Чтение онлайн

– Я рад, что он поддерживал таких, как бедный старый Том. Хорошо, что благодаря Джексону нам удалось обеспечить Тома до конца его дней.

– И какое же объяснение придумал тогда Джексон? – спросила Аманда.

– Футбольная лотерея. Нанятый для этой цели человек попросил его заполнить билет. Тома едва не хватил удар, когда он узнал, что выиграл сто тысяч фунтов.

– А он не рассказал о счастливой лотерее своим друзьям? – спросила Аманда.

– Неделю спустя Том получил письменное уведомление. В нем сообщалось, что в связи со смертью менеджера лотерея «Счастливая подкова» на некоторое время приостанавливает свою деятельность, но он будет непременно поставлен в известность, когда она возобновится.

Аманда откинулась назад и засмеялась.

– Твой друг Джексон очень умен. Он действительно продумывает каждую мелочь.

– Вот и скажи ему это при встрече!

– Ты сам можешь сказать ему это. Или он не предполагал встречаться с тобой?

– Надеюсь, что мы все-таки встретимся.

– О, Вернон, как это тяжело для тебя! Он твой друг, твой герой, и вместо того чтобы пригласить тебя выпить, он назначает встречу мне!

– Не думай, что меня это задевает, – произнес Вернон, но по его тону было ясно, что это не совсем так.

– Надо возвращаться в отель, – сказала Аманда, вставая. – Я должна собрать чемоданы, и еще я хотела бы прогуляться при луне по набережным Неаполя. Я думаю, это самое романтическое место из всех, что я когда-либо видела.

– Тебе надо было бы приехать сюда на медовый месяц, – произнес Вернон.

– Медовый месяц! – воскликнула Аманда. – Кто, как ты думаешь, захочет взять меня в жены? Я почти что преступница. Подумай, как трудно мне будет хранить в тайне от человека, которого я полюблю, мое темное прошлое.

– Знаешь, это иногда беспокоит меня, – сказал Вернон. – Если когда-нибудь мы задумаем вступить в брак, мы ведь должны будем рассказать обо всем своим избранникам.

– А я думаю, что каждому из нас придется хранить эту тайну до конца наших дней. Если мы расскажем кому-нибудь, то однажды тайна перестанет быть тайной, а она должна уйти с нами в могилу.

– Наверное, ты права, – согласился Вернон, – и надеюсь, что я никогда не потеряю бдительности и не захочу исповедаться в своих грехах. Но у меня есть совесть и чувство вины, на что и рассчитывают такие люди, как синьор Лоренцо.

– О, Вернон, не беспокойся о нем! – сказала Аманда. – Он богат, и Антонио говорил, что он ужасный скряга. Он даже делает пометки на початых бутылках вина, чтобы официанты не прикладывались к ним.

Вернон засмеялся.

– Ты просто неисправимая сплетница!

– О, я не верю и половине из того, о чем рассказывает Антонио, но я должна признать, что он очень хитер.

– Кстати, – перебил ее Вернон, – не забудь, что мы не должны больше разговаривать. Таковы строжайшие указания Джексона.

– К черту Джексона! Давай забудем о нем, хотя бы до завтра. Он скучен и опасен: я так и чувствую, что он протягивает руки, чтобы связать нас с ним цепью, которую невозможно порвать.

– Что за мелодраматический вздор! – резко возразил Вернон.

– А что касается Макса Мэнтона, – продолжила Аманда, – я думаю, что у нас с ним будут большие трудности и неприятности. Давай забудем и о нем тоже!

– Давай развлечемся в оставшееся нам время! Спустим все деньги, что у нас есть!

– Когда я встречусь в Ницце с ужасным Джексоном, я скажу ему, что мы банкроты. Если он и дальше хочет сочинять свои триллеры, пусть платит за них.

– Послушай, Аманда, – с легким укором произнес Вернон, – думаю, что ты ведешь себя неблагодарно и неразумно. Что бы мы делали без Джексона?

– И вправду, что? – насмешливо переспросила Аманда. – Мы были бы обычными уважаемыми гражданами, которым не грозили бы четыре или пять тюремных сроков, в случае если их схватят!

Аманда проснулась, когда солнце едва начало золотить крыши домов.

Внезапно она почувствовала неодолимую потребность сбежать из отеля, скрыться от ощущения постоянной тревоги, которая нависала над ней и Верноном, как туча, скрыться даже от самого Вернона.

Ей захотелось быть свободной, забыть обо всем, даже о желании отомстить обидчикам отца.

Она быстро оделась и поспешила выйти на улицу. Вода в заливе была прозрачна; над горизонтом плыла легкая дымка, и не видно было, где сливаются море и небо. У подножия светло-фиолетового Везувия, словно символизируя весну, цвел миндаль. Некоторое время девушка стояла, чувствуя, как морской ветер ласкает ее лицо. Джексон и его планы в тот момент казались ей далекими и незначительными.

– Я хочу быть собой, – произнесла про себя Аманда. – Не хочу ни от кого зависеть! Я женщина, и мне хочется совсем другого. – Перед лицом торжествующей весны ей хотелось любить и быть любимой. Хотелось трепетать от прикосновения любимого. Ощущать на своих губах его властные и теплые губы.

Она устала карабкаться по стенам домов, прыгать с балкона на балкон, грести против течения или скакать верхом, пока лошадь не свалится замертво.

Они с братом шли на это, чтобы покарать врагов своего отца и вознаградить его друзей.

– Но так не может продолжаться вечно, – вздохнула Аманда, страстно желая, чтобы Вернон был прав и предстоящее дело оказалось последним. – Но что мы будем делать потом?

Она устремила невидящий взор на горизонт, и тут из-за завесы тумана неожиданно прорвались лучи солнца и засияли над морем. Это был настоящий взрыв красок, и девушка увидела в этом особый знак. Возможно, и на самом деле все будет хорошо.

Она вернулась в отель успокоенная, умиротворенная и, войдя в вестибюль, подумала, что с радостью простится с этим местом.

Аманда не знала, чего именно боится, но ей было тяжело находиться под одной крышей с Лоренцо и Антонио. Вернон уже ждал ее и вздохнул с облегчением.

– Я уже стал беспокоиться, не случилось ли что с тобой! – воскликнул он.

– Видимо, я задержалась дольше, чем предполагала, – виновато ответила Аманда.

– Скоро нам нужно ехать. Ты уложила вещи?

– Я не собирала чемоданы. Ты же знаешь, у нас есть указание брать с собой только самое необходимое.