему они радуются: гибели если не её друзей, то, как минимум, тех, кто спас ей жизнь. Что стало с Лигом, смог ли он выжить?

Для колонистов нелюди были врагами, но теперь Таня сама стала колонистом. Пришлая, как её называли, и будет оставаться такой, пока не найдёт работу или не вступит в Профсоюз. Это означало, что Зелёный Город теперь её Родина, а эти кричавшие люди – теперь свои. Тане было искренне жаль нелюдей, но те сами выбрали свою судьбу. Теперь Таня должна поддерживать тех, с кем ей придётся жить в одной Колонии, иначе и быть не может. А раз эти люди радуются, то и она должна радоваться. Наверное, так будет правильно.

– Всё, стена, – прокричал ей Лёша. – Прямо как на рок-концерте. Хочешь, я тебя на плечи подниму?

– Давай.

Таня ойкнула, когда Лёша поднырнул под её юбку и поднял вверх. Зато сразу стало всё прекрасно видно, в том числе колонну бронетехники зелёных. Несколько ушлых парней, увидев Таню, сразу же последовали примеру Лёши и подняли своих девушек на плечи.

– Ура! – закричала Таня, поддавшись общему порыву.

И тут увидела Виктора Ахромеева и его разведчиков. Они ехали на втором по счёту бэтээре, с надписью «Синица» на борту.

– Спасибо! – прокричала Таня и замахала руками.

Ей очень хотелось, чтобы Виктор и остальные разведчики услышали её слова.

– А кто тут меня ждёт? – спросил я, открывая дверь своей квартиры.

– Дядя Витя!

Настя вылетела мне навстречу и бросилась на шею.

Я поднял её на руки, невысоко подбросил. Девочка засмеялась.

– Держи, – я поставил её на пол, вытащил из-за пазухи ожерелье из ракушек. – Я ещё много чего привёз, потом покажу.

– Ух ты, спасибо, дядь Вить.

В прихожую вышла Лена, я шагнул к ней и крепко обнял.

– Я так рад видеть тебя, Леночка. Я так соскучился.

Я и вправду дико соскучился по ней. По её запаху, по глазам, таким добрым, преданным и чуть-чуть грустным. Но сейчас Лена вся светилась от радости.

– Айда в зал, трофеи разбирать, – азартно предложил я.

Мы втроём двинулись в гостиную, я вёл Лену под руку, Настя шла вприпрыжку рядом.

Несколько часов я раздавал моим женщинам подарки, купленные только что на Восточном рынке. Лена и Настя примеряли их, дурачились, веселились. Потом Лена убежала готовить праздничный ужин, а я остался играть с её дочкой. Мне было просто хорошо. Настя заявила, что очень хочет побывать там же, куда путешествовал я. М-да… если бы девочка увидела все мои приключения, она б стала заикой. Разумеется, не стал этого говорить, а пообещал свозить её на Серебряную реку и научить плавать.

– И стрелять, – уточнила Настя.

– И стрелять. Будешь стрелять как мама.

– А мама моя совсем не умеет стрелять.

– Как это?

– А вот.

– Лена, – позвал я, – а ты что, и правда не умеешь стрелять?

Лена пришла к нам из кухни, где что-то шкворчало, булькало и вкусно пахло.

– Я ни разу из оружия не стреляла, – призналась она.

– Вот как, ну понятно. Этому мы тебя с Настей научим.

– Нет, я вообще ни разу в жизни не стреляла.

– Как?!

Такое у меня не укладывалось в голове.

– У нас в деревне патроны были в дефиците, стрелять нам не давали. Я в школе только пару раз «калашников» разбирала, и всё, а потом… в общем, потом я переехала сюда.

Лена посмотрела на Настю, и я понял, что она не хотела упоминать о своём покойном муже при дочке.

– Нет, эту оплошность точно надо исправлять.

– С тобой, Витя, конечно, исправим, – как-то тепло сказала Лена.

– Конечно, со мной.

А потом был праздничный ужин в честь моего счастливого возвращения. После него Лена уложила Настю спать у себя, и мы наконец остались с ней вдвоём.

Утром меня вызвали на совещание, но не в гарнизон, а в Администрацию. Я отнёсся к этому равнодушно, видимо, Бахрушеву опять понадобилась независимая консультация. В десять часов утра я зашёл в новый кабинет магистра. Обставлен он был сугубо по-деловому: простая мебель, стулья, диван, стол, заваленный бумагами и папками, окна, закрытые жалюзи.

– Здравия желаю, товарищ магистр.

Бахрушев поморщился от подобного сочетания слов. Мне оно тоже резало ухо, но нечего не поделаешь, сами эту должность выдумали.