Чтение онлайн

Герцогиня была намного моложе, чем предполагала Даморна, лет этак двадцать пять — двадцать семь. Темно-каштановые волосы оттеняли безмятежную голубизну глаз, очень внимательных, вглядчивых.

Даморна поклонилась.

— Я чрезвычайно признательна за оказанную мне честь…

— О, мой кузен так тепло отзывался о вас, что мне ничего больше не оставалось, как пригласить вас к себе. Мне было очень любопытно увидеть ту особу, что очаровала кузена. Я вижу, что вы очень красивая…

— Вы льстите мне, ваша светлость. В этом доме я чувствую себя грубой, неотесанной деревенщиной!

— Тс-ссс… Вы нас всех затмеваете!

Даморна была мгновенно представлена прочим гостям и усажена за стол. По правую руку от девушки сидела какая-то толстая старуха в некрасивом платье, а по левую две молоденьких девицы, тоже довольно тучные. Во всей компании Даморна насчитала только двоих мужчин, один — пятидесятилетний вдовец, а второй — двадцатилетний хлыщ. Вдовец искал себе новую жену, а хлыщ мечтал о политической карьере. Одного звали Пембрук, а другого — Финч.

Даморна подумала, что она самая необразованная из всех гостей, и эта мысль сильно развеселила ее.

— Вы недавно в Лондоне? — спросила Клейремонт.

— Не больше месяца.

— И уже вскружили голову моему кузену! Какое проворство!

Тут прокашлялся мистер Пембрук.

— Леди Милфилд очаровывает всех подряд. У вас есть дети, дорогая?

— Нету.

— Она не хочет заводить детей, — сказала толстая старуха Гаелорд в некрасивом платье, — потому что у нее очень тонкая талия. Роды непременно такую тонкую талию уширят, как это случилось со мной. Впрочем, дети важнее талии. Обе мои дочки воспитаны так, что прекрасно сознают, какую роль играет женщина в современном мире.

Тут прокашлялся и мистер Финч.

— А какова роль женщины в современном мире? — спросил он, обращаясь почему-то к Даморне. — Вот вы, леди Милфилд, как и большинство дам, наверняка любите одни козни, каверзы и интриги?

— Я видела в жизни только одну интригу, да и ту на сцене театра, — держала ответ Даморна. — Интрига была очень маленькая. Сюжет по сравнению с ней выглядел просто великаном.

Герцогиня рассмеялась.

— Надо вам в карты поиграть, леди Милфилд, — сказала она, похохатывая. — Приходите в мой дом в картежный день, вот и поиграете!

— Обязательно приду.

Разговор был внезапно прерван тем, что в гостиную гурьбой ввалились скрипачи и флейтисты и мгновенно расселись на загодя приготовленных для них лавках. Полилась музыка. Герцогиня широко раскрыла рот и запела. Голос у нее был изумительный. Попев немного соло, Клейремонт велела гостям, чтоб они тоже подхватывали песню. Девицы Гаелорд немедленно вняли высочайшему повелению, причем выяснилось, что Господь наградил обеих чудесным контральто. Вослед дочерям заревела и сама старуха Гаелорд в некрасивом платье. Пембрук надулся и пророкотал несколько фраз роскошным басом. Неискренний Финч, мечтавший о карьере политика, беззвучно шевелил губами. Даморна последовала примеру более добросовестных, чем он, певчих и стала изо всех сил подтягивать, хотя не знала слов исполняемого произведения. Впрочем, музыканты уже играли коду, а герцогиня и компания дружно хлопали. «Не оплошала», — с облегчением подумала Даморна и ударила в ладоши.

Под вечер явился лорд Эвертон. Даморна вся похолодела, когда чопорный лакей объявил о его прибытии, но не время было нервничать.

— Милая герцогиня, — заворковал Эвертон, выйдя на середину зала, — ты должна извинить мне мое вторжение. Я попросту не подозревал, что у тебя сегодня будут…

— В самом деле? — нахмурила бровки Клейре-монт. — Странно!.. Однако, — мигом просветлела она, — ты можешь присоединиться к пирующим!

— Ты ангел, кузина! — запел Эвертон. Он стремительно обежал стол и уселся подле Даморны, несколько потеснив старуху Гаелорд.

— Тебе удобно, дорогой? — сладеньким голоском спросила Клейремонт.

— Весьма…

— Ты что, уже имел удовольствие познакомиться с леди Милфилд?

— Имел, но… простите, господа, я помешал вам петь, не так ли?

Все молчали.

— О! Какой я негодяй. Простите меня ради Христа! Простите и… продолжайте, продолжайте петь!

Герцогиня махнула рукой скрипачам и флейтистам, и те заиграли опять.

Гости однако петь более не собирались, а наперебой старались завладеть вниманием лорда и втянуть его в какой-нибудь интересный разговор. Но Эвертон, не долго думая, отнесся к Даморне, и вот с каким вопросом:

— Леди Милфилд, вы танцуете?

— Да, милорд.

— Знаете, я тоже предпочитаю танцы пению. Может быть, вы посетите один из балов, которые так часто дает моя кузина?

— Я бы охотно сделала это.

— Мои дочери тоже явятся на бал, — встряла старуха Гаелорд.

— Не сомневаюсь в этом, — зевнула герцогиня. — Не правда ли, Джонатан, — сказала она, обращаясь к кузену, — леди Милфилд красива?

— Даже слишком красива, — ответил Эвертон и добавил: — именно поэтому я здесь.

— Ах, мне редко бывает так весело, — опять зевнула Клейремонт.

— Уж не хочешь ли ты сказать, милая, что вечер подходит к концу? — воскликнул Джонатан.

Все посмотрели на него с одобрением, кроме герцогини и Даморны. Даморне хотелось, чтобы вечер кончился поскорее. Тогда, авось ничего страшного не случится. Герцогиня же поднялась из-за стола, сказав, что ей нужно разобраться с корреспонденцией, и ждала, когда гости тоже встанут. Гости последовали примеру хозяйки с большой неохотою. Все понимали, что вряд ли будут приглашены снова. Только одна Даморна была награждена теплым поцелуем в щеку. Девушка повернулась к Джонатану.

— Как хорошо, что счастливый случай свел нас опять вместе!

Эвертон улыбнулся.

— Я не верю в случай. Тут что-то почище… Даморна уже спустилась вместе с гостями в холл: но потом вспомнила, что забыла в гостиной перчатки. Она решила вернуться за перчатками…

Двери гостиной были приоткрыты. Даморна решила послушать, о чем говорит Эвертон со своей кузиной.

— Не вечер, а сплошное мучение, — жаловалась Клейремонт. — Одни подхалимы. А эти Гаелорды просто ужас что за женщины. Фу! Одна только леди Милфилд и была очаровательна. Но ты же знаешь, что я приглашаю на бал только самых известных красавиц, зачем ты пригласил ее?